Их беда. Друзья моего отца - Элис Екс

— Блин, — тяжелый смешок вырвался с надрывом. — Что это со мной? Вроде месячные через неделю.

Гордый хмыкнул, бросив на меня быстрый, уже не такой напряжённый взгляд:

— Так у вас как раз в это время фляга и начинает подтекать, — сказал он почти добродушно.

— Даже спорить не буду, — фыркнула я и наконец вытерла лицо ладонями.

В машине стало легче дышать. Напряжение медленно отпускало — не исчезало, но ослабевало, будто кто-то убрал ногу с груди. Я всё ещё дрожала, всё ещё была на грани, но уже могла шутить.

— Ваш план удался? — Я то знала ответ, но до жути хотелось говорить хоть о чем-то.

— Походу, да, — Лев оглянулся по сторонам, и я машинально повторила за ним.

Оказывается, машина стояла на пустой парковке. Явно за городом.

— Где мы?

— Пока что в безопасности, — коротко ответил Лев.

— Можно… конкретнее? — мой голос дрогнул, и я не стала это скрывать. Мне нужна была ясность. Любая. Хоть что-то, за что можно уцепиться, иначе меня просто разорвёт изнутри.

Гордый ответил не сразу. Смотрел на мои ноги, будто там были все ответы.

— Нам нужно оружие. Много, — сказал он ровно.

Вот это «ровно» и пугало сильнее всего. И одновременно — держало на плаву.

— И… здесь нам его дадут? — спросила я, уже понимая, что ответ будет не таким простым.

— Здесь — нет. — Он качнул головой. — Мы просто не могли ехать дальше, пока ты была… — короткая пауза, — в сумке.

Он наклонился и вновь почти машинально коснулся губами моего колена — жест тёплый, успокаивающий. Но тут же резко отстранился, словно спохватился.

И вот тогда я почувствовала это.

Не словами. Не жестами. Кожей.

Гордый посмотрел на Льва. Лев — на Гордого.

Коротко. Тяжело. Так смотрят, когда между людьми есть что-то невысказанное, опасное, острое, как лезвие. Воздух в машине стал плотным, вязким. Мне вдруг стало трудно дышать, будто я снова оказалась в той сумке — только теперь между ними.

— Что? — прошептала я, и собственный голос показался чужим. Слишком тихим. Слишком маленьким для этой тяжёлой, вязкой тишины.

Никто не ответил.

Гордый резко открыл дверь и неуклюже выбрался из машины, едва не задев плечом стойку. Тихо выругался, зло, сквозь зубы, и что-то пробурчал себе под нос про «ёбаные правила», будто они были живыми и специально издевались над ним.

Я проследила за ним взглядом, пока он не исчез в темноте.

— Что с ним?.. — спросила я уже у Льва, ещё тише. Почти умоляюще.

Лев даже не посмотрел на меня. Его челюсть была сжата, взгляд — жёсткий, отстранённый. Такой, каким он становился, когда внутри что-то шло не по плану, а плана он терять не любил.

Ответа я снова не получила.

Он просто взял меня за плечи, аккуратно, но без вариантов, усадил ровнее на сиденье и… пристегнул ремень безопасности. Сзади. Жест был слишком продуманный. Слишком контрольный.

Потом он молча пересел вперёд, хлопнул дверью и уставился в лобовое стекло.

Это было… до жути странно. Не страшно — именно странно. Как будто что-то важное решили без меня. Про меня.

Гордый вернулся, хлопнул дверью со своей стороны и сразу заговорил, будто ничего не было:

— Думаешь, Дикий даст нам пушки?

— Он нам должен, — коротко ответил Лев.

Глава 43. Лола

Не прошло и пары минут, как меня укачало. Гордый вёл мягко, без рывков, будто специально берег сон. Я ещё слышала их голоса — обрывки фраз про какого-то Дикого, про долги и старые счёты, — и даже сквозь дрему понимала: такие клички просто так не дают. Их носят те, кого боятся произносить вслух.

Сон накрыл неожиданно плотно, тяжело, без снов. Тело отключилось, будто решило взять своё, пока можно.

Я не сразу поняла, что машина остановилась.

— Лола, — тихо сказал Гордый, и тёплое прикосновение к плечу вернуло меня в реальность резче любого будильника. — Мы приехали.

Лола.

Не «принцесса». Не «малышка».

Просто Лола.

Я моргнула, приходя в себя, и это имя странно кольнуло под рёбрами. Раньше эти прозвища бесили, раздражали, царапали. А теперь… теперь их не хватало. Как будто вместе с ними исчезала иллюзия, что обо мне заботятся просто потому, что хотят, а не потому, что так надо.

Я выпрямилась на сиденье, потянулась, чувствуя, как сон всё ещё тянет назад, в темноту.

— Где мы? — спросила я тише, голос все еще был сиплый после сна.

— Та вот, приехали по адресу, — как-то загадочно усмехнулся Лев.

Я нечасто видела у него такое выражение на лице. Он был… возбужден в хорошем смысле. Некий трепет, который я не могла понять. Так смотрят маньяки в фильмах на свои жертвы.

Что же такого ждал Лев?

Мне стало не по себе.

— Подожди нас тут, — сказал Лев резко, без вариантов.

— Но…

— Никаких «но». Сиди тут, — тут же подхватил Гордый, даже не повернув головы.

Я прикусила язык. Спорить было бесполезно — это я уже выучила.

Машина стояла у простого забора. Ничего примечательного: деревянные пролёты, местами