Вторая жена: цена развода - Мила Александровна Реброва

Я спустился в холл гостиницы и попросил администратора накрыть для нас ужин в отдельном зале ресторана. Ничего лишнего — только уютная атмосфера, чтобы мы могли провести время вдвоём, без посторонних глаз. Я знал, что Лейла оценит эту простоту и интимность момента.

На обратном пути я зашёл в небольшой магазин на первом этаже гостиницы и выбрал для неё подарок — элегантное чёрное платье. Простое, но изысканное, такое, которое подчёркивало бы её природную грацию. Оно идеально подходило для ужина, который я задумал.

Когда я поднялся в наш номер, Лейла сидела на кровати с ноутбуком, явно что-то записывая. Она выглядела сосредоточенной, но в её позе чувствовалась лёгкая усталость. Я вошёл, держа в руках аккуратно упакованную коробку.

— Что это? — спросила она, отрываясь от своего занятия.

— Небольшой сюрприз, — я протянул ей коробку. — Надеюсь, тебе понравится.

Она взяла её с лёгкой настороженностью, но я заметил, как её губы дрогнули в улыбке.

— А что за повод? — спросила она, внимательно глядя на меня.

— Повод в том, что мы уезжаем завтра, — ответил я, присев напротив неё. — Я хочу, чтобы этот вечер был особенным. В семь вечера я жду тебя внизу, готовую к ужину.

Она удивлённо приподняла брови, но кивнула, явно заинтригованная.

— Хорошо, — коротко сказала она, положив коробку рядом с собой.

Я встал, оставив её одну, чтобы она могла подготовиться. Спустившись вниз, я проверил, как идёт подготовка ужина. Меня охватило чувство предвкушения. Завтра мы уедем из Грозного, но сегодня я хотел подарить ей вечер, который она запомнит надолго.

В моих мыслях был только один человек — Лейла. И этот вечер я планировал посвятить только ей.

Лейла

Я сидела на краю кровати, держа в руках коробку, которую Салман вручил мне несколькими минутами ранее. Его слова всё ещё звучали в моей голове: «В семь вечера я жду тебя». Волнение накатывало волнами, как будто впереди меня ждало что-то особенное, важное. Но что именно — знала только я.

Салман планировал устроить мне сюрприз. Но на этот раз сюрпризом для него буду я. Я наконец-то расскажу ему о ребёнке. Эта мысль грела меня изнутри, смешивая радость с лёгким страхом. Но я решила — больше никаких тайн, никаких замкнутых взглядов и недосказанности. Это начало новой жизни. Нашей жизни.

Я аккуратно открыла коробку и ахнула. Внутри лежало элегантное чёрное платье. Оно было идеально — простое, изысканное, именно то что выбрала бы я сама. Я провела пальцами по мягкой ткани, улыбаясь. Салман знал, что мне понравится.

Собравшись с мыслями, я отложила платье и направилась в ванную. Открутив воду в душе, я почувствовала, как горячие струи смывают с меня усталость и напряжение. Я закрыла глаза, наслаждаясь этим моментом спокойствия, словно это был ритуал перед чем-то большим.

Когда я вышла из душа, обернувшись в пушистое полотенце, на душе было легко. Я знала, что сегодня особенный вечер. Высушив волосы, я аккуратно уложила их, выбрав мягкие волны, которые естественно обрамляли моё лицо. Затем села перед зеркалом, чтобы нанести макияж. Я не торопилась, с особой тщательностью подбирая оттенки. Лёгкий блеск на губах, тонкая стрелка, немного румян — всё идеально.

Я надела платье, чувствуя, как ткань мягко облегает тело. Оно село так, будто было создано специально для меня. Подчёркивало всё нужное и скрывало лишнее. Я посмотрела на себя в зеркало и улыбнулась. Да, сегодня я прекрасна. Но главное — жизнь прекрасна. Я положила руку на живот, чувствуя, как внутри меня растёт новая жизнь. Всё будет хорошо. Теперь я в этом была уверена.

Когда я спустилась вниз, Салман уже ждал меня. Он стоял у входа в небольшой зал, который выглядел уютно и изысканно одновременно. На нём был тёмный костюм, идеально сидящий на его сильной фигуре. Его лицо осветилось, как только он увидел меня. В этот момент я заметила, как его взгляд задержался на мне чуть дольше, чем обычно.

— Ты выглядишь потрясающе, — сказал он, подходя ближе. Его голос был низким, тёплым, таким знакомым и родным.

— Спасибо, — ответила я, стараясь скрыть волнение. — Ты тоже.

Салман подал мне руку, и я вложила свою ладонь в его. Мы вошли в зал, где стоял стол, накрытый для двоих. Мягкий свет свечей, тихая музыка и уютная обстановка создавали особую атмосферу. Я чувствовала, как внутри меня разгорается решимость. Сегодня я скажу ему всё.

Мы сели за стол, и он посмотрел на меня так, как смотрят только в особенные моменты. Сегодня, в этот вечер, всё казалось правильным, естественным. И я знала, что именно сейчас настало время для моего сюрприза.

Салман

Я ждал этого вечера. Ждал момента, когда смогу наконец избавиться от всего, что нас разделяло. Сегодня я был готов. Готов быть с Лейлой без каких-либо барьеров, без теней прошлого, без боли, которая слишком долго стояла между нами.

Я смотрел на неё, когда она входила в зал, в том самом платье, которое я выбрал для неё. Оно сидело идеально, подчёркивая её хрупкость и внутреннюю силу. Её глаза были наполнены светом, который я любил больше всего. Я знал, что должен сказать ей правду. Что больше никаких секретов, никакой недосказанности.

Когда она села за стол напротив меня, я почувствовал, как всё встаёт на свои места. Это был наш момент. Наша новая жизнь начиналась здесь и сейчас.

— Лейла, — начал я, чувствуя, как внутри меня загорается решимость. — Я должен тебе кое-что сказать.

Она посмотрела на меня, её взгляд был одновременно любопытным и настороженным.

— Знаешь, — сказала она, пытаясь улыбнуться, но я видел, что она тоже взволнована, — я тоже хочу тебе кое-что сказать.

— Лейла, — перебил я, подаваясь вперёд, — мне нужно это сказать первым. Это важно.

Её лицо стало серьёзным, и она кивнула, давая мне возможность продолжить.

— Сегодня я стал полностью твоим. Я дал Амине развод.

Её глаза округлились, наполненные шоком и удивлением. Она смотрела на меня, будто не верила своим ушам.

— Что?.. — прошептала она, её голос дрожал. — Ты… ты развёлся?

Я кивнул, глядя прямо в её глаза.

— Да. Теперь я принадлежу только тебе. Хотя, если честно, я всегда принадлежал только тебе, Лейла. И буду принадлежать всегда.

Она закрыла лицо руками, и я увидел, как слёзы блеснули на её щеках. Я протянул руку, коснулся её пальцев, и она посмотрела на меня с таким выражением, которое невозможно описать словами.

— Для этого ты приехал в Грозный? — спросила она, её голос звучал