Операция «Приручить строптивую». Моя без шансов - Ульяна Николаевна Романова

— Всеволод, — строго начала я.

— Не хочу о нем говорить! — ощерился Сева.

— Хорошо, тебе нужно время, — пришлось согласиться мне, — но я простила вашего отца, и тебе пришло время с ним помириться.

— Я ем, мама, — отмахнулся Всеволод.

Вот что мне с ним делать?

— Мам, а у нас еще братик будет? — с детской непосредственностью выдал Арсений. — У Коли из моего класса родился младший, я тоже хочу.

— Поживем — увидим, — уклончиво ответила я.

А мама просто взяла меня за руку и улыбалась. Искренне, впервые после ухода папы она не выдавливала улыбку, а была по-настоящему счастлива за меня.

Мальчишки поели и ушли в свою комнату, а мы с ней остались вдвоем. И маме я сказала о беременности.

— Боже, какое счастье пришло в нашу семью, — взмахнула она руками.

— Останешься? — попросила я. — Устроим настоящий семейный ужин.

— Конечно!

— Тогда ты иди отдыхай, а я все приготовлю.

— Даночка, у меня столько энергии появилось, что я тебе помогу. И с малышом помогу по мере сил — такая радость, такой повод жить и здравствовать.

Я откинулась на спинку стула и теперь с уверенностью могла сказать, что я абсолютно счастлива.

А Сева обязательно помирится со своим отцом. Им просто нужно время.

Глава 34

Данелия

— Да, мамуль, все в порядке, я с работы еду, — я вела машину и говорила с мамой по громкой связи.

— Мальчишки уже дома?

— Да, их всех сегодня Хасан забрал со школы, развез по тренировкам и уже едут домой. Что решили со свадьбой?

— Решили, что сейчас тихо распишемся, а свадьбу сыграем, когда малышка родится. Сейчас и так слишком много дел навалилось.

Хасан сделал мне предложение три недели назад. Пригласил меня в ресторан и там, встав на одно колено, предложил стать его женой. Разумеется, я согласилась. Но случилось недопонимание. Хасану было важно сделать праздник, мол, родня не поймет, а я хотела тихого, скромного торжества. После недолгих споров мы пришли к компромиссу: тихо расписываемся в ближайшее время, а торжественное мероприятие, призванное, чтобы Хасана не выгнали из семьи, будет после родов. Мой мужчина клятвенно пообещал, что сам все организует, а нянь у нас целая банда, вон Эмилия учится на детского доктора, пусть практикуется, да и Варе, жене младшего брата, тоже не помешает практика, там и Камал с Дамиком подтянутся…

В итоге мне не оставили выбора, кроме как согласиться.

— Ну и хорошо. Раз так решили, значит, так правильно, — согласилась мамочка.

Мы тепло попрощались, а я хотела было свернуть в сторону супермаркета, включила поворотник и… Выключила.

Потому что еще не привыкла к тому, что быт веду не я одна, а закуп продуктов в основном взвалил на себя Хасан. Моя задача была все приготовить и накрыть стол на нашу большую семью.

Мы переехали месяц назад, через три дня после празднования Нового года. В большой двухэтажный дом, невдалеке от того, где Хасан строил свой. Наш.

Не скажу, что это было очень легко, но мы справились. Потому что Хасан Муратович радостно забрал у меня флаг паникера и гордо нес его вперед. Мы вместе ходили на обследования, сдали анализы крови и просто ждали появления малышки на свет. И параллельно перевозили наши вещи в дом.

Мальчишки мои помогали со сборами, Хасан, конечно, безобразие возглавил, и переехали мы быстро.

А потом учились жить вместе. Распределять обязанности и воспитывать детей. Общих.

Мы не делали разницы «мои — твои». Все трое были нашими. И все наши первые недели чудили, ругались, даже умудрились подраться из-за самой большой комнаты.

Ильяс становился мне родным, но я с уважением относилась к памяти его мамы. Я не могла ревновать его и Хасана к женщине, которая, я уверена, была замечательной.

Незаметно для себя мы приспособились и в быту. Делили обязанности не сговариваясь. Все, где требовалась физическая сила, брал на себя Хасан, всегда подключая к делу мальчишек. Я же создавала уют, кормила их и работала.

Как бы ни бурчал Хасан, я не отказалась от своей затеи открыть школу. Когда-то я могла вести бизнес бывшего мужа и воспитывать двоих детей без нянь, значит, и сейчас смогу.

Я ехала по трассе, раздумывая, что нужно как-то дозвониться до Дэна, который последний месяц не появлялся, лишь молча перечисляя мне деньги на детей.

И стоило только вспомнить о бывшем, как он мне позвонил.

— Алло, — спокойно ответила я.

— Я в городе и хочу тебя увидеть, — голос Дэна был серьезным.

— Скину адрес кафе, подъезжай. Я голодна, и было бы здорово поесть.

— Кидай, — согласился Дэн.

Я осмотрелась, нашла взглядом кафе, припарковалась у входа и отправила бывшему сообщение с адресом. Поправила шубку, накинула капюшон и пошла в кафе. Заняла столик у окна и сделала заказ. Дэн приехал через полчаса, когда я ела горячий и очень вкусный грибной суп.

Как всегда непрошибаемо уверенный в себе, бывший муж зашел в помещение, осмотрелся, заметил меня и решительно подошел. Снял куртку и сел напротив.

— Ты похудел, — заметила я, уплетая суп.

И поймала себя на мысли, что больше не дрожу от гнева в его присутствии. Давно нет обиды, да и других чувств, кроме благодарности за наших сыновей, я не испытывала.

— Дана, кто такой дядя Хасан и почему ты живешь у него? — проигнорировал Дэн мой комплимент.

— Арсений рассказал… Кстати, ты не хочешь извиниться перед Севой и помириться с ним?

— Данелия! — разозлился Дэн. — Как ты можешь есть в такой момент?

— Ну вот так. Смотри. Беру ложечку, зачерпываю суп, вынимаю и кладу в рот. Это легко.

— Дана!

— Что? — Я спокойно подняла на него взгляд.

— Ты нашла себе мужчину, — утвердительно заметил Дэн.

— Хуже. Я влюбилась.

Бывший муж сжал челюсти, глубоко вздохнул и пристально посмотрел на меня:

— Почему я узнаю́ последним?

— Мне достать мобильный, чтобы показать тебе твое же сообщение, где ты пишешь, что ты в горах, алименты упадут на счет в срок, а связи у тебя нет? Или это не ты писал, а твоя студентка?

— Я, — Дэн опустил голову, — просто я не думал, что ты так быстро…

— Я тоже, — согласилась я, — но если твоя жена не нужна тебе, это не значит, что ее не полюбит кто-то другой.

— Ты лучшее, что было в моей жизни, Данулик. Лучшая и самая замечательная. Просто… Так вышло. Мы перестали быть мужем и женой, а стали просто лучшими друзьями и родителями.