Капли магии - Бронислава Антоновна Вонсович

что месяц связи не будет, потому что телефоны у нас отбирают. Разговор получился короткий и скомканный, потому что она была на работе, а там не поощрялась телефонная болтовня. Хотя Белицкий обещание выполнил и в род её взял. Ещё мама сообщила, что он погасил остаток ипотеки. Для него это была не такая уж большая сумма, но поведение казалось столь нехарактерным, что я опять забеспокоилась.

Пока я разговаривала с мамой и отправляла сообщения подругам, девица выбралась из комнаты для переодевания и начала на меня жаловаться. Она ещё не закончила фразу, как майор наотмашь хлестнул её по лицу и бросил:

— Мне ваши дрязги не нужны. Вещи упаковала и сдала. Украшения тоже. Ничего постороннего на тебе быть не должно.

Она испуганно ухватилась за щеку, где алело не такое уж маленькое пятно, глаза подозрительно заблестели, а рот открылся для истерики. Но майор на неё так зыркнул, что она тут же торопливо, трясущимися руками всё упаковала.

Упаковала и я выключенный телефон.

Все вещи мы оставили в нижнем холле, и майор провёл нас в крыло второго этажа, где был небольшой холл и двенадцать личных комнат, на каждой из которых уже была табличка с именем.

— Размещайтесь, — сказал майор. — Скоро приедет вторая партия. Тогда объясню сразу всем. За скандалы наказывать будем жёстко и сразу. Во всех местах общего пользования стоят камеры, поэтому зачинщиком будет считаться тот, кто начал, а не тот, кто громче всех орёт.

Выходит, и в душе на нас пялились? Девица это тоже сообразила, поэтому пошла красными пятнами. Я же подумала, что вряд ли личные комнаты остались без присмотра, просто там камеры решили не афишировать.

Майор ушёл, а мы все разбрелись по комнатам. Моя оказалась совсем маленькой, но с собственным санузлом, где торчал отдельный кран с биркой «Питьевая вода».

В шкафу лежал второй комплект формы и несколько комплектов нижнего белья, а ещё гигиенические мелочи, которые мне могут понадобиться. В санузле нашлись полотенца.

Больше внутри ничего не было. Засиживаться я не стала, вернулась в холл, где уже сидел Олег.

— Не нравится мне всё это, — сказал он.

— У меня тоже чувство, что мы вляпались в какое-то дерьмо, — подтвердила я.

Как раз в этот момент в коридор вошли двое военных с носилками, на которых лежал измождённый юноша. Его выгрузили в комнате, отведённой для княжича Скоропадского. На того, кто прибыл на курсы по магии, парень не был похож совершенно. Создавалось впечатление, что он приехал сюда умирать.

— Не нравится мне это, — повторил Олег, когда военные с носилками ушли. — Как бы нас не задействовали в ритуале для помощи этому.

— Слишком сложно, — возразила я. — Проще набрать неродовых. Затащить с улицы в машину — и всё. Концов не найдут. А здесь целая операция по доставке со всей страны.

— Только это меня и успокаивает. Но одно точно: никакие это не курсы по магии.

Я промолчала, не желая строить версии. Но, кажется, моё стремление вести себя, как вела бы прежняя Аня, сослужило плохую службу. Гнать надо было Белицкого с его мутным договором.

Постепенно в холле собрались и остальные. Все, кроме поскандалившей со мной девицы. Что она могла делать в комнате, ума не приложу. Разве что с ней внезапно приключился понос и она не могла покинуть унитаз? Но более вероятно, что она не хотела с нами общаться. Насколько я заметила, в этом она была не одинока. Остальные тоже не горели желанием поболтать. Смотрели все настороженно и мрачно. В разговоры не вступали.

Вторая группа, приехавшая примерно через полчаса, выглядела ничуть не более довольной. В ней оказались только парни. Они по комнатам не разошлись, устроились сразу в холле.

— Через пятнадцать минут ужин, — сообщил нам майор. — Кого здесь нет? Брагиной? Ты. — Ткнул он в меня пальцем. — Позови её. Разговор для всех.

Общаться с этой придурочной не хотелось, но я пошла к комнате с табличкой «Брагина Софья» и постучала. Не дождавшись ответа, открыла дверь. Зарёванная Софья лежала на кровати и невидящими глазами смотрела в потолок.

— Общий сбор, — сообщила я. — Не хочешь опять огрести — вперёд, в холл.

Она молча встала, не удостоив меня взгляда, и пошла к выходу. Я вернулась к майору.

— Итак, все в сборе.

— Ещё Скоропадский, — напомнил Олег.

— Он в инструктаже не нуждается, знает всё, что положено. Меня зовут Ивочкин Владимир Семёнович. Я ваш куратор в подготовке к ритуалу.

— К-какому ритуалу? — испуганно пискнула Брагина.

— Опасному, но необходимому нашей стране. Выживут в нём не все, а только те, кто сумеет подготовиться. Остальные отдадут свои жизни на благо родины.

Почти все возмущённо заорали. Брагина зарыдала в голос — наверное, окончательно разочаровалась в любящем отце. Отдавать свои жизни не хотел никто. Я тоже. Но орать и возмущаться смысла не видела, начала думать, насколько трудно будет отсюда удрать. И не убьют ли меня потом.

— А ну, тихо! Вас никто не спрашивает! — рявкнул майор. — Ваши рода вас продали, получив за это очень хорошую компенсацию. И речь идёт не о деньгах. Вы собственность империи.

— Мы же не рабы, — возмущённо сказал Олег.

— Не рабы, — согласился майор. — Вы имущество. И перестанете им быть, только если ритуал пройдёт для вас благополучно. А для этого, повторюсь, вам надо к нему готовиться. Заставлять никого не будем. На алтарь вы ляжете в любом случае, будете готовы или нет. Для результата вообще неважно, выживете вы или не выживете. Из хорошего могу сказать, что те, кто выживет и не свихнётся, предстанут перед императором и получат награду из его рук.

Это звучало уже позитивно. Не встреча с императором, но то, что вероятность такого уже имеется, а значит, выживших после ритуала убивать не станут, в отличие от тех, кто сбежит. Тех, если им удастся прятаться до конца ритуала, наверняка приговорят сразу, как поймают. Но и оговорка про свихнувшихся была характерна — ритуал был не простым, болезненным и опасным. В нём тоже можно не выжить. Вот и думай теперь, что лучше: умереть медленно и мучительно, но с вероятностью выжить, или умереть быстро и сразу, так и не отомстив Кассиусу. Потому что за время, что я буду в бегах, не успею подняться достаточно, чтобы до него эффективно добраться.

Я посмотрела