Дочь драконов для змеиного князя - Екатерина Антонова

— Меня спас истинный, — заявляю твердо, и в груди что-то отзывается на эту мысль сладкой дрожью.

Ох!

— Валах? — Драган и Егор переглядываются.

Я молча киваю, сжимая пальцы в кулаки, чтобы они не дрожали.

— Ясно. Змей спас свою пару, это логично, — Марьяша массирует виски, будто пытаясь унять головную боль. — Но почему дворец был другой? Значит, Адилу туда запер не Мороз?

— Вероятно, — коротко, нервно хмыкаю. — Но речь сейчас не обо мне.

Машинально отстраняюсь, словно это может отделить меня от кошмарной реальности. Так проще дышать. Немного легче думать, пока мир рушится.

— Так. Егор, твои родители тоже заснули, — с нажимом черкаю их имена в столбике «сон». — Но Настя и малыш в порядке. Они точно не древние. Значит, моя теория не верна…

Мы погружаемся в гнетущее молчание. Оно висит в воздухе, холодное и пресное. Каждый вязнет в своих тревожных мыслях. И вдруг телефон Драгана издает такую громкую трель, что мы все вздрагиваем.

— Да? — волк отвечает на звонок, его большая ладонь ложится на плечо Марьи.

Она сидит рядом со спящим Гордеем, беспомощно опустив голову.

— Когда? Ты уверен, Влад? Ладно… Я понял.

Вранеш отключается. Нервно вертит в пальцах трубку, затем впивается в меня серьезным взглядом. Свободной рукой зарывается в густые темные волосы.

— Он проснулся? — выдыхаю, голос предательски срывается.

Драган кивает.

— Ясно, — опускаю взгляд, впиваюсь глазами в идеально чистый паркет.

Мой истинный очнулся. После шестнадцати лет ледяного сна. Моя драконица взрывается внутри ликующим ревом. Бьется о ребра, требует вырваться на свободу.

Лететь к нему! Сейчас же!

Но я изо всех сил сдерживаю ее. Пытаюсь задавить эту слепую эйфорию, что волной накатывает и на меня.

Метка на запястье пылает, тянет к истинному невидимой раскаленной нитью. Зовет, манит… Но я…

— Мне страшно, — слова помимо воли срываются с губ, и я закрываю лицо ладонями, пытаясь спрятаться от всего мира.

— Адила, — Марья резко встает и крепко, по-дружески обнимает меня. — Он не посмеет тебя оттолкнуть. Не сможет. Это не в его силах. Влад спал много лет, и теперь ему нужна ты. А тебе нужен он.

— Глава гильдии сказал, что Валах пока под надзором, — хрипло произносит Драган. — И выпускать они его не планируют.

БАМ!

Глухой удар в окно сотрясает воздух. За ним еще один… и еще… Частые, яростные, словно в стекло бьется сама тьма.

Драган распахивает плотные шторы, и мы все разом замираем в ужасе…

Глава 6

Влад

— Повторяю свой вопрос: ты кто такой? — хмуро гляжу на этого фрика с пирсингом. Каждая мышца в теле напряжена. Нервы, как стальные канаты.

Он осматривается по сторонам с ледяным спокойствием, затем невозмутимо сует руку в карман и достает пластиковую ключ-карту. Раздается короткий мерзкий писк, и тяжелая стеклянная дверь камеры с тихим шипением отъезжает в сторону.

— Шутишь? — вырывается у меня. После всего этого цирка с кандалами и переливанием крови, такой примитивный замок?

— А похоже? — тонкие, пробитые кольцами губы парня растягиваются в кривой жутковатой ухмылке.

Делаю шаг из клетки. В нос бьет запах затхлости, пыли и безысходности. Но он кажется мне до боли знакомым. Словно вспышка в голове проносится мысль: просто раньше ты был по другую сторону клетки.

