Чужая для своего Альфы - Камилла Россини

Он почувствует мою слабость, нащупает брешь в броне. Оборотни — прирожденные хищники, их психология проста как мир. Стоит показать вожаку, что ты бежишь, и его охотничий инстинкт заставит его преследовать тебя с удвоенной силой, загоняя жертву до изнеможения. К тому же, отказываться от тройного гонорара от одной из крупнейших строительных империй города? Это было бы просто непрофессионально. Я шесть лет строила свою безупречную репутацию, заставляя содрогаться лучших юристов столицы, и открыла «Харт и партнеры» не для того, чтобы пасовать перед наглым волком, решившим поиграть в человеческий бизнес.

Я сделала глубокий, размеренный вдох, успокаивая взметнувшийся пульс, разгладила ладонями невидимые складки на строгом сером жакете и нажала кнопку селектора.

— Пусть войдут, Катя. И приготовь две чашки черного кофе. Без сахара. И, пожалуйста, перенеси мои звонки на ближайший час.

Через секунду тяжелая стеклянная дверь моего кабинета мягко отворилась, пропуская посетителей.

Я ожидала увидеть Маркуса — того самого помощника, чье имя наверняка значилось во всех теневых отчетах и учредительных документах их многочисленных филиалов. Но Луна, видимо, окончательно решила превратить мою жизнь в полигон для испытаний на прочность.

В кабинет вошел сам Дориан Венс. И он был один.

Сегодня на нем не было длинного пальто, скрывающего фигуру. Безупречная белоснежная рубашка из дорогого хлопка с расстегнутыми верхними пуговицами обнажала сильную шею, а темно-синий костюм-тройка, идеально сидящий на его широких, развернутых плечах, подчеркивал узкие бедра и властную осанку. Он выглядел как ожившая обложка Forbes, если бы не эта едва уловимая, дикая грация в каждом шаге, которую не в силах был скрыть ни один итальянский шелк. От него снова пахло зимней хвоей, дорогим табаком и грозовым озоном — концентрированной магией зверя, от которой воздух в моем просторном, светлом кабинете мгновенно стал слишком тесным, душным.

Дориан вальяжно прошел к столу, по-хозяйски окинул беглым, оценивающим взглядом мои дипломы в строгих рамках на стенах, задержался на панорамном окне с видом на кипящий Сити и, наконец, остановился на мне. В его глазах вспыхнул тот самый опасный, торжествующий азарт. Он победил в этом раунде. Он заставил меня принять его на своей территории.

— Добрый день, госпожа Харт, — его бархатистый баритон заставил волоски на моих руках встать дыбом, но я даже глазом не моргнула. Он сел в глубокое кожаное кресло напротив меня, свободно закинув ногу на ногу и положив тяжелые ладони на подлокотники. Абсолютный хозяин положения. — Как видите, я воспользовался вашей визиткой. И, как прагматик, пришел к прагматику. Надеюсь, тридцать секунд еще не истекли?

Я медленно опустила ручку на стол, убирая в сторону документы Гросса, и переплела пальцы в замок, глядя на него сквозь стекла очков. Моя ледяная маска была безупречной — ни один мускул не выдал того шторма, что поднимался глубоко в груди.

— Господин Венс. Я удивлена, что глава «Венс Групп» лично тратит время на первичные консультации к адвокатам. Обычно для этого у вас есть целый штат корпоративных юристов, которые получают весьма нескромные зарплаты. Или ваше дело настолько грязное и конфиденциальное, что вы боитесь доверить его собственным сотрудникам?

Дориан тихо, низко рассмеялся. Этот звук отозвался утробной вибрацией где-то у меня в солнечном сплетении, пробуждая фантомные воспоминания о волчьем рыке. Его зверь внутри явно наслаждался моим колючим, профессиональным отпором.

— Дело исключительно важное, Аврора. И оно требует руки лучшего, самого бескомпромиссного специалиста в этом городе. Мои аналитики, — он тонко улыбнулся, сделав едва заметную паузу на слове «аналитики», и я поняла, что его ищейки уже перерыли мою куцую биографию вдоль и поперек, — в один голос заявили, что только вы способны решить наш затянувшийся спор по земельным долям под новый жилой комплекс в черте города. Прежние владельцы уперлись, суды грозят затянуться на годы, парализовав миллиардные инвестиции. А я, как вы могли заметить, очень не люблю ждать. Мне нужно решение. Быстрое, чистое и законное.

Он подался вперед, опираясь локтями о край моего стола. Расстояние между нами снова сократилось до того самого критического предела, когда я физически ощутила, как его мощная, подавляющая аура Альфы пытается пробить мою защиту. Он прощупывал меня, как прощупывают соперника перед боем, выискивая человеческий страх, трепет или подсознательное желание подчиниться силе хищника. Но его волна наткнулась лишь на глухую, монолитную стену моего шестилетнего безразличия. Внутри меня не было волка, который мог бы ответить на его доминанту, и это, кажется, озадачило его еще сильнее. Его ноздри едва заметно дрогнули, улавливая мой неизменный ледяной покой.

— Мы предлагаем вам полное юридическое сопровождение этой сделки, — продолжал Дориан, понизив голос до интимного, вибрирующего полушепота, от которого у обычной женщины перехватило бы дыхание. — Тройной оклад от вашей стандартной, и без того высокой ставки. Плюс — колоссальный бонус за скорость, зафиксированный в контракте. Вы получите сумму, которой хватит, чтобы закрыть это бюро и безбедно жить на любом побережье мира до конца дней, ни в чем себе не отказывая. Ну так что, Рори? По рукам? Или вы боитесь... крупных масштабов и сложных клиентов?

В его вопросе сквозила явная, завуалированная насмешка. Он проверял меня на прочность, пробовал на зуб. Он думал, что я сдамся под натиском его авторитета, шарма и неприличного количества денег. Но Дориан Венс забыл, чья кровь течет в моих жилах. Я дочь Аларика, первородного белого волка, законная наследница, которую с детства учили править, принимать жесткие решения и не гнуться ни под каким давлением — будь то клыки соперника или тяжесть золота. Сайлас Брок забрал мою волчицу, но он не смог вырезать из моей души характер вожака.

Я медленно, сохраняя абсолютное спокойствие, вытащила из верхнего ящика стола чистый бланк договора на оказание правовой помощи и пододвинула его к Дориану, прямо к его холеным, сильным пальцам.

— Я никогда не боюсь крупных масштабов, господин Венс. Это моя стихия. Я боюсь лишь некомпетентных клиентов, которые путают деловые отношения с личными интересами и считают, что за деньги можно купить чужие принципы.

Я чуть припустила очки, глядя на него прямо, жестко, без тени кокетства или сомнения. Мой голос зазвучал как сталь, режущая стекло:

— Если мы подписываем этот документ, вы становитесь моим официальным доверителем. И никем более. Это накладывает определенные обязательства на обе стороны. Все наши встречи отныне проходят исключительно в этом кабинете, исключительно в рабочее время и исключительно по вопросам вашей земельной сделки. Никаких разговоров о «судьбе», «химии» и «непреодолимом притяжении». Никаких личных ужинов, букетов в офис и неуместных намеков. Если вы нарушите это правило хотя бы единожды