Тень и пламя - Рина Рофи

Рей, не отрывая от меня торжествующего взгляда, медленно вернулся на свое место.

Я опустила голову на учебник, желая, чтобы он поглотил меня целиком. Горящие уши и учащенное сердцебиение ясно давали понять — кулон справлялся с «зовом», но был бессилен против чистейшего, концентрированного смущения и... досады. Досады на саму себя.

Сзади доносилось тяжелое, гневное дыхание Марка. И тихий, ровный голос Макара:

— Психологическая атака. Эффективно. Раздражает.

Звонок прозвенел, словно сигнал к бегству. Я молниеносно схватила свои вещи, вцепилась в руку ошарашенной Даны и, не глядя по сторонам, рванула к выходу, оставляя позади и братьев, и этого невыносимого Рэя.

— Лиля, погоди! Куда мы? — задыхаясь, пыталась поспеть за мной Дана.

— Куда угодно! Лишь бы подальше! — выдохнула я, пробираясь сквозь толпу студентов.

Коридор казался лабиринтом, но сейчас он был моим спасением. Я слышала за спиной возмущенный возглас Марка и ровный голос Макара, что-то говорившего ему. Но я не оборачивалась. Я тащила Дану за собой, пока не свернула в какой-то тихий боковой проход, заставленный бюстами каких-то древних магов.

Прислонившись к холодной каменной стене, я наконец перевела дух. Сердце колотилось как сумасшедшее.

— Ох... — выдохнула Дана, поправляя сбившийся хвостик. Ее глаза все еще были круглыми. — Ну ты даешь... Я думала, Марк сейчас взорвется. А этот Рей... — она покачала головой, и на ее лице появилась смесь ужаса и восхищения. — Он безумный.

— Он наглый, самоуверенный идиот, — поправила я ее, закрывая глаза. — А я — полная дура, что повелась и наговорила лишнего.

— Зато честно, — хмыкнула Дана. — Мой старший брат, когда я сказала, что пойду на свидание с оборотнем-музыкантом, три дня ходил за мной по пятам и напевал траурные марши. Так что я понимаю. Но... — она посмотрела на меня с хитрой улыбкой, — «тот, с кем я хочу провести вечер»? Серьезно?

Я просто застонала в ответ, снова чувствуя, как краснею.

— Забудь, что ты это слышала. Это был порыв. Безумие. Больше этого не повторится.

— Конечно, конечно, — поддакнула Дана, но по ее лукавому взгляду было ясно, что она мне не верит. — Ладно, так куда теперь?

— Не важно, — махнула я рукой. — Главное, что мы одни. Без охраны и без... огненных идиотов.

Я выпрямилась, снова взяв себя в руки. Пусть этот день был одним сплошным испытанием. Но я все еще была на свободе. И намерена была этим пользоваться.

Глава 2. Свидание

После всех передряг перерыв на обед показался нам с Даной долгожданным оазисом. Мы почти бегом добрались до западного крыла — территории, отведенной под комнаты для студенток. Воздух здесь пах иначе — не старым камнем и пылью, а цветочными ароматизаторами, лаком для волос и чем-то уютным, по-домашнему сладким.

— Фух, пронесло, — выдохнула Дана, прислонившись к резной дубовой двери с табличкой «Сильвер». — Я уж думала, твой братец сейчас тут же появится с допросом.

— Не появится, — с некоторой долей надежды в голосе сказала я. — Я четко очертила границы. Девчачье крыло — святое. Даже Марк не сунется сюда без крайней необходимости.

Моя собственная комната была соседней с комнатой Даны. Я провела ключ-картой, и дверь бесшумно отъехала в сторону, впуская нас внутрь.

Комната была... пустой. Стандартная мебель, пустой стол, застеленная бежевым покрывалом кровать. Ни одной личной вещи. Мой чемодан стоял нетронутый в углу.

— Ого, — обвела взглядом помещение Дана. — А где же все твои... ну, штучки? Подушки, фотографии, всякие мелочи?

Я пожала плечами, скидывая пиджак

— Не успела еще разобрать. Да и... не знаю. Кажется слишком банальным — расставлять безделушки, как будто это надолго.

— Это надолго, Лиля. На целых три года, — мягко сказала Дана, подходя к окну. — И если ты хочешь чувствовать себя человеком, а не солдатом на посту, тебе стоит начать с малого. Хоть одну фотографию поставь.

Она была права. Я подошла к чемодану, щелкнула замками и откинула крышку. Сверху, аккуратно завернутая в мягкую ткань, лежала фоторамка. На ней — мы все. Я, лет десяти, с растрепанными белыми волосами и счастливой улыбкой на спине у отца в его человеческом облике. Мама, обнявшая его за талию, ее серебристые волосы смешались с его черными. А рядом — Марк и Макар, два угрюмых черных волчонка, которые в кадр попали явно против своей воли.

Я поставила рамку на прикроватную тумбочку. И комната мгновенно перестала быть безликой.

— Вот, совсем другое дело, — удовлетворенно кивнула Дана. — А теперь давай быстренько перекусим, а то я с голоду готова свой хвост съесть. У меня в комнате есть печенье, мама всунула.

Мы устроились на кровати, грызя шоколадное печенье, и болтали о пустяках — о строгой форме, о занудном профессоре политологии, о том, какие слухи ходят про вампиров из клуба фехтования. Это было... нормально. Просто. Так, как должно быть.

Вдруг мой телефон завибрировал. Сообщение. Не от братьев.

Неизвестный номер.

«Ледышка, насчет того кофе. Я не шутил. Буфет, 18:00. Буду ждать. Р.»

Я показываю экран Дане. Она закатывает глаза.

— Ого, уже и номер раздобыл. Настойчивый, ничего не скажешь. Пойдешь?

— Да, но позже, — твердо говорю я, откладывая телефон. — Пусть ждет. Мне нужно в библиотеку.

Дана поднимает бровь.

— В библиотеку? Серьезно? В первый же день?

— Ага, — киваю я, доедая печенье. — Мне нужно кое-что узнать о старых... семейных рецептах. Особенно о тех, что связаны с подавлением навязчивого внимания.

Я снова дотрагиваюсь до кулона на груди. Одна чашка кофе? Нет уж. Сначала — оружие. Потом — война.

Я попрощалась с Даной, пообещав встретиться позже на ужине, и отправилась в библиотеку. Трава в моем кулоне сама себя не заговорит, а ее запасы не вечны. Если я хочу сохранить свою независимость и ясность мысли, мне нужны были не только старые бабушкины рецепты, но и более глубокие знания.

Библиотека Академии «Предел» оказалась таким же грандиозным местом, как и все остальное. Бесконечные стеллажи из темного дерева уходили ввысь, к самым сводам, залитым мягким светом. Воздух был густым и пыльным, пах пергаментом, засохшими травами и временем.

Я прошла мимо отделов с историями кланов и теорией магии, направляясь в