Долгая дорога к тебе - Татьяна Рябинина

Сегодня Тим повел меня в «Must» — мясной ресторан с унылым хай-тековским оформлением и конским ценником. Я не стала уточнять, сделан ли выбор из любви к еде или из стремления распустить хвост. Просто заказала портерхаус с овощами-гриль. Пока наши стейки готовились, мы пили безалкогольное пиво и плавно, издалека подбирались к главной теме.

— А она всегда предупреждает? — хмыкнула я, отломив кусочек ржаной булочки с семечками.

— Вы не понимаете, это другое. Ей можно.

— А, ну да, ну да. А что Ринат? С ней хором?

— Нет. По отдельности. Соло. Сказал, что предупреждать не мешало бы. Потому что он волнуется, а его подружка вообще психует. Та, которая твоя дочь.

— По-хорошему, они правы. Крышечку у нас конкретно сорвало. Но это еще ладно. Данечка меня в лоб спросила: что вы намерены делать. Я прямо почувствовала, как мы поменялись ролями. Я — девица, одуревшая от всплеска гормонов, а она — строгая маменька с ремнем.

— Я бы предпочел, чтобы это прозвучало иначе, — поморщился Тим.

— В смысле?

— Одуревшая не от всплеска гормонов, а от любви.

Здрасьте вам через окно, еще один желающий подсказать, что я должна думать и как говорить. Извини, Осокин, но у меня после тяжелой болезни, кажется, выработался иммунитет. Поэтому я твои предпочтения просто проигнорирую. Что хотела, то и сказала. Потому что это правда. О любви пока говорить рановато. Несмотря на то, что мы знакомы почти четыре десятка лет.

— И что ты сказала? — спросил Тим, не дождавшись реакции.

— Что не знаю.

— Тогда у меня есть базовое предложение. Для обсуждения.

— Излагай, — кивнула я.

— Даже если я оперативно разведусь, вместе мы жить пока не сможем.

— Ну это и ежику ясно. Начнем с того, что мы с тобой сейчас стартуем фактически с нуля, несмотря на богатый анамнез. И на зачетный секс. Я слишком старая, чтобы бросаться в такие авантюры — блудное сожительство с незнакомым мужиком.

Тим уставился на меня с вытаращенными глазами, пытаясь сообразить, стеб это или всерьез. Но на всякий случай осторожно рассмеялся.

— Ну где-то ты права, Даша. Тем более в быту я тот еще засранец.

— Что, такой прямо свин? — уточнила я. — Носки по углам раскидываешь, трусы носишь неделями, щетину оставляешь в раковине?

Я с подобным знакома была только понаслышке. Мысников скорее повесился бы, чем бросил где-то носок или забрызгал зубной пастой зеркало.

— Нет, — скривился Тим. — Не в этом смысле. Просто у меня есть привычки, с которыми другим людям трудно мириться.

— У всех есть свои привычки. Особенно когда люди взрослые. Но еще есть прекрасное озеро Чаубунагунгамауг.

Я страшно гордилась тем, что запомнила это название и могла произнести без запинки. Точно так же, как исландский вулкан Эйяфьядлайёкюдль, который когда-то был мемом.

— Чего? — Тим еще сильнее вытаращил глаза. — Какое озеро?

— Индейское. Почти как национальная индейская изба, которая фигвам. В переводе «ты ловишь рыбу на своей стороне, я ловлю рыбу на своей стороне, и никто не ловит рыбу посередине». То есть у тебя свои привычки, у меня свои привычки, и никакой войны из-за них. Но для этого с ними нужно познакомиться.

— Угу, — кивнул он. — Алиса, это пудинг, пудинг, это Алиса, унесите пудинг (Неточная цитата из книги Льюиса Кэрролла «Алиса в Зазеркалье» ). Но дело не только в привычках. У тебя ребенок, у меня ребенок. И то, что ребенки эти почти взрослые, дела не меняет. Ключевое слово — почти. Вряд ли ты захочешь, чтобы я перебрался к вам.

Слава тебе яйца, он сформулировал то, что никак не давалось мне. Бывает такое: все понимаешь, а сказать не можешь. Прямо как собачка.

— Не хочу, Тим.

— Поэтому вариант такой. В принципе, я его уже озвучил вчера. Ты не одобрила, но особо и не возражала, вроде.

— Тайное гнездо разврата? — хмыкнула я. — На быстренько перепихнуться?

— Можно и не быстренько, но в целом верно. Даш, послушай. — Тим взял меня за руку. — Развод у меня будет не самый быстрый и не самый приятный. В первую очередь из-за квартиры. Мы в нее вложились оба, продав свои. Я мог бы выкупить долю Румы, но она не согласится. А я не соглашусь продать ей свою.

— В горной речке утром рано утонули два барана.

— Пусть так, — вздохнул Тим. — Кстати, это был главный сдерживающий фактор до сих пор — квартира. Почему мы не развелись давным-давно. Но теперь он уже роли не играет. Значит, будет долгий, нудный раздел. Через суд, видимо.

— Через суд в любом случае, раз ребенок несовершеннолетний.

— Подводя итог. Развод идет своим чередом, мы встречаемся, привыкаем к привычкам, дети заканчивают школу, а там…

— А там будет видно, — перебила я. — Окей, снимай гнездо разврата.

— Так уже. И даже не очень далеко.

— С этого надо было начинать. — Я скорчила зверскую рожу. — А то мы тут сидим, бифштексы ждем.

— Можем с собой забрать, — предложил Тим.

— Нет. Лучше съедим здесь. А то, боюсь, до них дело так и не дойдет.

Стейки принесли, мы их быстренько съели и поехали: Тим впереди, я следом, стараясь не отставать. Уже припарковавшись, я спохватилась и отправила сообщение Даньке, что приеду поздно. Галочки поголубели, но ни ответа, ни реакции не последовало.

Мы поднялись на второй этаж вполне приличного дома, видимо, после капремонта. Тим достал ключи, открыл дверь, мы вошли в прихожую, и…

В общем, если бы не он, я бы, наверно, никогда не узнала, как можно улетать от одного-единственного поцелуя, не говоря уже обо всем прочем. Далеко-далеко улетать, обгоняя голову на астрономические расстояния.

Глава 49

Глава 49

Дарина

«Приду поздно».

Я удивлюсь, если ты вообще придешь. Дорвалась до сладкого. Просто кринж!

Как же меня все бесит!

Швыряю телефон в угол дивана, заваливаюсь на подушки, лежу, закинув руки за голову.

День пропал. Нет, не так. День — полное говнище! И ладно бы еще только с Ринатом не встретились, хотя и жаль, конечно. Но бабуля…