Иней между нашими сердцами - Кира Шелухина

Граф открыл было рот, собираясь еще что-то сказать, но я как раз дошел до своего коня, быстро вскочил на него и крикнув напоследок «Увидимся через три дня!», ускакал прочь.

Дарина

Забежав в свою комнату, я рухнула на кровать, заливаясь слезами разочарования и боли. Этот страшный и непонятный мужчина всего несколькими словами разрушил мою жизнь, лишив надежды и веры.

— Господи, почему ты оставил меня?! — в отчаянии обратилась я к небесам, когда слез уже не осталось. — За что так жестоко наказываешь?!

Я, действительно, не могла понять, почему со мной все это происходило, ведь за свою недолгую жизнь я никому не причинила вреда и всегда старалась помогать тем, кто в этом нуждался. И вот что получила за все добро, которое сделала.

Весь день я провела в комнате, не желая столкнуться с отцом или, что еще хуже, с герцогом, плача и сетуя на несправедливую судьбу. Служанка два раза приносила еду, но я к ней едва притронулась, лишь выпив стакан апельсинового сока и съев пару печенок. Наконец, оставшись совсем без сил, забылась сном, который тоже не принес желанного покоя. Ведь стоило закрыть глаза, как передо мной возникали льдистые глаза, словно пронизывающие насквозь холодным и колючим взглядом… В итоге, я совсем не смогла отдохнуть и, проснувшись, чувствовала себя разбитой и опустошенной.

Подняв тяжелые веки, я обнаружила, что небо за окном заволокли тучи и идет дождь. Такая погода как раз соответствовала моему мрачному настроению. Не имея ни сил, ни желания выбираться из постели, попыталась найти выход из сложившейся ситуации. Я, конечно, могла отказаться от брака, сказав: «Нет» в церкви, где будет много свидетелей, и отец не смог бы ничего сделать. Но, вспомнив слова герцога, сразу отбросила этот план, так как, несмотря ни на что, не желала папе вреда, а уж тем более — смерти. Ведь, каким бы он не стал после ухода мамы, все же являлся единственным близким мне человеком, которого я тоже не хотела потерять, да еще и по моей вине. Я не смогла бы потом жить с таким грузом на душе.

Следующие часы размышлений заставили меня прийти к выводу, что существует единственный выход для нас с отцом — бросить все и вместе уехать подальше, где мы могли бы начать новую жизнь. Приняв решение, я поднялась с кровати, чувствуя легкое головокружение, что было неудивительно после того, как больше суток не ела и почти не спала. «Я должна быть сильной. Ради себя и батюшки», — сказала я себе и, преодолевая слабость, умылась и заплела волосы в тугую косу. Затем, надев первое попавшееся платье, отправилась на поиски отца. Он оказался в своем кабинете, склонившись над какими-то бумагами.

— Отец, нам надо поговорить, — начала я, входя в дверь.

— Мне некогда, — резко перебил он, не отрываясь от своего занятия.

— Но это очень важно.

Я подошла к дубовому письменному столу, за которым он сидел, и встала напротив, давая понять, что не уйду, пока он меня не выслушает.

— Ладно, говори, только быстро. У меня много дел, — с недовольным вздохом проговорил батюшка, зная, что иногда я бываю очень упрямой.

— Я придумала, как нам спастись. Мы должны уехать далеко-далеко, где никто не сможет нас найти. Там мы начнем все сначала и сможем опять стать счастливыми.

— Ты совсем свихнулась?! — заорал отец, резко вскакивая со стула и прожигая меня взглядом, в котором горели гнев и презрение.

— Я… я… хотела, как лучше… — пролепетала я, пятясь назад.

— Для кого?! Для тебя?! — еще громче закричал он, наступая на меня. — Какая же ты дура! — злобно выплюнул. — Мы должны благодарить Бога, что герцог согласился на этот брак. Это самый лучший вариант для такой, как ты.

Каждое слово резало, словно ножом. За эти годы я уже привыкла к его отчужденности и безразличию, но выдержать такое презрение было выше моих сил. Понимая, что дальнейший разговор бесполезен, я медленно повернулась, но, не успела сделать и шага, как потеряла сознание…

Глава 3

Дарина

Не знаю, кто перенес меня в комнату, но очнулась я от резкого запаха. Распахнув глаза, увидела лекаря, держащего возле моего носа кусочек ваты, от которого и исходил этот неприятный аромат.

— Так-то лучше, — сказал он, убирая вату. — Теперь можно провести осмотр.

Сначала он попросил меня сделать несколько глубоких вдохов, прослушав грудь специальной трубкой, потом осмотрел горло, прощупал живот и проверил пульс на руке. После этого пожилой мужчина обернулся, обращаясь к графу, который, оказывается, все это время сидел в кресле у окна.

— Волноваться не о чем, — констатировал лекарь. — Это всего лишь нервное истощение. Такое бывает с юными девушками от волнения перед свадьбой, — добавил он, улыбаясь.

— Когда это пройдет? — поинтересовался отец, не разделяя его умиления.

— Сегодня ей следует отдохнуть и пару дней принимать эти капли, — ответил мужчина, ставя на прикроватный столик небольшой темный пузырек. — По десять капель три раза в день.

— Хорошо, — сказал граф и, даже не взглянув на меня, вышел из комнаты.

— Поправляйтесь и не забывайте пить лекарство, — сказал лекарь, оставляя меня одну.

«Интересно, что будет, если выпить сразу все?» — промелькнула в моей тяжелой голове внезапная мысль. «Может, я смогу уснуть навеки?» Рука невольно потянулась к пузырьку, когда дверь открылась, впуская служанку, которая принесла завтрак. Поставив поднос на кровать возле меня, она накапала в ложку нужное количество капель и поднесла к моему рту. Но потом, к моему разочарованию, девушка закрыла пузырек и убрала в карман.

— Госпожа, Вам надо поесть, — тихо сказала она, намазывая маслом круассан и подавая мне.

Когда я отвернулась, служанка добавила:

— Пожалуйста! Если Вы откажетесь, хозяин меня накажет.

Что ж, отец прекрасно знал, как сделать меня послушной. Ведь я способна была причинить вред себе, но не могла допустить, чтобы по моей вине страдали другие люди. Поэтому нехотя взяла выпечку и съела, запивая кофе с молоком.

— Этого достаточно, — заявила я, запихав в рот еще пару долек яблока.

Девушка благодарно улыбнулась и, поклонившись, тихо удалилась, захватив поднос. Позже она принесла обед и ужин, и мне, дабы избежать отцовского гнева, пришлось их съесть, хотя кусок в горло не лез.

На следующий день мне стало намного лучше, но сознание словно было затуманено, видимо, от лекарства. Сегодня был последний день моей свободной жизни, ведь сразу после свадьбы я отправлюсь в