Мышцы сводит от долгого бездействия, все тело деревянное, словно не мое. С хрустом расправляю плечи. Потягиваюсь, чувствуя, как под кожей шевелится древняя сила.

— Думаю, нам нужно уходить, — безразлично произносит лысый, — скоро его могут хватиться.

— Кого? — автоматически спрашиваю, но тут мой взгляд цепляется за неподвижные ноги в грубых военных ботинках, торчащие из-за угла соседней камеры.

Осторожно подхожу и заглядываю туда. Тот самый пацан в форме, что с таким ужасом смотрел на меня сквозь стекло, теперь мирно дрыхнет за прозрачной ширмой. На его лице блаженная идиотская улыбка, аж слюнки стекают по подбородку.

Боги… Какая мерзость…

— Он жив, если что, — лысый, не глядя на меня, поднимает с пола потертый армейский рюкзак.

Он роется в нем, достает обычный ключ, не глядя, сует его в карман. Ведет себя так, будто мы друзья-приятели. Словно не знает, на что я способен. Беспечность? Или самоуверенность?

— Думаешь, мне есть дело до этого охотничка? — саркастически выгибаю бровь. — Меня интересует другое…

Вмиг оказываюсь перед лысым. Молниеносная реакция все еще при мне. Хорошо. Хватаю его за горло и с силой вжимаю в гладкую бетонную стену.

Сверху мигает тусклая лампочка, отбрасывая пляшущие тени. Гляжу в серые глаза и внезапно осознаю… что знаю его. Словно яркий отголосок в памяти. Он вспыхивает и исчезает.

А этот ублюдок совершенно спокоен. Смотрит на меня, не моргая. Бровью не ведет.

— Кто ты такой? — цежу сквозь зубы, чувствуя, как кончики пальцев леденеют от ярости.

Его кожа под моей рукой напоминает труп. Холодная, жесткая, словно пергамент. Сжимаю сильнее.

Злость переполняет, льется через край, замораживая воздух вокруг.

Сколько столетий я Змей, а так и не научился полностью держать в узде этого зверя. Словно он не мой…

— Я…

— Имя! — рычу, и эхо разносит мой рык по пустынному коридору темницы.

— Ра… Горан, — выдыхает парень, и в его глазах впервые проявляется живая эмоция. Глубокая, всепоглощающая тоска. Печаль, от которой температура вокруг падает еще на пару градусов. Он сказал «Ра»?

— Не знаю никого с таким именем. Кто тебя отправил сюда? — внезапно меня пронзает очевидная догадка. — Ты слуга Мороза? Пришел меня вернуть?

— Нет, — так же спокойно отвечает он. — Я твой слуга.

— Какого черта… — начинаю, но тут до ушей доносится приглушенный гул голосов. Кто-то спускается в темницу. — Ладно, Горан. Сначала выберемся, а потом ты расскажешь, кто тебя послал и зачем.

Отпускаю засранца, с силой встряхиваю его. Он лишь поправляет футболку. Совершенно невозмутимый, словно не спасает древнее и опасное существо, которое шестнадцать лет провело в темнице.

Мы движемся по узкому, плохо освещенному коридору. Горан ведет себя бесшумно, словно тень. Ключ-карта в его руках открывает одну дверь за другой. Воздух пахнет машинным маслом и цементной пылью. Служебный ход.

Внезапно парень замирает, поднимая руку. Я прижимаюсь спиной к холодной стене, затаив дыхание. Хотя мне отчаянно хочется вонзить в кого-нибудь клыки. Из-за угла, всего в паре метров от нас, доносятся голоса.

— …проверить блок Б. Говорили, там скачок напряжения.

— Опять эти старые провода. Пошли быстрее, замерз тут стоять.

Шаги приближаются. Кровь в жилах словно замерзает. Каждый удар замедляющегося пульса отдается в висках. Зверь внутри насторожился, замер в ожидании броска. Горан не двигается.

Охранники проходят буквально в двух шагах, их спины мелькают в проеме