Герцогиня под прикрытием: кухарка на полставки - Екатерина Евгеньева

Догадка пронзила меня лезвием. Я знала, про кого он говорил. От этого мне стало еще хуже.

— Ну… — Оттомберг выставил вперед ножик. — Пора. Там еще вторая ждет. Тоже надолго хватит.

Он начал что-то бормотать, погружаясь с каждым словом все больше в транс. А на кинжале все ярче и ярче стали разгораться символы. Вначале еле заметные, теперь они горели синим, привлекая все больше внимания. Камень подо мной стал горячее и тоже засветился, только белым.

Когда с речами было покончено, Оттомберг разорвал верх моего наряда до нижнего платья и направил нож в сторону сердца.

— Ты знаешь, маг не может жить без магии, он угасает в муках. Так что я, можно сказать, сделаю тебе одолжение, — он подмигнул мне, — после.

Лезвие холодно блеснуло в свете свечей, приближаясь к моей груди.

50 глава

Елена

Я зажмурилась, а потом услышала шум.

Открыв глаза, увидела, что кинжал замер в нескольких сантиметрах от моей груди.

Оттомберг стоял, не двигаясь, а из его горла вырывался сдавленный хрип. Лезвие выпало из его пальцев и со звоном ударилось о камень алтаря, отскочив в сторону.

Граф с быстротой зверя достал что-то из кармана, и, не оглядываясь бросил назад. — Не скучай, мой дорогая, — быстро провел шершавым языком по щеке и сразу же развернулся к противнику.

Я могла наблюдать за тем, что происходит только искоса. Магия алтаря не давала мне пошевелиться. И если вначале я могла хотя бы дергать руками и ногами, то после того, как Оттомберг прочитал ритуальные слова — и это стало мне неподвластно.

Сбоку от меня была схватка. Я не знала, кто мог прийти мне на помощь, но ему точно, судя по звуку, не поздоровилось. Хотя и была надежда, что это Оттомберг сейчас корчится в углу от боли.

Внезапно над алтарем возникла фигура в темном плаще. Глаза горели нечеловеческим хищным светом.

— Норт, — выдохнула я, не веря своим глазам.

Герцог склонился надо мной, и его лицо исказила ярость. Таким я его еще не видела. Обычно сдержанный и холодный, сейчас он излучал едва сдерживаемую ярость. В воздухе запахло чем-то жженым.

— Ты цела? — Его голос звучал хрипло, словно ему стоило огромных усилий говорить спокойно. Пальцы коснулись моего лица, осторожно провели по разбитой губе. — Он тебя ударил.

Это прозвучало не как вопрос. Как приговор.

— Норт, я… я не могу двигаться. Он что-то сделал… Слова ритуала, они пригвоздили меня.

Сзади забарахтался Оттомберг. Изрыгая ругательства, он начал швырять в сторону Норта артефакты. Они взрывались рядом с нами, заваливая дымом, но по сути не причиняли никакого вреда.

— Что за? — В удивлении закричал Оттомберг.

— Одну секунду, — Норт нежно провел по щеке ладонью и сразу же отвернулся. Кослмся ли меня вообще? — Думал артефакты Хокина чем-то тебе помогут? — Это он говорил уже Оттомбергу. — Не старайся, мы хорошо над ними поработали.

А затем ударил волной по мужчине. Оттомберг отлетел в сторону, а когда Норт вдогонку послал еще один импульс, и вовсе затих.

— Сейчас я тебя освобожу! — Александр провел ладонью над моим телом, что-то тихонько проговаривая, и невидимые путы ослабли, а затем исчезли совсем. — Теперь руки.

Достав нож, он обрубил путы, и я судорожно вздохнула, чувствуя, как в конечности наконец-то возвращается жизнь.

— Вставай. Быстро, — он помог мне соскользнуть с алтаря, подхватив за талию, когда ноги предательски подкосились.

— Как ты… как ты меня нашел? — прошептала я, цепляясь за его плащ. Кольцо, — коротко бросил он, не сводя глаз с Оттомберга, который уже приходил в себя. — Я всегда чувствую, где ты.

— Есть еще одна девушка, там, наверху.

Граф в это время уже поднялся, шатаясь и держась за голову. Кровь текла по его виску, но он, кажется, этого не замечал. Его взгляд метнулся к алтарю, затем к нам, и лицо исказила гримаса бешенства.

— Ты! — прорычал он. — Всегда ты! Всегда встаешь у меня на пути!

— Томберг, — Норт назвал его другим именем. Но судя по тому, как дернулось лицо моего бывшего жениха, это имя что-то значило для него. Голос Норта прозвучал настолько холодно, что я почувствовала, как по спине пробежали мурашки. — Ты совершил непростительное.

— Непростительное? — Оттомберг истерично рассмеялся. — Ты украл у меня все! Титул, земли, положение при дворе! И теперь еще и невесту!

— Она никогда не была твоей.

— Она инструмент! — заорал Оттомберг, и вокруг него вспыхнула темная аура. — Источник силы! Ты даже не понимаешь, что держишь в руках!

Воздух вокруг графа начал искажаться. Он что-то быстро забормотал на незнакомом языке, и руны на алтаре за нашей спиной засветились еще ярче.

Норт резко оттолкнул меня в сторону.

— Беги! — крикнул он. — Прячься за камнями!

Я споткнулась и упала, но тут же вскочила и, превозмогая боль в ногах, бросилась к ближайшему валуну. Обернулась как раз в тот момент, когда Оттомберг выбросил руки вперед, и из его ладоней вырвался поток темной энергии.

Норт даже не попытался увернуться. Он просто взмахнул рукой, и темнота разбилась о невидимый щит, рассыпавшись искрами.

— Ты забыл, с кем связываешься, Оттомберг, — голос герцога стал другим — глубоким, гортанным, нечеловеческим. — Я не какой-то там придворный маг.

Его фигура будто выросла, стала больше. Превращаясь в сплошную тень.

— Ты посмел тронуть то, что принадлежит мне, — рука Норта сжалась в кулак, и Оттомберга снова подняло в воздух. Граф захрипел, хватаясь за горло. — Ты посмел замахнуться на мою невесту.

Я наблюдала за ними не смея моргнуть. Все казалось нереальным. Даже пульсирующая в руках боль казалась не моей. Я уже не могла понять, кто в этой темноте Норт, а кто убийца. Но одно я знала точно. Я не хотела, чтобы Норт вставал с ним на одну ступень.

— Норт! — крикнула я, осторожно выбираясь из-за камня. — Остановись! Н делай этого.

Александр обернулся, и его серые глаза встретились с моими. В них пылал, хищный огонь, готовый уничтожить любого, кто встанет на его пути.

— Отпусти его, — прошептала я уже тише, но он все равно услышал.

— Он хотел убить тебя, — прорычал Норт, но хватка ослабла, и Оттомберг рухнул на землю, задыхаясь.

— Я знаю, — я сделала шаг к нему, потом еще один. — Давай уйдем отсюда. Пожалуйста.

Я протянула к нему руки. Норт дрогнул. Я видела, как в нем сражаются две половины. Жажда мести оказалась слабее. Глядя мне в глаза, он кивнул, бросил в Оттомьберга артефактом и направился ко мне.

Норт обнял меня так крепко, что я ахнула.