Взрыв - Э. К. Хантер

ухмыляясь. Услышав недовольный рык Кая, я не смогла сдержать фырканья, которое вырвалось у меня. Голова Кая резко повернулась туда, где я сидела, его темные глаза сузились, глядя на меня.

— Возможно, тебе захочется остаться на ночь, Эш. У нас с женой есть кое-какие незаконченные дела.

Ага. Так оно и было.

— Поверь мне, твоих супружеских неурядиц мне хватит на всю жизнь. Я догоню вас, ребята, утром, постарайтесь не поубивать друг друга, пока меня не будет, — ответил Эш, все еще ухмыляясь.

Кай уставился на меня, когда Эш схватил свою куртку и вышел, его темные глаза прожигали меня, но я не могла сказать, горели ли они яростью или похотью.

В любом случае, интенсивности, сверкнувшей из его темных глаз, было достаточно, чтобы заставить меня вскочить на ноги и отойти от него на несколько шагов, надеясь, что я смогу предложить себе какую-то форму защиты от волка, который, я была уверена, вот-вот выйдет поиграть.

Услышав, что звук двигателя машины стал тише, Кай подошел на шаг ближе, жар в его глазах теперь горел как в аду.

Похоть.

Это определенно была похоть.

И я была в такой большой беде, потому что, судя по выражению его лица, мое нутро сжалось от желания.

— Что ты делаешь? — спросила я, когда он подошел еще на шаг ближе. Его язык высунулся и провел по нижней губе, и будь я проклята, если не хотела, чтобы его язык пробежался по всему моему телу.

Но я отказалась уступить ему. Если он думал, что сможет проложить себе путь к прощению, то ему чертовски не повезло.

— Как я уже сказал, у нас есть кое-какие незаконченные дела, — ответил он. Его тон был таким, какой я слышала раньше. Это был его тон «Не связывайся со мной, черт возьми».

— Я не хочу разговаривать. Мне нечего тебе сказать, и я не хочу слышать никаких дерьмовых оправданий, исходящих из твоих уст, — ответила я, позволяя ему услышать злобу в моем тоне.

— Это и к лучшему, детка, я тоже не хочу разговаривать. Ты мне кое-что должна.

Это заставило меня задуматься.

— Сколько, черт возьми, я тебе должна? — рявкнула я.

Его губы изогнулись в злобной усмешке. — Помнишь сделку, которую мы заключили несколько месяцев назад, когда были на складе с Блейз?

Мое сердце подпрыгнуло к горлу.

— Ч-что? — мой голос дрожал, и хотя я знала, о чем он говорит, я решила прикинуться дурочкой.

— Ну же, жена, ты же помнишь. Мы заключили сделку. Я бы не стал убивать Блейз в обмен на одну ночь, чтобы делать с твоим упругим маленьким телом все, что захочу.

О, черт возьми.

— Ты шутишь? — сказала я, уперев руки в бедра, пытаясь игнорировать все грязные образы, которые внезапно ожили в моей голове.

— Неужели это выглядит так, будто я шучу? — он сделал еще один шаг вперед, побуждая меня опустить руки и сделать еще один шаг назад, и трахни меня, моя киска начала пульсировать.

— Но ты действительно убил ее! — закричала, вскидывая руки в воздух и пытаясь игнорировать реакцию своего тела на моего мужа.

— Не тогда, когда я этого не сделал. Не тогда, когда мы заключали сделку. Я выполнил свою часть, теперь ты выполнишь свою, — злая улыбка на его губах стала шире, а в глазах появился хитрый блеск. Кай всегда гордился тем, что был человеком слова, и теперь он проверял, смогу ли я сдержать свое слово.

И, черт возьми, хотела ли я быть такой. Гордость и упрямство удерживали меня от желания отказаться от сделки, на которую я по глупости согласилась, даже если обстоятельства существенно изменились с тех пор, как мы ее заключили. Но это не означало, что я собиралась просто перевернуться и принять это.

Буквально.

— А если я скажу «нет»?

— Ты можешь говорить «нет» сколько угодно, это все равно произойдет, — пригрозил он.

— Значит, ты возьмешь меня силой? — бросила вызов.

— Что я говорил тебе в самолете, звезда? Я остановлюсь, когда ты действительно это имеешь в виду, — он подошел еще на шаг ближе, и я нервно сглотнула.

Мое сердце бешено колотилось, потому что, несмотря на то, что мой мозг говорил мне держаться твердо и не уступать ему, все мое тело умоляло меня позволить ему делать все, что он, черт возьми, захочет.

— Но не забывай, Райли. Я знаю тебя. Я знаю каждый дюйм твоего тела. Я могу сказать, когда твой пульс учащается. Я вижу, как твои глаза расширяются от желания. Я знаю, когда твоя пизда становится влажнее при одной мысли о том, как мой член толкается в нее. Твой рот может говорить ”нет", но твое тело говорит нечто совершенно другое.

Черт.

Он был чертовски прав. Все, что он только что описал, происходило, особенно та часть, где моя киска становилась все более влажной. Прямо сейчас мои трусики были определенно мокрыми.

Бушевала внутренняя война. Кай был прав, нельзя было отрицать мою физическую реакцию на него, и если я была честна сама с собой, я ничего так не хотела, как чтобы он изнасиловал меня.

Но большая часть меня все еще была зла на него, и та часть меня, которая доминировала над моими эмоциями, не была готова услышать его доводы в пользу того, что он заставил меня пройти через шесть месяцев ада.

Но давайте посмотрим правде в глаза, это был Кай Вулф, с которым я имела дело. Я могла протестовать сколько угодно, и все это время, пока мое предательское тело реагировало таким образом, не было никакого способа, которым он не выполнил бы свою угрозу.

У меня не было другого выбора, кроме как принять правду об этом.

Мне предстояло чертовски хорошо прозреть, и я бы солгала, если бы сказала, что это худшая вещь в мире.

Увидев, что на моем лице отразилось смирение, Кай сделал еще один шаг вперед, когда я отступила, не осознавая, что он медленно прижимал меня к стене. Поскольку мне некуда было деваться, Кай сделал последний шаг вперед, тесня меня, когда он поднял руки и прижал меня к стене.

— Мы можем сделать это легким или трудным путем, звезда, — прошептал он мне на ухо, его запах окутал меня и заставил мои гормоны взбеситься. — Это зависит от тебя. Но я предупреждаю тебя, детка, если ты пойдешь трудным путем, я отыграюсь на твоей заднице, и ты не сможешь кончить.

Ну, это было несложно.

Ни в коем случае нельзя было лишать меня оргазмов.

Еще раз.

— Тогда, наверное, я выберу легкий