Дамир на мою голову или Вишенка на торте - Светлана Ивановна Серебрякова

— Я всё исправлю, птенчик, обещаю.

— Мне… Я лучше пойду домой.

Но сделать это было ой как нелегко. И что самое ужасное, Дамир это чувствовал. Моя ладонь оказалась в его руке. Одно касание, одно движение, и теперь я сделала шаг к нему. Тёплые губы оставили невинное прикосновение на лбу.

— Пойдёшь, но не сегодня.

— Почему не сегодня? А когда?

— Завтра, — длинные пальцы запутались в волосах. Несильно надавливая на затылок, Дамир прижал мою голову к своему плечу. — Я не думал…

— Попа болит, — почему-то в его объятиях боль утихала.

— И это исправлю. Идём, — горячее дыхание обжигало кожу у виска. — Моя къуш.

И я шла за ним, как ягнёнок на заклание, лишенная воли. Да и не было у меня никакого желания сопротивляться. Любовь не просто глупая штука, это весьма страшное испытание для собственной личности. И его не всегда удаётся пройти.

Глава 20

Следующие две недели прошли в атмосфере полной эйфории и чистого блаженства. Я чувствовала себя принцессой, с которой сдували пылинки и стремились предугадать все желания. Не спорю, что так Дамир пытался загладить свою вину, отчасти. Но тот взгляд, что я порой ловила на себе, приводил меня в замешательство: немного задумчивый, смущенный и удивлённый одновременно. Как будто открылась моя другая сторона, о которой Дамир и не подозревал, и рад был изучить и исследовать новый для него материал. Ну а я просто наслаждалась этим вниманием.

Сегодня, зная, что Дамир на дежурстве, я проводила тихий и спокойный вечер дома, как почти все нормальные ну или не очень девушки моего возраста, — скроля ленты социальных сетей. Ну и болтала со своим врачом по телефону.

— Так что ты делаешь завтра вечером? Надеюсь, свободна?

— Ох, подождите минутку, — я усмехнулась, — мне надо посмотреть мой ежедневник. Так, работа, потом маникюр… Во сколько, вы говорите?

— В семь вечера.

— Ну, если передвинуть тут, а вот тут…

— Милана!

— Не дави на меня. Я пытаюсь составить график, а это трудно, между прочим.

— График которого нет. Ну так? И не смей закатывать глаза.

— Ой, ладно, я свободна, — но глаза демонстративно закатила, всё равно же не видел. — Если ты заранее спрашиваешь, свободна ли я завтра, то? Что это значит?

— Только то, что я приглашаю тебя на свидание.

— Хорошо. Скажешь, что это будет?

— Это будет сюрприз. Но ты можешь приодеться. И если понадобиться ещё что-то, помимо маникюра, делай, я скину тебе деньги.

— Дамир, перестань! Ты же знаешь, как я к этому отношусь.

— Знаю, пташка, — я слышала в трубке насмешливый вздох, — мне пора идти. Заеду за тобой в половине седьмого.

Он повесил трубку, а я не переставала гадать, что всё это могло значить.

На следующий день ровно в назначенное время я спускалась по ступенькам подъезда. Не любила опаздывать. И ещё больше не любила заставлять людей ждать. Но дело не в этом. Мужчина, что шёл мне навстречу, выглядел привычно: свежая отглаженная рубашка, брюки со стрелочками, пиджак и начищенные туфли. Привычный, казалось бы, образ. Но сегодня в Дамире была какая-то торжественность.

— Прекрасно выглядишь, — его комплимент меня смутил, — рад, что ты выбрала это платье.

В простом однотонном платье-трапеции с винтажным кружевным воротником я и сама себе нравилась. Как бы сказала моя мама, скромно и со вкусом. Вложив ладонь в протянутую руку, я улыбнулась:

— Спасибо. Ты сегодня тоже такой необычный. Так куда мы?..

— Ужинать, — Дамир приподнял одно плечо, а потом оглянулся на любопытных соседок, что сидели на лавочке. — Если я поцелую тебя у них на глазах, что будет?

— Мы выиграем титул «Сплетня года», — я знала, что кумушки сверлят мне спину своими взглядами, но было плевать. — А ты очень хочешь поцеловать? — Дамир кивнул. — Тогда, целуй, потому что я тоже этого хочу. Почему я так сильно по тебе скучаю?

Но целовать Дамир не стал, просто открыл мне дверцу вишенки:

— Потому что я о тебе постоянно думаю.

Всю недолгую дорогу до центра города, Дамир держал мою ладонь в своей руке. Я была точно уверена, что он волновался. И это быо полной неожиданностью.

Свернув с центральной улицы в узкий проезд, ведущий к жилому комплексу, он притормозил у шлагбаума, опустил стекло и кивнул охраннику. И тот его тотчас пропустил. Все в городе были в курсе, что это элитный дом, спрятанный в глубине тихого зелёного двора. Но вот то, что Дамир явно приехал сюда не впервые, настораживало.

— Тебя тут знают?

— Да, — он коротко кивнул, — идём.

Но в сам дом мы не пошли. Снова вернулись на центральную улицу и остановились у…

— «kIвал»? — ошеломлённая, я стояла у входа в ресторан. — Ты серьёзно?

Я была готова завизжать и повиснуть на шее Дамира. Вот это сюрприз! И Дамир видел мою реакцию. Его самодовольная усмешка говорила об этом. Протянув согнутую в локте руку, он терпеливо ждал, пока я отойду от первоначального шока. И, сделав глубокий вдох, я постаралась успокоиться. Положила ладонь поверх его руки и коротко кивнула.

Администратор широко улыбнулась нам, немного задержала свой взгляд на мне, а потом улыбнулась Дамиру:

— Привет.

— Привет, Яна.

— Всё готово, проходите.

Она уже хотела выйти из-за стойки, но мой джигит остановил её:

— Не беспокойся, я знаю, куда нам. Спасибо.

Мы прошли просторный обеденный зал, заполненный посетителями до отказа, так быстро, что я толком не успела рассмотреть интерьер, и остановились у отдельной зоны. Отгороженное от других столиков резной ширмой, это место, с одной стороны, выделялось среди прочего, но как бы было в тени. Если я ждала, что тут будет зона для двоих, то ошиблась. За этим столом могли спокойно поместиться человек шесть, а то и больше.

— Можно мне сесть у окна, — я посмотрела на Дамира, который отодвинул для меня стул, стоящий в середине. — Вид очень красивый.

— Как скажешь, къуш, — он улыбнулся и занял место, нет, не напротив, рядом, — где тебе удобнее.

Ожидая официанта, я осматривалась. Да, здесь было шикарно, в полном понимании этого слова. Светлые стены с лепниной и бордюрами