Ты моя зависимость - Анна Гром

– Не нужно, я такси возьму, – они вышли на освещённую часть улицы, Даша покопалась в приложении – кстати, его телефона – и спустя минуту у обочины тормознуло корыто с шашечкой.

– Я позвоню.

– Хорошо, – бесцветно ответила Даша, усаживаясь на заднее сиденье. Она назвала адрес и отвернулась от Кира, притворившись, что рассматривает городской пейзаж за окном. Авто тронулось, Разумовский проводил его взглядом, пока оно не скрылось за углом, растворившись, словно призрак, будто никакой Даши и не было, и это всё очередной ночной бред воспалённого разума.

Глава 3

Кир вспомнил о Даше, когда одним пасмурным утром в душу поскреблась нежданная тоска. Стены давили своей неприкаянной белизной, в «Соколе» снова выдался штиль, обрекая Разумовского на пару лишних выходных, которых, как всегда, нечем было занять. А воспоминания о милой, отзывчивой девушке, пожалуй, были самыми светлыми среди тех, что в последние пару месяцев корявыми пластами залегли на его нестабильную психику.

Пару месяцев он и отсутствовал в стране. Без связи, без интернета. Вытряхивая песок из трусов и высмаркивая из ноздрей. Там он жил. А сразу в аэропорту жизнь превратилась в унылое существование. Если бы не она.

Она взяла трубку лишь после третьей безуспешной попытки дозвониться – Даша была на лекции, и отвечать заблудшему ухажёру не спешила, хотя руки подрагивали от дурацкого, неуместного волнения, ведь ничего кроме гнева она не должна была испытывать. Однако, Кирилл оказался настойчив в своих попытках, совершенно без задней мысли и без никаких извинений пригласил её на кофе, поразив Дашу своим бессовестным нахальством. То ли дурак совсем, то ли притворяется.

– Это не очень хорошая идея, Кирилл, – её прохладный голос в телефонной трубке звучал слишком притягательно, чтобы сдаваться так просто. Он помнил его совсем в другой тональности, и это хотелось услышать снова. – Месяц прошел…

Для него время летело с иной скоростью и в искривлённой плоскости координат. Он не очень-то помнил о правилах хорошего тона, ежедневно варясь в собственном дерьме и по горло захлёбываясь рутиной, который полковник его обеспечил по самое не балуй.

– Прости, я… на работе были проблемы, – на жалкие попытки оправдаться он услышал лишь глубокий вдох, предвещающий гневную тираду с того конца провода.

– Ты трахнул меня и кинул, – Даша понизила голос до хриплого, свистящего шепота, кричать об этой щекотливой ситуации посреди университетских коридоров позволить она себе не могла. – Даже не позвонил. Что я должна была думать?!

– Даш, я… Мне нет оправданий, но я мог бы всё тебе объяснить, если…

– Нет, Кирилл, нет. Будь здоров, – она жёстко оборвала разговор и выключила связь, оставив Разумовского закипать от нетерпения. Девчонка ускользала, разжигая в крови азарт погони, заставляя мозг лихорадочно соображать, как вернуть всё на место, сделать так, как хочется ему. Просто пойти в бар и снять на ночь шлюху, перебросившись с ней парой дежурных фраз вместо предварительных ласк, казалось не очень заманчивой перспективой, если только совсем припечёт.

По удачному стечению обстоятельств телефоном Разумовского она пользовалась по-прежнему, заменила только номер, решив оставить его компенсацией за моральный ущерб, две ночи со слезами в подушку и неделю ожидания, что он, наконец, соизволит позвонить. Потому выяснить её местоположение по вшитому в аппарат маяку было делом одного щелчка мыши.

– Это что за красавчик там стоит? Он же на тебя смотрит? – Лиза, соседка по квартире и однокурсница по совместительству, пихнула Дашку локтем в бок, когда они вышли из душного здания университета после пар.

– Не знаю, кто это…

– Ну ты глаза разуй! – с шумной и вертлявой, как вошь соседкой по квартире они не были особенно близки. Дашка просто привыкла к ней, и её пригородные словечки и ругательства воспринимала как само собой разумеющееся.

Она оторвала взгляд от телефона, в который по привычке утыкалась дорогой, перелистывая новостную ленту ВК, и застыла на месте. Возле исполинских, кованых ворот университетской территории маячил её несостоявшийся ухажер.

– Быть этого не может, – прошелестела Даша, упираясь, как бык, которого ведут на убой, когда Лиза потащила её поглазеть на это чудо света поближе. Чудо, увидев столбом застывшую посреди дорожки Дашу, двинулось ей на встречу, игнорируя восторженных второкурсниц. Кир знал, какое впечатление производит на женщин. Это раньше по юности он был глист в скафандре, который потел и краснел в присутствии женского пола. А сейчас его рост, комплекция, морда, как у породистого кота, щетина, придающая брутальности, были, как намазанный вареньем скотч, висящий посреди кухни. А девчонки, как мухи липли и липли. А ещё чувство опасности, которое бурлило и текло внутри него вместо крови, вплелось в ДНК и пропитало костный мозг. Девчонки любят плохих парней, и эта Даша не была исключением, несмотря на свою «хорошесть». Она летела, как мотылёк на огонь.

Он улыбался и демонстрировал самое невинное выражение лица, пока она расправляла плечи, чтобы дать ему достойный отпор.

– Слышь, он сюда идёт, – Лиза глядела на неё ошалевшими глазами и от нетерпения трясла её за рукав. – Вы знакомы, что ли?

– Помнишь, я тебе рассказывала о Кирилле, том мудаке, который меня на улице поимел?

– Так это он?! – от изумления соседки могла бы родиться сверхновая прямо посреди территории универа, она покраснела, раздувая щёки, и чуть не лопнула не то от зависти, не то от радости за подругу. – Да я б ему прям на кафедре дала!

– Больная, – беззлобно усмехнулась Даша, занимая оборонительную позицию, ведь расстояние между ними неумолимо сокращалось. Она не поддастся ни за что, ни общественному мнению, ни собственному восхищению.

– Не валяй дурака! – Лизка сделала большие и страшные глаза, ретируясь куда-то в сторону шипастых кустарников и оставляя её один на один с причиной её бессонных ночей, которая искренне радовалась встрече и протягивала ей аккуратный букет маленьких и милых кустовых роз, таких же милых, как сама она.

– Кажется, мы уже всё решили, – ей было неудобно под взглядами десятков пар глаз, рассыпанных по лавкам и лужайкам. Все, как один, глазели на Разумовского, на эти идиотские цветы, на её саму так, что хотелось провалиться сквозь песчанистую почву и выползти где-то на окраине Москвы. Но Дашка держала лицо, собирая в кулак остатки самообладания, ведь единственное, что ей хотелось сейчас – это бежать подальше.

– Дай мне ещё один шанс, Даш? – он аккуратно взял её ладонь и поднёс к губам, оставляя на каждом пальчике лёгкие поцелуи, от которых предательски заходилось сердце и