Выходя за рамки босса - Оливия Хейл

Тристан смеется, протягивая руку, чтобы провести пальцами по волосам Джошуа.

— Мы сделаем сморы, малыш. В камине?

— Да!

Джошуа уходит в свою комнату играть после ужина, с радостными словами, что сморы будут через полчаса. Нам поручено сказать ему, как только придет время.

Я не хочу уходить отсюда. Не сейчас, когда я только узнаю их жизнь, их секреты. Очарованная их шармом. Тристан кивает в сторону своего кабинета, и я прохожу мимо него в мужское логово.

— Спасибо за ужин, — говорю я.

Он преодолевает расстояние между нами.

— Это было слишком?

— Слишком?

— Ужин, здесь. Я и Джошуа.

Я качаю головой.

— Вовсе нет.

Он протягивает руку, чтобы пропустить прядь моих волос между пальцами.

— Ты уверена? Ты была рассеянной весь ужин, — его челюсть сжимается, единственный признак дискомфорта. — Я знаю, должно быть, трудно встречаться с мужчиной, который является отцом. Не иметь времени просто... встречаться.

— Нет, Тристан, это не так, — я протягиваю руку и обвиваю пальцами мягкую ткань его рубашки. — Вовсе нет.

Его большой палец скользит к моему подбородку.

— Тогда в чем дело?

— Элеанора хотела поговорить со мной сегодня, — говорю я. Нужно произнести слова вслух, хочется услышать его спокойный, взвешенный взгляд на это. Тристан может разобраться в этом.

— Правда?

— Да. Открылась вакансия в вашем миланском офисе.

Его большой палец замирает на линии моей челюсти.

— Верно. Я видел это сегодня в письме от отдела кадров. Они обратились к тебе?

Я киваю.

— Элеанора хочет порекомендовать меня на нее. Это полная занятость. И я не знаю, что делать.

Его рука снова движется, его взгляд следит, как она скользит по моей шее.

— Это хорошая возможность для тебя.

— Да.

— И ты сможешь пожить в Италии. Почтить память дедушки. Говорить на языке.

— Да, но...

Тристан качает головой.

— Это фантастика, Фредди. Я понимаю, почему они обратились к тебе, — я безмолвно киваю. — Я знаю, ты хочешь поехать.

Хочу, но глядя в глубокую синеву его глаз, решение дается нелегко. Это даже не решение вовсе, когда я чувствую связь с мужчиной передо мной. С коллегами и жизнью, которую начала строить здесь.

Горло сжимается.

— Я попросила выходные, чтобы подумать об этом.

— Хорошо, — говорит он. — Очень профессионально.

— Да.

— Ты амбициозна, Фредди. И смела. Две вещи, которые мне в тебе нравятся больше всего. Ты преуспеешь в Италии.

— Но я буду скучать по тебе, — как-то мне удается сохранить голос легким. — Среди всех джелатерий и мопедов.

Он улыбается мне в ответ.

— Я тоже. Но я бы возненавидел себя, если бы удерживал тебя.

Я замечаю, что киваю. Как будто мы договорились об этом, как будто решение принято, даже когда мое сердце, кажется, трещит. Он реагирует не так, как я надеялась. Не так, как мне было нужно. Тристан запрокидывает мою голову и прижимается губами к моим. В поцелуе та же тихая уверенность, что и обычно, но что-то в нем заставляет меня хотеть плакать.

— Пойдем, — бормочет он. — Давай сделаем сморы. Их же нет в Италии, правда?

ГЛАВА 23

Тристан

Я упираюсь головой в руки, отворачиваясь от яркого света непрочитанных писем в моем почтовом ящике. Того самого чертового почтового ящика, который полон каждый раз, когда я смотрю, независимо от того, сколько писем я прочитал.

Голос Дженни возвращается ко мне, как это бывает время от времени. Мелочи, которые она говорила. Не работай, чтобы жить, говорила она. Прямо перед тем, как отправиться в одно из своих приключений по миру, увозящих ее в Юго-Восточную Азию, Бермуды или коралловые рифы, укрывающие Золотое Побережье Австралии. Я начал слушать ее советы только после того, как она ушла. Что бы она сказала мне в этой ситуации?

Прекрасное, эльфийское лицо Фредди всплывает передо мной. Оливковая кожа и карие глаза, темные волосы, красавица с огнем в глазах. И теперь ей предложили работу мечты. О, я распознал осторожную надежду в ее глазах, когда она рассказывала мне. Борьбу эмоций. Она борется с собой, и это из-за меня.

Я вижу так много себя в Фредди. Голод в ее глазах. У меня было такое же желание, неразбавленное и мощное, когда я был в ее возрасте. До того, как получил Джошуа. Я никогда не пожалею о том, что заботился о нем, никогда не пожалею о подписании тех бумаг. Он — величайший урок и величайший подарок Дженни, словно она передала мне записку «притормози, брат» в человеческой форме. Он чудо.

И все же я помню первоначальное чувство сдерживания. Необходимость идти на уступки, жертвовать частями старой мечты, пытаясь осмыслить новую. Я не могу просить Фредди сделать это, и мы не можем строить отношения, отягощенные этим решением, обремененные ее жертвой. Я не знаю, переживут ли они это.

Однажды она может возненавидеть меня, не говоря уже о том, как я могу возненавидеть себя, потому что для меня было бы убийством быть причиной того, что она не получает того, о чем мечтает.

Я тянусь к телефону на столе. Набираю номер начальника отдела кадров.

Но что делать? Проинструктировать их дать ей работу? Или сказать им выбрать кого-то другого?

Медленно я кладу телефон. Долгий момент я просто смотрю на него в ужасающей тишине. Я не могу вмешиваться в это. Что бы ни случилось, это решение Фредди, и оно должно приниматься исключительно на основе ее заслуг. Моих отпечатков пальцев не должно быть где-либо рядом с этим. Не если у нас есть надежда пережить это, как друзья.

Друзья. Смогу ли я выдержать, будучи просто ее другом? Получая вежливые открытки из Италии?

Никогда еще осознание того, что она находится в том же здании, что и я, не жгло так, как сегодня. Сидит всего в нескольких этажах ниже меня, но она могла бы уже быть на другом конце земного шара, учитывая все хорошее, что это дает. Я не могу пригласить ее на обед. Я не могу показать ей город.

Я бессилен.

И я ненавижу чувствовать себя бессильным. Поэтому я открываю свои письма и печатаю короткое сообщение Гвен из отдела кадров, все еще сохраняя внутреннее обещание не вмешиваться.

Дайте знать, когда у вас будет подходящий кандидат на позицию в Милане. Хочу, чтобы вакансия была заполнена как можно скорее.

Эмоции внутри меня замирают, как только я отправляю письмо. По крайней мере, меня известят, когда она примет решение. Это даст мне возможность надеть игровое выражение лица, когда она придет