Кровавая алхимия: тайна артефакта - Лисса Мун

сделать — вызвать полицию. Могла и я. Но памятуя последнюю беседу со следователем, предполагала, что вампиры и тут исхитрятся. Хотя, то были охотники. Впрочем, нас учили не решать задачки за других, выполнять свои собственные и уважать эксперименты. Поэтому номер ближайшего отделения я все-таки набрала, пожаловалась, что меня похитили и сообщила адрес. — Опять Натанг, ложный, — сообщил диспетчер вообще не мне, но я услышала. — Ик-как «опять»? — опешила я. Ожидала чего угодно, но не такого! Ну хотя бы приехали посмотреть, а потом бы решали, ложный или нет. Тьфу! — Жених завидный, но выпроваживать соперницу за счет наряда полиции — прием устаревший, дамочка, — заявили на том конце провода. Дамочка? Да я еще… А ну и ладно! — Сама разберусь, — буркнула в трубку, подтверждая догадки диспетчера, и нажала «отбой». Братья замолкали всякий раз, как открывалась дверь моей комнаты. И хитро косились, как сплетницы-кумушки, перетирающие даже самые мелкие косточки своей пленницы. Спелись, поганцы! У-у-у-у! Пожалуй, при других обстоятельствах это бы меня обрадовало. Дружные родственники на одной территории лучше враждующих, а дружные родственники на разных территориях — вообще идиллия. Но когда уже стемнело, близилась ночь поединка, вампиры шумно обсуждали стратегию боя в гостиной и не заметили моего появления на лестнице. — …при свидетелях, — эмоционально закончил Руслан Игоревич. — Ты совсем забыл, что мы по праву стоим во главе? — возразил Тристан. — Не Никите тягаться с нами. — С нами — нет! Но в круг войдешь ты один! Просто не позволяй ему, — прорычал сквозь зубы Руслан Игоревич. — Я никогда не желал возвеличиться подобным образом. Вампиры смертны, пусть жизнь наша много продолжительнее. И любое воскрешение породит пересуды. Меня затянут в подземный град и раздерут на куски, дабы докопаться до истины. — Не преувеличивай, — холодно проронил Тристан. — Ты всегда был склонен к драматизму. — Зато ты чрезмерно спокоен. — Остров Канта не увидит сегодня моей смерти, — мрачно пошутил Тристан. — Если девчонка у него… — Он не тронет ее до завершения поединка. Ты забываешь о свидетелях. Закон не может быть нарушен. — Ник гораздо изворотливее, чем ты думаешь. — Этот дурак не заметил на Алисе кулон охотника и мою печать! — разозлился Тристан. — Ты выяснил откуда у нее артефакт? Как в городе оказался неучтенный охотник? — Да, мы славно поболтали, — заявил Тристан, а у меня подкосились ноги, и я осела на ступеньку. — Эдита скинула балласт на первую попавшуюся девицу. Вот, значит, как? — Он бы не отзывался так рьяно, — задумался Руслан Игоревич. — Это же не бросовая безделушка. Такие вещи не попадают в случайные руки, Тристан. — Старушка спятила? — насмешливо развел руками Тристан, но его тон при этом оставался ледяным, словно укрытым снегами Антарктики. — Я найду ее. — Любишь ты охотников в последнее время. — Они полезны, Тристан. Они могут стать нашими стражами. Защищать наравне с людьми, чей век короток. Служить нашим интересам. — Мы уже обсуждали. — Я найду старушку сам, — повторил Руслан Игоревич. — И не заставляю тебя в этом участвовать. Ты ведь возишься с Ясиной. А я первый ее нашел. Не смей сожрать ее раньше, чем она доделает работу. Руслан Игоревич захохотал. Я медленно отползла обратно в коридор второго этажа и, не поднимаясь на ноги, ввалилась в комнату. Щеки отчего-то горели, сердце напоминало отбойный молоток, а изо рта рвались наружу рыдания. Но прижала к губам вспотевшие ладони, чтобы похитители не услышали ни звука, проглотила колючие слезы и твердо решила послать лесом обоих кровопийц. Я слишком долго пряталась от настоящей жизни в лаборатории, прикрываясь важностью исследования. Давно стоило вылезти из уютного белого халата, отбросить защитные очки вместе с прошлыми разочарованиями и двигаться вперед. Тогда и первые попавшиеся симпатичные мужчины перестанут так сильно влиять на рассудок, и подруги не будут сбегать туда, где явно веселее. Лучше жить и ошибаться, чем спрятаться, но так и не узнать, что после десяти поражений последует успех. Сколько можно топтаться в одной точке, горевать по несбывшимся мечтам и жалеть себя? Нет, я не оплакивала столько лет дорогого человека, который слишком рано ушел из жизни. Лишь жалела, что не вышла за него замуж, как хотела в детстве; что не потеряла с ним невинность, как надеялась; что не призналась ему раньше. Сожаления — вот, что мешало мне двигаться вперед. А страх, что все опять пойдет прахом — тормозил и мое научное исследование. Но теперь… теперь никто не заставит меня сидеть на берегу! *** Вампиры покинули дом ближе к утру. А у меня уже был готов план побега. Поединок назначили сильно за полночь, чтобы на улицах шаталось как можно меньше народа. Уверена, что они небескорыстно заботились о простых смертных, ведь если не станет людей, вампирам некого будет пить! А может быть, кровь у несчастных, испуганных особей гуще и кислее, чем у довольных и спокойных? Что же мне тогда делать с помидорами? Бурное воображение тут же подсунуло фантазию, где на пачке с заменителем крови красовалась надпись: «Довольный помидор — сытый вампир!». Тьфу! По ночам все же следует спать. Особенно девушкам с бурной фантазией. Дверь отворилась легко, будто сутки в заложниках мне приснились. А такси за повышенную плату доставило до острова Канта, который очень кстати промелькнул в подслушанном разговоре. Химичок удобно устроился в кармане пальто, я выдала ему пару ватных дисков. Он сноровисто взбил пушистую подушечку и, вероятно, воображал себя пилотом Евангелиона 8 или Грендайзера 9, в роли которых, конечно, выступала нерадивая аспирантка. Я же развлекала себя подобными мыслями, чтобы не перетрусить и не повернуть обратно. И чего я там забыла? Поговорят вампиры по-мужски и разойдутся восвояси. Но Химичок настаивал на посещении ночного рандеву хотя бы в качестве зрителей, и мы крадучись вышагивали по мощеной аллее мимо массивных скамеек к дальнему краю острова. Хотя вряд ли нас можно было не заметить в свете фонарей. Кафедральный собор остался за спиной и, чем сильнее мы отдалялись, тем темнее делалось кругом. Ожидаемая тишина нарушалась громоподобным хохотом и ревом моторов со стороны Ленинградского проспекта. Неужели вампирские разборки — действительно приятные зрелищные мероприятия, и я не зря планировала насладиться спектаклем с галерки? Современные вампиры нравились мне все больше и больше, если не считать потребительского интереса к моей персоне. Вместо дикого мордобоя — цивилизованная встреча веселых и находчивых. Вместо человеческой крови — заменитель, созданный гениальной аспиранткой Алисой Ясиной. Вместо жажды — милые сдержанные беседы. Вместо клыков — обыкновенные зубы. Да и на солнце они при мне ни разу не загорались. Чесноком, конечно, брезговали. И целиком испарялись под воздействием