Академия в Тридевятом царстве, или Понаехало тут попаданок! - Мария Александровна Ерова

живой ум головы Маруси имелось другое задание, более важное, и приходилось справляться собственными силами. Однако все усилия были тщетны: они перевернули буквально весь дом вверх дном, а нужной реликвии так и не отыскалось.

— Сдаётся мне, что ничего мы здесь не найдём, — задумчиво произнесла Алёнушка, пытаясь подтянуть к себе козлёнка, что все полузасохшие цветы на подоконнике кощеева дома изжевал.

— И что же делать теперь? — растерянно вопросила Снегурочка, но без Маруси такие вопросы сейчас сложно решались.

— А уж не специально ли они нас сюда заманили, чтобы Марусе вред какой-нибудь учинить?.. — предположил Златогор.

— Какой вред? — тут же насторожился Елисей. — Да откуда?..

— Ой, какие же вы, парни, наивные! — продолжая «сражаться» с рогатым братцем, продолжила Алёнушка. — Кощей, да и не узнает, если ему надо будет?! Зря что ли он столько лет ректором Академии Тридевятого царства числится?!

— Тогда и нам спешить надо! — тут же подобрался Пересвет. — Выручать Марусю надо!

И вот, когда осознание накрыло их всех с головой, вся дружная компания, подобравшись, бегом направилась к выходу, желая как можно скорее настигнуть офиса Кощея в академии.

Бежали они, не щадя себя и надеясь лишь, что ещё не слишком поздно, и боевую подругу они не потеряют. Но когда ворвались во вражий кабинет, то Маруси там не застали. Лишь Кощея Кощеевича, что сидел в своем кресле, взвалив костяную ногу на ногу, и ехидно ухмылялся. А ещё на его коленях лежал тот самый меч — по крайней мере, все почему-то в уме решили, что это именно так.

— Явились?! — с порога вопросил он, когда вся воинственная компания в недоумении застыла перед ним с раскрытыми ртами. — А я давно вас жду!

— Где Маруся?! — первым отмер Елисей, пробираясь вперёд. — Только не говори, Кощей, что ты её не видел!

— Видел-видел! — бодро, с нотками злости в голосе, ответил тот. — Скажем так, она в надёжном месте…

Елисей, зарычав, хотел было броситься с кулаками на ректора, но Златогор с Пересветом его удержали.

— В бой рвёшься? — довольно процедил сквозь зубы Кощей Кощеевич. — Похвально! У меня и меч для тебя есть. Вы же за ним пришли, не правда ли?..

С этими словами он, подхватив с колен опасную штуку, помахал ею в воздухе, тем самым демонстрирую вломившимся в его кабинет дебоширам, что это не муляж.

— И что, вы его на прямо так отдадите?! — не выдержала любопытная Снегурочка.

— Конечно! — загоготал Кощей, продолжая играть свою роль. — Вы же так старались! Вон какой заговор против меня организовали! Как такое не поощрить…

— И в чём же подвох? — все четыре головы Златогора прищурились, уставившись на ректора. — Что-то мне не очень в честность Ваших намерений верится…

Тогда Кощей рассмеялся пуще прежнего.

— А из тебя бы вышел дельный студент, Златогорушка! Жаль, не по той дорожке ты пошёл, не с теми связался… Но всё ещё не поздно изменить!

Змей Горыныч, покраснев, насупился и даже разозлился.

— Нет уж, спасибо! С кем связался — с тем связался! И менять ничего не собираюсь! Все они — мои друзья!

Остальные поддержали его довольными возгласами, что Кощею, само собой, особенно не понравилось.

— Тихо! — гаркнул он на возрадовавшуюся толпу. — Я знаю, что среди вас нет тут белых и пушистых. И то, что каждый из вас легко произносит на словах, на деле может и вовсе ничего не значить!

— Да что ты такое говоришь, старик?! — на этот раз взбунтовался Пересвет. — говорят тебе, мы друг за друга горой! А уж за Марусю кого хочешь порвём! И тебя, и Ягу эту твою подельницу! Наслышаны мы про ваши грязные делишки! Не академию, а притон здесь устроили!

Ректор, выслушав его очень внимательно, возражать не стал.

— Так вот я и говорю: докажите! Я вверяю сейчас вашей толпе меч, несущий мою погибель, а вы…

Он нарочно сделал интригующую паузу, и в кабинете повисла звенящая тишина.

— Ну не томите! — воскликнула Алёнушка, в конце концов не выдержав. — Что мы должны сделать в обмен на этот меч?!..

— Вы должны сделать выбор! — торжественно провозгласил Кощей. — И это будет вашим последним испытанием!

И с этими словами швырнул меч Елисею. Девчонки завизжали, но тот поймал его на лету профессиональным отработанным движением. А сам, просто хлопнув в ладоши, исчез, испарился, как будто его здесь никогда и не было.

— Дела… — прошептал Елисей, удерживая меч и всё время оглядываясь, будто ожидая подвоха. Впрочем, сейчас этим занимались почти все, кроме козлёнка, который искал что-то съестное, но в кабинете ректора ничего, помимо кипы совершенно невкусных бумаг, ничего обнаружено не было.

Да и Кощей, кажется, решил всё же «слинять» куда-подальше. Зато вместо него на пороге кабинета обнаружилась огромная лягушка, которая совершенно чистейшим человеческим голосом скомандовала:

— Вперёд! Я провожу вас к нужному дубу…

Глава 54

Маруся, широко распахнув глаза, обнаружила себя висящей на дереве аки кокон, что вот-вот должен был стать бабочкой. Но так как представительницей этого царства насекомых в ближайшее время в её планы становиться не входило, девушка забрыкалась, пытаясь освободиться. Но путы, сковывавшие её движения, были прочны, и девушка даже начала подозревать, что без магии тут точно не обошлось.

А ещё высота тут была такая, что удайся её план с первого раза, то ей бы точно было несдобровать. Это она спросонья высвободиться, а сейчас, более или менее трезво оценив ситуацию, внезапно поняла, что превратилась бы в лепёшку, упади она с такой высоты.

Маруся заёрзала, покачиваясь в своё удовольствие из стороны в сторону, пытаясь вспомнить, при каких обстоятельствах она здесь оказалась. А вспомнив, ужаснулась и сильнее начала раскачиваться из стороны в сторону, во что бы то ни стало стараясь освободиться.

Даже ценой собственной жизни — ведь на кону были жизни её друзей…

Само собой, у неё это опять не получилось — Кощей Кощеевич, гад, на славу постарался! А, значит, следовало хорошенько подумать, как выпутаться из этого, поистине, глупого положения и всех спасти. Почему-то Маруся была просто уверена, что без её помощи они точно не справятся. Хотя, оно было и понятно! Ведь она была здесь иномирянкой, девушкой, что отличалась совершенно иным от местных мышлением и