Нешуточная любовь - Бетти Коррелло

Он нервно покосился на меня.

– Я понимаю, что ты шутишь, но на всякий случай попрошу этого не делать.

Привстав на цыпочки, я нежно чмокнула его в губы.

– Так и быть.

Родригесы жили в уютном доме на пляже. Внутри повсюду стояла современная мебель из сверкающего стекла и латуни, на стенах висели всевозможные пейзажи островов Карибского моря, а в воздухе витал сладковато-крахмальный запах свежего риса, варящегося в большой кастрюле на плите. Рядом с исходящей паром кастрюлей стоял холодильник, увешанный таким количеством магнитов и фотографий, что под ними не было видно, какого он цвета.

Но больше всего меня порадовала огромная фотография Лани, Эдди и его сестер, висящая между стационарным телефоном и аркой, ведущей в залитую светом столовую. На фотографии подростки Яри и Эдди сидели спина к спине на большом кубе, а совсем юная Мелл лежала на полу. Лани стояла сзади, обнимая детей. Я подошла ближе, разглядывая юного Эдди. Судя по косам, фотография была сделана незадолго до нашего выпуска, когда Эдди косил под молодого Омариона[43].

Тот приобнял меня за талию, прижимаясь губами к виску.

– Любуешься? – спросил он, потираясь носом о волосы.

Я переплела с ним пальцы, откинувшись на теплую грудь.

– Только ты умеешь так носить поло.

– А сережку мою помнишь? Не скучаешь по ней?

Я хмыкнула, слегка потираясь о него бедрами.

– Только ты умеешь так носить гвоздики.

– Ау? – раздался из коридора женский голос, и я, вскрикнув, отпрыгнула от Эдди подальше.

– Спокойно, – усмехнулся он и открыл дверь растерянной Лани, стоящей на верхней ступеньке лестницы, ведущей в подвал. В руках она держала большой кувшин, полный… песка?

– Хоть бы предупредил, что приедешь, – отругала она Эдди, недовольно посмотрев на него. – Напугал меня до смерти!

– Дай-ка сюда. – Он с легкостью забрал у нее кувшин. – Прости, мам. Торопился.

Лани ничуть не изменилась – выглядела все так же прекрасно и солнечно. Ее волосы были убраны в хвост, на висках проглядывала седина, накрашенные губы блестели. Она была ниже меня, но ненамного, и на левой руке я заметила обручальное кольцо. Ткнув накрашенным ногтем в кувшин, она натянула фартук.

– В доме кончился чеснок, так что придется использовать сушеный. Я его купила на рынке у Игана, если вкус покажется странным – все вопросы к нему.

– Спасибо. – Наклонившись, он поцеловал ее в лоб. – Никто не заметит, обещаю. – Эдди повернулся ко мне с кувшином. – Наша секретная смесь специй. Главная причина, почему наши крылышки так вкусно пахнут. Мам, помнишь Дель? Мы вместе учились.

Лани улыбнулась и закрыла за собой дверь, позабыв всякое раздражение.

– Конечно помню. Постоянно вижу твою бабушку в церкви. Как ты, родная? Я бы тебя обняла, но от меня пахнет паприкой.

Она меня помнила. По телу распространилось тепло, зародившееся в груди.

– Все отлично, миссис Родригес. У вас очень красивый дом. – Я кивнула в сторону кувшина. – И специи вкусно пахнут.

– Спасибо, дорогая. – Она легко похлопала Эдди по ноге и махнула рукой, показывая отойти. – Вы останетесь на ужин?

Ответить Эдди не успел: входная дверь с грохотом распахнулась, и из прихожей донесся голос:

– Я дома!

Из-за угла появилась миниатюрная женщина с длинными темными волосами, одетая в фиолетовую медицинскую одежду. Черты лица у нее были такими же четкими, как у Эдди, только умещались они на девичьем красивом лице.

– Мам, у тебя машина поцарапана, – сообщила она, бросая на стол стопку писем. – Ты же хотела ее в автосалон отвезти?

– Мелл, у нас гости. – В голосе Лани я заметила едва слышное напряжение и сразу поняла, что таким образом девушки их семьи обмениваются особо важными новостями. Мелл тут же нашла меня взглядом.

– Привет, – сказала я, помахав ей рукой. Эдди отошел и сейчас рылся в письмах. – Я Дель, мы учились в одной школе, только я была чуть постарше.

– А, точно. Дельфина Сильва-Миллер. – Она ухмыльнулась и села за стол, собрав в пучок волосы. – Рада тебя видеть. – Она посмотрела на Эдди, уже забыв про меня. Не знаю, почему я решила, что все удивятся моему появлению. Просто Эдди так себя вел, будто ему запрещалось приводить домой женщин. – А где моя малышка?

– У мамы, – буркнул он, открывая конверт. – Завтра поедут на «Улицу Сезам».

– Без тебя? – Недовольство прорезалось в голосе Мелл хорошо заточенным ножом.

Эдди бросил на нее взгляд, полный смутного раздражения.

– Я бы все равно не поехал. Я завтра работаю.

Лани фыркнула и бросила в шипящее масло горсть лука и чеснока.

– Зато я бы поехала. Она хоть фотографии потом пришлет?

– Я бы предупредил, если бы сам знал заранее, – заметил Эдди, убирая конверт в задний карман.

– Погоди, – вскинула ладонь Мелл. – Она собралась везти твоего ребенка в другой штат и даже не предупредила?

– Мелоса, баста! – крикнула из кухни Лани, выглядывая в арку.

– Молчу-молчу, – проворчала та, бросив Эдди красноречивый взгляд.

– Башка твоя, – сказал Эдди, положив ей ладони на голову, – как виноградина.

Она хлопнула его по запястью.

– Молчал бы! Это у тебя она как арбуз. Огромный ар…

Ее перебил грохот еще одной распахнувшейся двери, только на этот раз задней. Не будь я знакома с легендарной красотой Яри Родригес – решила бы, что на кухню влетела взъерошенная Адриана Лима.

– Эдди, паркуешься как мудак!

– Яри, – пожурила Лани, не отрываясь от картошки, которую резала кубиками прямо в сковороду, – за языком-то следи.

Я отступила к арке, пропуская Яри, которая пронеслась мимо в облаке духов, цокая каблуками по кафельному полу, и вырвала конверт из рук Эдди с силой, которой было достаточно, чтобы попутно отхватить палец.

– Это мои счета за одежду, не смотри!

– А зачем мне смотреть? – усмехнулся Эдди с хитрым блеском в уголках темных глаз. – Мы и так знаем, что ты вся в долгах.

Кино и сериалы врали. В реальной жизни не было дружных братиков и сестричек, не было придурковатых родителей и капризных детей. Мне вдруг подумалось: вот так должна вести себя настоящая семья. Беззлобно спорить, плеваться безвредным ядом, грызть друг другу глотки, но отступать в последний момент и сбегать, поцеловав жертву в лобик. Признаю, я и сама за словом в карман не лезла, но до такого искусства мне было далеко.

– Эй! – Мелл щелкнула пальцами. – Яри, с гостями поздороваться не хочешь?

Яри посмотрела на меня, на Эдди, снова на меня, и ее идеальные брови сошлись к переносице.

– Мы знакомы. Ванесса, да?

– Почти, – ответила я. – Дель. Мы учились в одной школе