Русалочка, фикция и раздача лещей - Пальмира Керлис

и суетой. Между плитами и разделочными столами носились повара и поварята, гремели кастрюлями, прикрикивали друг на друга. На вошедшую девицу никто не обратил внимания: у них там подгорало мясо, было не до того.

Я проскользнула вдоль стены, лавируя между бочками с мукой и корзинами с овощами. К черному ходу. Дверь была приоткрыта – видимо, для проветривания. Не мешкая, я юркнула наружу – на задний двор замка.

Уже стемнело. Небо стало густо-синим, кое-где проклюнулись первые звезды. Горели магические фонари, разливая теплый желтоватый свет. У конюшни суетились люди: запрягали лошадей, грузили тюки. Чуть поодаль стояла повозка. Крытая, с навесом, доверху набитая бочками, мешками и ящиками. Кучер как раз отвлекся, с кем-то переругиваясь.

Я подбежала к повозке, подтянулась на руках и перевалилась через борт. Приземлилась на мешки – мягко, практически бесшумно. Сердце бухало так, что казалось: его слышно на другом конце двора. Зарывшись поглубже, я прикрылась мешковиной и молилась всем морским богам сразу. Тем, что ведают приливами. Тем, что отвечают за попутный ветер. Тем, что покровительствуют глупым русалкам, вляпавшимся в неприятности на суше.

Повозка качнулась. Заскрипели колеса, цокнули копыта. Мы тронулись. Я считала удары сердца. Раз, два, три… Повозка катилась по мощеному двору, затем – к мосту надо рвом с лебедями. У ворот перекликались стражники.

– Груз с королевского склада, – буркнул кучер.

Мы остановились. Зашуршали чьи-то шаги. Кто-то откинул край брезента – я вжалась в ящик, стараясь стать как можно меньше и прозрачнее. Скрипнул фонарь, луч света пробежал по тюкам. Меня не заметили.

– Проезжай.

Навес опустился, повозка покатила дальше. Только стук копыт по мостовой да скрип колес.

Мы выехали! Замок остался позади. Теперь главное – чтобы эта повозка направлялась к морю, а не в противоположную сторону. Второй раз проделывать этот трюк у меня не хватит ни нервов, ни ламп.

Копыта стучали и стучали, колеса скрипели. Я изображала ветошь. Пару раз подмывало выскочить из повозки на медленных поворотах, но куда я побегу? Карты у меня нет! Эдак заблужусь посреди неизвестных улиц. Может, повезет и груз с королевского склада отвезут прямиком на причал…

Не повезло. Повозка въехала на яркую и шумную площадь. Горели разноцветные фонари, народа вокруг было столько, что яблоку негде упасть. Люди в обнимку высыпались из зданий с красочными вывесками, распевали песни. Весело им… А мне вот совсем наоборот!

Кучер притормозил у здания какого-то музея, не иначе. Крикнул про груз из дворца. Мол, всякое ненужное им барахло для выставки современного искусства. Я выбралась наружу до того, как подоспели грузчики. Не оглядываясь, засеменила по сияющим огнями улочкам, понятия не имея, куда бежать и что делать.

Глава 4

Город оглушал. Фонари полыхали так, что слезились глаза. Вывески громоздились одна над другой, и на каждой что-то было написано – витиевато, золотом, с завитушками и без. На самой высокой башне переливалась громадная надпись, но я не понимала ни слова.

Народу вокруг было – как сельдей в нерест. Гуляли, смеялись, распевали песни, прикладывались к бутылкам. Кто-то танцевал прямо на мостовой. Какая-то девица в алом платье громко хохотала, повиснув на плече спутника. Компания молодых людей с бокалами вывалилась из дверей заведения с вывеской в виде пылающего сердца. Пахло жареным мясом, сладкой выпечкой и вином. Весело им. А мне вот совсем наоборот.

Я брела по улице, вертя головой. Где море, в какой стороне? И далеко ли до него? В портовом районе я худо-бедно ориентировалась, а здесь ни единой подсказки. Перехватила первого попавшегося прохожего. Мужичка с румяным лицом, с перегаром, в съехавшем набок берете. Поймав его мутный взгляд, я принялась изображать пантомиму. Волны. Плавание. Рыба. Ткнула пальцем куда-то вдаль с вопросительным выражением лица.

Мужичок расплылся в понимающей улыбке.

– Выпить? – переспросил он радостно. – Девушка, да здесь везде можно выпить! Это же Квартал Греха! На каждом углу либо кабак, либо танцевальный зал, либо и то и другое сразу. Вон идите в «Пылающее сердце» – там наливают до утра.

Я замотала головой и повторила пантомиму яростнее.

– А, так вы хотите не просто выпить, а чего покрепче? – обрадовался мужичок еще больше. – Тогда вам в «Штормовую бочку»! Две улицы прямо и налево. У них такой ром подают – с ног валит!

Я махнула на него рукой и пошла дальше. Он кричал мне вслед – советовал заказывать ром с имбирем. Пф-ф-ф…

И тут в затылке зазвенело. Тоненько так, знакомо. Ментальная связь – ниточка, что тянется от меня к питомцу. Лещ! Где-то совсем рядом. Я прислушалась к ощущениям. Звоночек пульсировал, дергал за невидимую леску. И это был не радостный счастливый вопль: «Хозяйка, я тебя нашел!» – а неприкрытая паника: «Меня сейчас будут жарить!..»

Отправился меня спасать? Но сейчас помощь явно нужна ему.

Я пошла за ниточкой связи. Через шумную площадь, мимо танцующей толпы, по мостовой, залитой чем-то липким. Запахло рыбой и тиной.

Задний двор ресторана и большие деревянные бочки с плещущейся внутри водой. Из них торчали рыбьи хвосты. И в одной из них бился мой питомец.

Я подошла к этой самой бочке, поставленной перед задней дверью в ресторан. Оттуда пулей вылетел серебристый комок, шлепнувшись мне в ладони.

Лещ. Мокрый, с глазами, сбитыми в такую кучу, какой я у него еще не видела. Он часто-часто открывал рот, будто говоря мне: «Ура!» Я прижала его к груди. Дурашка, а не спаситель. Сейчас бы его тут зажарили. С лимоном и петрушкой.

Питомец возмущенно клацнул челюстями, словно почуяв, о чем я думаю. Остальные рыбы смотрели на меня с немым укором. Ну да, бросаю их. А что делать? Всех не унесешь. Такова их судьба – стать чьим-то ужином. Я мысленно извинилась перед ними и попятилась.

– Эй! – раздалось за спиной. – Ты куда рыбину потащила?!

Работник ресторана. В заляпанном фартуке, с закатанными рукавами и разделочным ножом в руке. Нож был внушительный. Таким не то что леща – акулу разделать можно.

Я ускорила шаг.

– Стой, кому говорю! – Он двинулся за мной. – Да погоди ты! Хочешь рыбу – так давай я ее на гриль для тебя кину! Бесплатно! За счет заведения!

Я перешла на бег. Лещ в моих ладонях отчаянно трепыхался. Сзади топали, но, к счастью, недолго – работник ресторана, видимо, решил, что бегать за сумасшедшей девицей по всему Кварталу Греха себе дороже.

Юркнув в ближайшую