Вторая жена: цена развода - Мила Александровна Реброва

Я вернулась к Алине, чувствуя, как злость и обида смешиваются во мне.

— Всё в порядке? — спросила она, заметив моё напряжённое лицо.

— Всё отлично, — ответила я, пытаясь улыбнуться. — Просто поняла, что у некоторых людей язык всегда впереди мозга.

Алина посмотрела на меня с подозрением, но решила не настаивать.

Я взяла чашку с чаем и сделала глоток, но внутри продолжала кипеть. Слова Рукият звучали в моей голове, словно отголоски старых ран, которые я пыталась залечить.

Но теперь я чувствовала не только обиду. Я чувствовала силу. Я больше не та Лейла, которая могла молча проглотить обидное слово и уйти в себя. Теперь я знала, что у меня есть то, что нельзя разрушить их злыми языками: моя жизнь, моя любовь, моя вера в будущее.

Глава 26

Амина

Я сидела на краю кровати, глядя на телефон, который всё ещё мерцал после звонка Салмана. Его голос звучал в моей голове — спокойный, но в этот раз решительный.

Он хотел встретиться. А я сидела, не в силах сдвинуться с места, ощущая, как тревога снова расползается по телу. Эти разговоры всегда были для меня пыткой. Каждый раз я боялась услышать, что он решил стать для меня настоящим мужем. Я боялась этого с самого начала — с той самой ночи, когда нас поженили.

Свадьба прошла быстро. Без излишеств, но с тем минимумом традиций, который был нужен, чтобы удовлетворить тех, кто принимал это решение за нас. Салману нужен был брак, чтобы угодить семье так как с первой женой, неспособной родить ему ребёнка, у него не было наследников. Ему нужна была новая семья. А я… я просто была рядом. Лишняя в доме дяди и тёти, чужая среди своих, я всегда знала, что рано или поздно они найдут способ избавиться от меня.

И вот я сидела в спальне, ставшей теперь “моей”, боясь поднять глаза. Страх сковывал меня: я не хотела быть женой. Тем более второй. Я не хотела ничего из этого. Но что я могла сделать?

В ту ночь ничего не произошло. Салман, как оказалось, тоже не хотел этого брака. Он слишком быстро осознал свою ошибку. Возможно, ещё до того, как прошла свадьба. А может, это случилось в тот момент, когда он вошёл в комнату и увидел, насколько я напугана. Мы оба знали, что этот союз — ошибка. Он вышел из комнаты, оставив меня в одиночестве, и тогда я впервые выдохнула с облегчением.

С того момента наш брак так и остался формальностью. Он никогда не смотрел на меня, как на жену, никогда не пытался сблизиться. Мы жили в разных домах. Я была благодарна за это, но в то же время ощущала, как тяжело живётся под его крышей, когда каждый день напоминает тебе о твоём месте. О месте второй жены. Разрушительницы. Многие так называли меня за глаза.

Когда Салман предложил мне встретиться сегодня, я знала, что что-то изменится. Его голос был слишком серьёзным. Я уже привыкла к тому, что наша жизнь текла своим чередом, без сюрпризов. Он обеспечивал меня, давал мне всё необходимое, но никогда не вмешивался в мою жизнь. А теперь…

Я сидела в гостиной, ожидая его прихода. За окном моросил дождь, и это серое небо словно отражало моё состояние. Я вспоминала год, который прошел с тех пор, как мы поженились. Он пролетел, как в тумане, лишённый настоящих эмоций, настоящей жизни.

Салман пришёл через полчаса. Как всегда, выглядел безупречно — сдержанный, уверенный в себе. В его глазах не было привычного спокойствия. Там была решимость, которая настораживала.

Он говорил спокойно, прямо. Сказал, что хочет развода. Что этот брак — ошибка. Что я заслуживаю лучшей жизни.

Я смотрела на него и не могла решить, что чувствую. Когда-то эти слова могли бы ранить меня, но не сейчас. Я понимала, что он прав. Этот брак был ошибкой с самого начала. Он связал нас, но так и не стал чем-то настоящим. И теперь, наконец, он предлагал мне свободу.

Я думала, что буду бояться, что это разрушит мою жизнь. Ведь для женщины нет ничего хуже клейма разведенки. Но вместо этого я почувствовала облегчение. Всё, чего я хотела, — это быть собой, жить так, как я хочу. Без чужих ожиданий, без роли, которую мне навязали.

Салман оставил мне квартиру и деньги на обучение. Это было больше, чем я могла попросить. Я была благодарна ему. Он не стал для меня мужем, но дал мне шанс на новую жизнь.

Когда он ушёл, я долго смотрела на закрытую дверь. Теперь я знала, что моя жизнь принадлежит только мне.

Салман

Я вышел из квартиры Амины, чувствуя, как огромный груз свалился с моих плеч. Дождь перестал лить, но воздух оставался влажным и прохладным. Город казался мне другим — спокойнее, ярче. Это чувство свободы, которое я не испытывал уже несколько лет, было странным, но в то же время вдохновляющим. Завтра мы уезжаем обратно в Калининград, и на этот раз мне казалось, что я оставляю за собой не просто город, а целую жизнь.

Я никогда не хотел причинять боль Амине. Но и продолжать этот фиктивный брак, зная, что он становится преградой между мной и Лейлой, я больше не мог. Сегодня всё встало на свои места. Амина приняла мой выбор, и я знал, что теперь она сможет жить своей жизнью, так же как и я своей.

Я прошёл несколько кварталов пешком, прежде чем поймать машину и поехать в центр. В голове уже созрел план. Я хотел устроить для Лейлы особенный вечер. Она заслуживала этого — чего-то лёгкого, без напряжения, только для нас двоих.

Затем я занялся делами. Квартира, в которой жила Амина, должна была перейти в её полное владение. Это было важно для меня — я не хотел оставлять её без поддержки. Юрист уже подготовил все бумаги, и я подписал их, чувствуя, что с каждым документом закрываю главу своей жизни. Перевёл деньги на её счёт, как обещал. Теперь она могла продолжать учёбу, не переживая о финансовых трудностях.

Я вернулся в наш номер, стараясь не шуметь. Лейла была в спальне, я слышал, как она что-то тихо перекладывает в своей дорожной сумке. Сегодня она казалась ещё более отстранённой, погружённой в свои мысли. Но завтра всё