Отец моей подруги - Асия Кравец

всплыл образ старого домика бабушки в деревне. С его покосившимся забором, запахом яблок летом и тишиной, в которой нет места Магомадову. Я уеду туда, спрячусь за лесами и полями, пока он не вычеркнет меня из своей памяти, как неудачную сделку.

Я вошла обратно в спальню и осторожно закрыла балконную дверь. Щелчок замка прозвучал в тишине как выстрел. Глядя на Карима, я вдруг осознала горькую истину. Он никогда не отпустит. Такие мужчины, как он, не умеют проигрывать или отдавать то, что считают своим. И он вряд ли согласится на мои условия начать всё с чистого листа, по-человечески, уже после того, как уляжется пыль от его развода. Если, конечно, развод будет.

А что, если это была лишь минутная вспышка ярости? Горячечная реакция на подлость Зайнап? Утром он может проснуться другим человеком. Холодным, расчетливым Каримом Шамхановичем, который поймет, что развод это слишком дорого, слишком скандально, слишком сложно. И что тогда? Я снова стану запасным вариантом? Красивой побрякушкой? Протеже? Любовницей?

Сердце забилось очень быстро, так, что я прижала руку к груди. Я не могла ждать его пробуждения, не могла видеть, как в его глазах загорается привычный лед. Я хотела помнить его таким, каким он был со мной этой ночью. Я не хотела слышать его приказной тон. Я хотела его поцелуев, теплых, страстных, приятных.

Тихо, почти не дыша, я начала одеваться. Невольно усмехнулась. Каждая деталь моего гардероба казалась чужой, взятой в долг, который рано или поздно придется возвращать. Все куплено на его деньги. И я. Тоже куплена. С ног до головы.

Надев самое простое, что нашлось в шкафу, джинсы и худи, накинула сверху куртку. Взяла свою маленькую сумочку, проверила телефон и, не оглядываясь на кровать, тихонечко выскользнула из квартиры.

В подъезде было тихо. Люди еще спят. Только я со своими мыслями шатаюсь, как неприкаянная. Лифт спустился на первый этаж, и я вышла в прохладу предрассветного двора. Идти сейчас было абсолютно некуда. Подруг не осталось. Их, в общем-то, и было немного, но я всех забросила, когда познакомилась с Ясемин. Мне она стала родной и незаменимой. Я думала, что так будет всегда. Наивная. Дружба может так быстро разрушиться, что и глазом не успеешь моргнуть. Еще вчера мы сидели на ее кухне, пили чай с тортиком, а сегодня она считает меня заклятым врагом. Ее, в принципе, понять можно. В ее глазах я стерва, которая уводит из семьи ее идеального папу.

Хотя, в каком-то смысле так оно и есть. Я купилась на его красоту, на уют и тепло рядом с ним. На его ласки и любовь, которые он мне дарил с самого начала нашего знакомства. Разве могла я устоять перед взрослым, опытным мужчиной? Не могла. Я пропала еще тогда. В спортзале, когда впервые взглянула на него. Ох, лучше бы я не смотрела.

На улице было прохладно, а я неспеша прошла мимо «своей» машины, улыбнулась и направилась дальше по тротуару.

В общагу сейчас я вернуться не могла по понятным причинам. Но мне было жизненно необходимо двигаться дальше. Неважно куда. Вперед. Дышать свежим воздухом, чувствовать под ногами твердый асфальт. Ощущать реальность вокруг себя. Мне нужно было подумать. Понять, осталась ли я сама собой после торнадо, именуемого Каримом. И хочу ли я вообще возвращаться в ту золотую клетку, которую он так заботливо для меня построил.

Глава 52

Рассвет застал меня в парке. Горизонт медленно наливался ярким золотом, прорезая серую мглу. Странно, мне казалось, я просидела совсем недолго на холодной лавочке, до боли в пальцах прижимая к себе сумочку. Единственную вещь, которая осталась со мной из той, прежней жизни. Карим, как ни странно, не замечал ее и не приказывал заменить другой, более дорогой. Наверное, поэтому я ее и полюбила.

Холод пробирался под свитер, морозил, но внутренняя дрожь была сильнее. Ведь я думала о нас с Каримом. О том, существуем ли мы вообще как пара, или есть только влиятельный Карим Магомадов и его очередное приобретение.

В голове, как заезженная пленка, прокручивались кадры прошлой ночи. Его шепот, его руки, его клятвенное «ты у меня теперь единственная». Мне до безумия, до физической боли хотелось сорваться с места, отпереть дверь своим ключом, вбежать в его квартиру и нырнуть в еще не остывшую постель. Прижаться к его горячему, пахнущему гелем для душа и страстью телу, почувствовать тяжесть его руки на своей талии и просто уснуть, забыв обо всем.

Но я все еще не знала, с каким Каримом встречусь утром. Я ужасно боялась, что он передумает разводиться и я останусь любовницей на его условиях, по его правилам.

Наверное, я не очень хороший человек. Я ведь не желала Зайнап зла, не мечтала об их разводе, даже когда Карим демонстративно выводил меня в свет, подставляя под безжалостные вспышки камер. Я просто шла за ним, ослепленная его силой.

Но сейчас всё изменилось. Во мне проснулся эгоистичный, жадный зверь. Я не хотела его делить. Ни с его обязательствами, ни с традициями, ни с той женщиной, которая годами была с ним рядом, которая родила ему дочь.

Мне хотелось, чтобы он был моим полностью, без остатка. Чтобы он обнимал меня так же тепло и жадно, как в те дни, когда я еще не знала, что у него семья и что он отец моей подруги.

Когда в парке появились первые заспанные собачники и бодрые бегуны, тишину утра разорвала трель телефона. Экран светился его именем.

Карим.

Сердце сделало кульбит и застыло в радостном ожидании. Я глубоко выдохнула, пытаясь унять дрожь, и провела пальцем по экрану, принимая вызов.

- Привет, - проговорила тихо, и на губах невольно промелькнула робкая, почти виноватая улыбка.

- Где тебя носит?! - рявкнул он так, что я невольно отшатнулась, отодвигая телефон от уха, будто он мог меня ударить.

- Карим, - начала было я, пытаясь вложить в голос хоть каплю спокойствия, но он не дал мне вставить ни слова. Как всегда. Ему не нужны мои объяснения, ему нужен отчет. Здесь и сейчас. Сию секунду.

- Я спросил, где тебя носит?! Ты где была ночью?! Где ты сейчас?! Говори немедленно! - его голос вибрировал от такой ярости, что я почти ощущала, как дрожат стены в его квартире.

Я закрыла глаза и тяжело вздохнула. Ну вот и всё. Мои ночные кошмары снова со мной. Ночью он был