Пока я тебя не помню - Полина Дмитриева

гораздо лучше, чем вчера, хотя слабость все еще ощущалась. Собралась с силами, пробуя встать, и увидела боковым зрением, что Максим сделал несколько шагов по направлению к ней.

— Нет-нет, я сама, — быстро проговорила она. — Не можешь же ты все время носить меня на руках.

Но только она встала, как ноги ее подвели, предательской дрожью затряслись колени, и она тут же опустилась обратно на постель.

— Это ничего, — сказал Максим, подходя ближе. — Несколько дней… может, чуть больше еще будет такая слабость, но потом пройдет.

— Почему так? — спросила она, поднимая на него взгляд.

— Ну… ты ударилась головой, сильно повредила колени… Стресс и все такое.

Девушка вздохнула, глядя на него, а он молча подошел и поднял ее на руки. И она снова, машинально обвив его шею рукой, почувствовала себя совершенно спокойно и вновь удивилась этому.

А после завтрака, снова бегло осмотрев пол и ничего не найдя, Максим напомнил ей, что надо обработать раны.

— И лучше бы сначала в душ сходить, — проговорил он, убирая со стола тарелки. — Я подумал, что могу поставить в ванну небольшую табуретку. У меня как раз такая есть. И тебе будет удобно.

Она смотрела, как он подходит к раковине, включает кран и начинает мыть посуду, но молчала. Не знала, заплакать ей или поблагодарить его за то, что он проявляет такую заботу о ней. И эта мысль, конечно же, потянула за собой другую: был ли вообще кто-то в ее жизни, кто заботился о ней? Был ли вообще хоть кто-то?

— Как ты думаешь, меня кто-то ищет? — тихо спросила она.

— Я-на… я на столе тарелку забыл. — Максим с каким-то странным видом подошел к столу, хотя он был пуст, вытер руки о бриджи и, оглядываясь по сторонам, сказал: — Да… думаю, да.

— Максим, — пришла ей в голову неожиданная мысль, — а у меня были с собой какие-то вещи? Из кармана вот что-то выпало, но, может, еще что-то было? Сумка какая-нибудь или рюкзак?

— Да… — он запнулся на секунду. — Сумка была.

— А где она? — оживилась девушка. — Там что-то было? Ты заглядывал в нее?

— Я сейчас принесу.

Максим бросил на нее странный взгляд и поднялся по лестнице на второй этаж. Через минуту спустился, держа в руках небольшую женскую сумку.

— Вот, — он передал сумку ей в руки.

Девушка немедленно открыла ее и начала в ней рыться. Какая-то косметика, салфетки вперемешку лежали на дне.

— Тут… ни документов, ни телефона, — разочарованно проговорила она. — Вот ключи еще. — И вытащила их из сумки, разглядывая.

— Ну… да, — развел руками Максим.

Она подняла на него глаза и увидела, что он смотрит на нее с такой жалостью, и сердце ее снова наполнилось благодарностью к нему.

— Ладно. — Она поджала губы, бросила в сумку ключи и положила ее на диван. — Нет так нет… И да, я бы приняла душ.

Мысли о том, кто она и откуда, вновь сменило ощущение вспотевшего и липкого тела. Ей было очень некомфортно, и желание сходить в душ стало самым насущным в этот момент.

— Отлично, — проговорил Максим. — Только давай для начала я сниму бинты, а потом после душа снова обработаю раны. Идет?

Она только молча кивнула.

— Я думаю, что неплохо бы еще массаж сделать, — сказал он, присаживаясь на диван и кладя ее ноги себе на колени. — Так мышцы быстрее восстановятся. Но это уже потом.

— Как скажешь, — согласилась она. — А что там под бинтами? Что-то ужасное?

— Ну… — он помедлил с ответом, начиная разматывать бинт. — Не то чтобы… Но если хочешь, можешь отвернуться, хотя… все равно ведь потом в душе увидишь. Знаешь что? — Он мельком взглянул на нее. — Я мог бы оставить бинты, только не мочи их, а то они прилипнут намертво.

— Там явно жуткое зрелище, — горько усмехнулась она. — Снимай сейчас, потому что у меня вряд ли получится их не намочить.

Поначалу она отвернулась. Но любопытство все равно пересилило. Когда она почувствовала, что он снял первый бинт, аккуратно поднял салфетку, которая прикрывала рану, она еще смотрела в сторону. Когда он принялся за второе колено, тоже не стала смотреть. Но потом, подняв глаза к потолку, быстро досчитала до трех, опустила голову и ахнула: колени выглядели так, будто были разодраны до мяса.

— Это еще ничего, — сказал Максим. — Вчера тут же еще грязь была, но я все почистил и промыл, не волнуйся. Странно, что руки целы, но… это ведь хорошо. — Он посмотрел ей в глаза и улыбнулся. — Удачно упала. Если, конечно, можно так выразиться.

— Да уж, удачно, — сдавленно проговорила она и отвела взгляд.

— Ну… я стараюсь во всем найти что-то хорошее.

— Куда я шла, интересно? — спросила она, но больше, наверное, себя, чем Максима. — И почему потеряла сознание?

— Там камень на земле был большой, — пояснил он. — Ты об него головой ударилась. На лбу глубокая царапина, но она заживет… И на щеке вот тоже. — Он поднял руку, видимо, собираясь коснуться ее щеки, но нерешительно опустил ее.

Девушка только вздохнула и ничего не ответила, пытаясь представить, как именно все это случилось.

— Может быть, я где-то неподалеку живу здесь? — спросила она наконец.

— Э-э-э, — замялся Максим, оглядываясь по сторонам. — Я… не думаю.

— Но… может, я только недавно переехала? Можно было бы спросить соседей… Хотя лучше, наверно, сразу в полицию поехать. Может, меня все-таки кто-то ищет?

— Давай для начала ты сходишь в душ, и я перевяжу тебе раны, хорошо?

Максим переложил ее ноги на диван и поднялся на второй этаж. Почти тут же спустился, показывая ей небольшой табурет, и прошел в ванную комнату. А потом вернулся за девушкой и, уже привычным движением подхватив ее на руки, отнес в ванную.

— Давай я буду стоять за дверью, — сказал он. — Если тебе что-то вдруг понадобится, зови.

Она с сомнением посмотрела на высокий борт и на табурет, что уже стоял в ванне.

— Вряд ли мне удастся перекинуть ноги через край, — сказала она.

— Как быть… — Он задумчиво потер щетину на щеках. — Давай я тогда посажу тебя сразу на табурет.

Он помог ей сесть на табурет, положил на край ванны полотенце и вышел.

Она подняла глаза на зеркало, которое теперь находилось на недостижимом расстоянии, и со вздохом стянула резинку, держащую волосы. Они тяжелой волной упали ей на спину и плечи. Она даже предположить не могла, когда вчера увидела себя в зеркале, что они такие длинные, и несколько минут отрешенно перебирала их пальцами. Сняв с себя майку и помучившись с семейными трусами, она включила