Демоница из статуэтки клана Чи Су - Бай Сюли

Поцелуй сделался глубже. Чувственнее. У Цин кружилась голова от переполнявших её эмоций. Ощущения были просто невероятными! И тихий стон, что сорвался с её губ, лишь подтверждал это.

В будущем у них вряд ли будет возможность поцеловаться ещё хотя бы раз. Ведь завтра ночью Цин навсегда покинет академию Цзянь-Фен. А затем их разделит непримиримая борьба кланов. Возможно, Юшенг даже возненавидит её за обман… Но всё это будет завтра. Не сейчас. Сейчас же, прямо в эту самую минуту, она хотела насладиться той лаской и нежностью, что могей дать только Юшенг. И она вкусит их сполна!

Руки Юшенга прижимали её всё сильнее, пока его губы жадно терзали её рот. Цин пьянил этот поцелуй. Она ощущала в нём голод небожителя, что мучил и её саму. Она ощущала потребность Юшенга. Потребность в ней. Сердце громко стучало, словно собиралось вырваться из груди, стремясь соединиться с сердцем Юшенга.

Внезапно Юшенг оторвался от её губ и прижался лбом к её лбу. Он тяжело и рвано дышал.

– Цин, я знаю…

– Комендантский час!

Голос распределителя Тенгфея, что внезапно донёсся из коридора, не позволил Юшенгу договорить.

– Тебе пора! – с тем же придыханием сказала Цин.

Жаль, но их время вышло.

– Да… Сейчас… – хрипло прошептал Юшенг и снова коснулся её губ.

– Комендантский час!

Голос прозвучал громче. Распределитель находился где-то недалеко от комнаты Цин.

– Юшенг, уходи! – не слишком убедительно попросила Цин, на деле желая, чтобы он задержался ещё хотя бы на минутку.

– Уже… – отозвался Юшенг, и после этих слов последовал очередной поцелуй. Жаркий. Жадный.

Он тоже не хотел оставлять её. Цин чувствовала это, и осознание этого радовало её. Но вскоре силуэт Юшенга стал тускнеть. Сначала его окутали белые всполохи, а затем они исчезли. И Юшенг вместе с ними, оставляя после себя лишь горящий след на её губах.

Глава 26

– Теперь вы, юные ученики Го Чен и Шен Юйси, – объявил главный наставник Янлин, жестом приглашая их выйти вперёд. – Продемонстрируйте нам свой артефакт!

Было ещё только раннее утро, а Цин вместе с другими учениками уже сидела на занятии. В классную комнату сквозь окна пробивался тусклый свет улицы. Дождь, шедший несколько дней подряд, наконец прекратился, но тяжёлые свинцовые тучи – предвестники первого снега – бродили по небосклону.

– Конечно, наставник! Но для этого нам потребуется пара учеников! – сказала Юйси, окинув взглядом классную комнату. В своей руке она сжимала красную нить с крошечными серебряными колокольчиками с двух её концов. – Может, хранитель Юшенг и госпожа Цин нам помогут?

Услышав своё имя, Цин замерла, хотя до этого нервно теребила золотистую кисточку подвески, за что уже не раз ловила на себе многозначительный взгляд Юшенга, сидевшего рядом с ней. Но Цин не могла ничего поделать с собой. Её так потряхивало от волнения, что спокойно усидеть на одном месте оказалось для неё весьма сложной задачей. Несколько раз она ловила себя на мысли, что хочет встать и пройти по классной комнате.

Но это было не самым страшным. Сегодня с утра меридианы её тела пробудились, пытаясь вырваться из-под контроля. Цин прекрасно понимала, что действие бальзама ослабевало. И как назло, в самый неподходящий момент, а бальзама больше не осталось!

Цин снова коснулась подвески.

«Только бы продержаться до вечера, а там мне больше не потребуется никакой бальзам!» – думала она, поймав на себе взгляд Цуй Янлина.

– Что скажете? Госпожа Юй? Хранитель Юшенг? – поинтересовался тот.

– Разумеется, главный наставник, – первым отозвался Юшенг и вышел к Чену и Юйси. Белые одежды клубились вокруг его ног при ходьбе.

– Госпожа Юй? – вскинув брови, спросил наставник.

– Я…

– Главный наставник Янлин, позвольте я им помогу, – вмешалась в их разговор Сянцзян, сидевшая до недавнего времени молча.

– Госпожа Юй? – снова спросил главный наставник, не сводя взгляда с Цин.

– Ничего, я уступаю своё место Хоу Сянцзян, – рассеянно пробормотала Цин.

– Тогда прошу вас, госпожа Сянцзян! – кивнул он.

Расплывшись в довольной улыбке, Сянцзян вышла вперёд и встала рядом с Юшенгом. Оба в белом, они составляли весьма гармоничную пару.

– Итак, – важным тоном произнесла Юйси, повязывая красную нить на запястье Юшенга, другим же её концом обвязывая запястье Сянцзян. Колокольчики переливисто зазвенели. – Наш артефакт, который мы назвали «нить любви», указывает на влюблённых! Если чувства искренние и настоящие, то нить лишь сильнее соединит ваши руки. Если же нет, то нить развяжется!

– Хм, – прочистил горло главный наставник и отошёл в сторону. – Интересно! Давайте посмотрим, что у вас вышло!

Как только Юйси закончила вязать нить, Чен стал чертить над их соединёнными ладонями витиеватые знаки, наполняя комнату зеленоватым свечением. Вскоре красная нить будто ожила. На глазах всех учеников нить стала извиваться, пока в какой-то момент сама по себе не развязалась и не упала на пол. От удара колокольчики жалобно зазвенели.

Даже со своего места Цин заметила, что лицо Сянцзян приобрело ярко-красный цвет, в тон той самой нити.

– Ваш артефакт не работает! – не слишком уверенно заявила она, заметив, что на неё обращены лица всех учеников в классе. Некоторые смотрели с неприкрытой жалостью. А Шун вообще выпучила глаза.

– А вот и работает! – возразила Юйси, вскинув вверх подбородок. Она выглядела так воинственно в чёрном ханьфу и с ярко-красными губами. – Мы проверяли его! Чен?

Без дальнейших разговоров Юйси повязала нить на запястье Чена. Он обвязал нить вокруг её запястья и снова стал выводить свои таинственные знаки. Нить всё так же зазмеилась, но, в отличие от прошлого раза, лишь сильнее стянула их запястья. Звон колокольчиков сделался громче и мелодичнее.

– Видишь! – произнесла Юйси, глядя в глаза небожительнице. – Артефакт работает!

– Ха! – Сянцзян шагнула к Юйси. От неё так и тянуло ненавистью. – О чём это ты? Ты что же, демоница, решила, что сможешь быть с небожителем только лишь потому, что так предсказал ваш артефакт? Какая глупая! – Сянцзян холодно рассмеялась, очевидно, пытаясь посильнее задеть Юйси. – Тебе никогда не возвыситься, и твои демонические уловки тебе не помогут!

– Хоу Сянцзян, да ты!.. – почти прорычал Чен, но главный наставник жестом заставил его замолчать.

– Госпожа Хоу, – предостерегающе заговорил сам наставник. – Будьте более сдержанной, иначе в следующий раз я не допущу вас к занятию, несмотря на все великие деяния вашего отца! Более того, я сообщу ему о вашем недостойном поведении! В этой классной комнате я не позволю разделять учеников и вносить между ними