Загадка для ректора - София Руд

Ректор останавливается на секунду, подумав, что меня терзают сомнения. Нет, сомнений нет. В его глазах вспыхивает еще больше страсти. И он скидывает себе рубашку, позволяя мне прикоснуться кончикам моих дрожащих пальцев к его огненной пламенной груди.

Боже! Аж скулы сводит от удовольствия, а он целует меня и целует, и поцелуи опускается всё ниже. Щекочут шею, опаляют мои ключицы. Я схожу с ума, я снова понимаю, когда слетает с меня, и что вообще происходит. Словно это не я, словно страсть внутри меня, никогда не показывающая мне, вдруг вырывается наружу.

— Доверься мне и ничего не бойся, — шепчет он мне на ухо, а я его почти не слышу, утопая в волнах наслаждения и страсти.

Я и так доверяю, я ему полностью доверяю, но эти слова…. Они обволакивают сердце теплом и мягкостью.

Я легонько киваю, а затем тело пронзает лёгкая боль. Не успеваю испугаться, как ректор обнимает меня крепко-крепко. Тут же усыпает поцелуями, шепча на ушко: “Моя девочка. Сейчас все пройдет”. И через пару минут уже не чувствую никакой боли.

Я снова горю, я снова принадлежу ему. А он словно чувствует меня. Будто знает каждую мою мысль, каждое желание, либо же читает это по моему лицу, по моим неконтролируемым стонам. Как же я люблю этот его взгляд. Как важно понимать, что эта блажь на его лице, дарована мной. Что я сейчас все для него.

И пламя внутри нас разгорается и доходит до момента апогея, когда всё вокруг исчезает, остаёмся лишь мы и невероятная невообразимая волна, целое цунами наслаждения, беспощадное и сносящее наповал.

Ректор издаёт едва слышно рык, а затем крепко прижимает меня к себе.

А я опустошенная уставшая, испытавшее нечто невообразимое, крепко прижимаюсь к его груди и не хочу никуда больше от него уходить. Хочу навсегда остаться здесь. И тянущее чувство внутри живота. Будто новая метка на моем теле, означающая, что теперь я принадлежу этому мужчине. И я хочу ему принадлежать.

Не верю. Не верю, что мы вместе. Не верю, что так бывает. И я так счастлива, что в глазах копятся слезы. Но ректор не видит их, потому что я утыкаюсь носом в его грудь.

Млею от него нежных поглаживаний и крепких объятий.

Я не хочу, чтобы это заканчивалось, но внутри очень странное чувство. Чувство, будто скоро я его потеряю…. Откуда оно? Почему?

Я настолько влюбилась, что начинаю сходить с ума? Нет… это ведьмовскове чутье. Будто часть меня знает, что завтра произойдет нечто ужасное….

Глава 24. Хозяин

— Вив. Вивьен, — касается слуха его нежный голос.

— Ммм? — мычу сквозь дрему, думая что это прекрасный сон, но в голове вспыхивают воспоминания о прошлой ночи.

Открываю глаза и тут же краснею, а ректор смотрит на меня с доброй усмешкой на мое растерянное лицо и целует в лоб. И этот невинный поцелуй действует на меня хлеще любовного приворота.

— Уже рассвет, — с трудом заставляю себя собраться и думать рационально вместо того, чтобы поддаться желанию укутаться в объятиях и немного поспать.

Ректор кивает, а я замечаю в его руке сверток, который он почему-то не спешит мне передать, будто оттягивая момент расставания. А еще этот взгляд. Боги, мне и так гоблински сложно, не нужно….

— Тут маячки, — словно чувствуя мои муки, начинает ректор, разворачивая плотную ткань.

Маяки очень необычные. Серьги, тоненькое колечко, кулон на длинной цепи и шпилька для волос.

— Зачем так много?

— Мы не знаем, как они себя так поведут. Может, заставят снять какие-то из украшений. Может, в этом месте будет сильный купол, и дополнительный сигнал очень выручит нас. Главное, что они не сработают, пока ты не произнесешь заклинания.

— Какое заклинание?

— “Я очень устала”, — говорит ректор. — Только сейчас не повторяй. Маячки реагируют только на твой голос. И еще — кольцо это артефакт. Выставь купол, если что-то пойдет не так. Он защитит тебя от внешних воздействий на несколько минут.

— Поняла, — киваю я, забирая красивые украшения.

Жизнь порой такая забавная.

Такой красивый подарок мог бы для девушки, а для шпионки она снаряжен сигналками. И от их работы зависит успех нашей задумки и моя жизнь.

Выбираюсь из постели, все еще испытывая легкое смущение, потому что прячусь под одной лишь простыней, но неожиданные объятия ректора, вновь разгоняют тревоги.

— Мне нужно спешить, — к собственному сожалению, вынуждена признать я, и ректор останавливается за полсекунды до того, как его губы коснулись бы моих, и нас опять накрыло бы цунами.

— Жду здесь, — шепчет он, и я бегу в ванную, чтобы привести себя в порядок. Не только в физическом плане, но и в ментальном. Внутри все пылает. Нужно собраться. Нужно вспомнить, что стоит на кону.

Умываю лицо ледяной водой, наспех иду в душ, затем оборачиваюсь в полотенце. Домоуправительница тихо стучит и спрашивает можно ли ей войти и помочь с платьем. Надо же, сегодня даже глаза не понимает, будто я из гостьи за ночь в хозяйку превратилась. И, к моему счастью, ей это не претит. Она помогает мне одеться и надеть украшения.

— Вы настоящая красавица, — шепчет она, и я улыбаюсь.

Жаль, что не под венец собираюсь, а на опасное задание.

С ректором прощаться не хочу, боюсь, что внутри опять нарушится покой. Но надо. Тут не только он, но и все наши союзники.

Проговариваем план в последний раз, в последний раз утыкаюсь носом в грудь ректора, вдыхая его запах, а он — вдыхает мой. Жадно, ненасытно. И мы расстаемся.

Небо сегодня хмурое. Тучи сгущаются. Даже птицы смолкают, когда я подхожу к нашей тайной избе с Виргом.

Оглядываюсь, зная, что за мной должны приглядывать, но никого не вижу. Они отлично маскируются. Вирг не должен заметить.

Набираю в грудь побольше воздуха, велю себе быть спокойной и вида не подать, что я что-то задумала.

— Вив?! — хмурится он, когда я заявляюсь на порог. Оглядывает меня с ног до головы, заостряя внимание на растрепанных волосах и помятом платье. Мне было жаль уничтожать старания домоправительницы, но прийти сюда в идеально