Хранительница источника - Eaterina

Сначала показалось, что это было ругательство. Только через пару минут я осознала, что он пытался утихомирить бурю, вызванную моей силой. И у него ничего не получалось!

— Троллева девчонка! Да чтоб на тебя дракон приземлился! — ругался Эвертин ау-Легин в голос. — Чтоб тебе вечно быть у гномов на посылках и питаться только сушёными головастиками! Чтоб тебе у гоблина кухаркой служить и вечно грязь за ним подтирать!

Мне даже стало смешно от таких высказываний, так что пришлось поскорее зажать себе рот руками. Взгляд случайно соскользнул в сторону, и я увидела смеющуюся маму…Иллирину…

— И всё же выпей отвара, а потом убери то, что здесь натворила, — мягко попросила она.

Я не смогла отказать.

В три глотка осушила стакан и только собралась уже признаться, что не знаю, как вызвала ураган и как от него избавиться, как поняла — я справлюсь. Ведь это моя сила, моя магия.

И просто приказала ей успокоиться. Без пассов руками, без заклинаний, без артефактов — только собственной волей. И без тени сомнений.

Ветер улёгся, смерчи развеялись лёгким облачком, оставив после себя ощущение свежести. Ещё несколько приказаний — и комната стала принимать привычный парадный вид. Всё возвращалось на круги своя. Сейчас, под ЕЁ взглядом магия давалась мне так просто, словно была моим продолжением.

— Ну, вот и всё, — весело сказала эльфийка господину ау-Легину. — И нечего было ругаться, а то вдруг и вправду троллей накличешь.

— Никогда их не видел вживую. Интересно будет познакомиться, — насмешливо парировал эльф. — Но вопрос сейчас в тебе, Иллирина. Почему Тенна так отреагировала именно на твоё появление?

— Мне и самой это интересно. Расскажешь, что тебя так смутило, девочка?

Опять у меня просто не получилось отказать её родного голосу и тёплой улыбке.

— Вы спрашивали, что я знаю о своих родителях. Вот теперь мне кажется, что ничего. Конечно, десять — почти двенадцать — лет долгий срок, но мне никогда е забыть её голоса, улыбки, прикосновения рук… — С трудом заставила себя посмотреть в глаза эльфийке. — Вы — моя мама.

Глава 4

Мы сидели втроём за круглым столиком в самом углу просторной кухни. Сейчас здесь было пусто, но я помнила, как взвивался пар над кастрюлями и весело стрелял маслом жарящийся на сковороде кусок мяса, когда в этом месте господствовала тётушка Годиль. Сейчас лишь несколько артефактов тускло мерцали, давая понять, что они готовы выполнить любое пожелание хозяина.

— Кстати, — несколько язвительно заметил господин ау-Легин, — мы легко можем проверить, течёт ли в тебе кровь Иллирины, если ты попробуешь приказать артефактам, которые созданы именно для неё. Родной крови они, пусть и неохотно, но подчинятся.

— А если Тенна ошиблась, то она пострадает, и Лира вам этого точно не простит, — тут же возразила ему жена, за что я была очень благодарна.

Вновь наступила тишина.

Мне было неловко. Мои слова заставили господина ау-Легина сердиться и подозрительно смотреть на жену. Доброе отношение ко мне тоже будто испарилось. Теперь слышны были только колкости и насмешки, умело спрятанные за словами сочувствия и поддержки. Вот как сейчас, с артефактом.

— Прекратите, Эвертин, — наконец, оборвала мужа на полуслове мама… госпожа Иллирина. — Если я верно понимаю, речь идёт о будущем, ведь в нашей истории никогда ранее артефакторику не запрещали как вид магического искусства. Не забывайте и о том, что вы старше меня, так что лет через сто или двести произойти может, что угодно. Век человеческий короток, как и их память.

— Тогда тем более нужно понять, что изменится и как к этому подготовиться.

— Подготовиться? — удивилась я. — Не изменить?

— Менять историю можно, только если не знаешь своего будущего, — пояснил эльф. — Стоит только человеку узнать, что его ждёт впереди, и попытаться изменить или отсрочить это, как гнев судьбы настигает его в самый неожиданный момент.

Я поёжилась. Такого мне точно не хотелось. Наверное, эльфы знали об этой особенности временных изменений, а потому практически не расспрашивали меня о моём времени.

— Одно нам известно точно — артефакторы станут изгоями, — между тем продолжал господин ау-Легин. — А эльфы опять куда-то уйдут.

— Мне кажется, ваши… соотечественники никуда не ушли из Седэанелии. — задумчиво перебила его, а в голове разрозненные кусочки складывались во что-то правдоподобное. — Они просто разделили город на две части — человеческую и эльфийскую — и поставили между ними стену.

— И ты живёшь за этой стеной?

— Нет, но я могу её видеть.

— То есть мой дом за стену не попал? А почему такое неуважение?

— Не знаю. Но… Мне ведь сначала попалось объявление с адресом «улица Самоцветов», о которой никто почему-то не знал. И только на другой день название изменилось.

— То есть ради тебя дом перенесли из укрытия в человеческие кварталы?

— Не знаю! Но уверена, что на улице Северной, если мы её всё же найдём, мы отыщем ответы на некоторые вопросы.

— Не существует такой улицы, девочка, — устало покачала головой эльфийка. — Поверь, я знаю Седэанелию лучше кого бы то ни было — она часть меня.

— Как это?!

Госпожа Иллирина — мне слишком сложно было поверить, что она и впрямь моя мама — покачала головой.

— Не стоит тебе сейчас об этом задумываться. Как знать, вдруг лишние знания не принесут тебе пользы. Гораздо важнее постараться как можно быстрее отправить тебя в твоё время, пока ты ещё не слишком много рассказала о будущем и не повлияла на него.

— Не выйдет, пока Лира не поймёт, что за Хрусталь переместил Тенну сюда, — поморщившись, ответил господин Эвертин.

— А без Лиры никак?

— Никак. Она у нас главная по артефактам. А лично я ни секунды не сомневаюсь, что тут не обошлось без артефактов. Ещё и стена какая-то невообразимая. Просто в голове не укладывается!

— И всё же попробуй уложить и что-то придумать, а мне пора укладывать Деалинора.

Госпожа Иллирина поднялась. В её глазах читалось явственное желание прикоснуться ко мне — наверное, она тоже никак не могла поверить. Однако она лишь сдержанно кивнула и вышла, оставив нас с господином ау-Легином наедине.