Край воды - Анастасия Бауэр

В нескольких сантиметрах от ее уха, женщина махнула салфеткой вперед с целью напомнить Нине о наличие небольшого холодильника, стоявшего в углу, про который Нина итак прекрасно помнила.

— Посмотрите вон туда, несчастная, — с удовольствием предложила Карасева, указывая на ручку холодильника. — Ну не заманчиво ли? Полочки с разной едой! Вцепилась в морковку, а ну есть котлеты! Хорошего размера мясные котлеты и какой они свежести! Колдовала над фаршем все утро. Я в них добавила ароматный перец и натерла не менее ароматный лук! По правде сказать, — задумчиво объявила она, — зная характер Олега Константиновича, я вполне убеждена, что это он заставляет вас недоедать из-за своего вечного стремления к совершенству.

С этими словами Маргарита Карасева посмотрела на пол и вежливо поинтересовалась у замершего рядом «заставлявшего недоедать»:

— Что скажите, Олег Константинович, верно вегетарианка может заказать только такси в вашем ресторане? Безжалостный, бессердечный, эгоистичный…

Сквозь пелену смертельного ужаса Нина увидела, как чашка кофе застывает в воздухе в нескольких сантиметрах от ее второго уха. Олег очень медленно выпил ее, внушив Нине опасение, что за этим последует приказ уволить и главного бухгалтера. Но он вместо этого вежливо склонил голову и сохраняя спокойствие на лице, несогласно кивнул:

— Я и впрямь весьма привязан к совершенству форм и линий, Маргарита Павловна, но принимаю Нинель такой, какая она есть.

— Как приятно слышать, — воскликнула Карасева, — наверное выгодно заказывать ей фисташки вместо мидий.

— Мне уже лучше. Дайте руку, — слабо проговорила Нина. — Я выхожу замуж. Лучше бы поздравили…

Последнее не было ошибкой; она поняла это в тот же миг, как слова сорвались с губ, увидев, что лицо Петровского просияло от огромного облегчения. Про перепалку с Карасевой и про такие интимные подробности как особенности питания было мигом забыто.

— Вставай! — рявкнул он, сгребая ее с пола. Пошарив в столе, наткнулся на берет, перчатки и сумочку, разложенные на полочке у розетки, и сунул ей.

Прижав сумку к груди, Нина попросила дрожащим голоском:

— Прощальный кофе!

— Может, еще торт нарезать? — холодно усмехнулся он и, не дав ей ответить, велел: — Одевайся!

Она надела берет, набросила шубу, он тут же рванул ее сумочку к себе, и Нина еще не успела сообразить, что он собирается сделать, как паспорт ее оказался в чужом кармане. Управившись, Олег повернул ее и выпихнул за двери.

* * *

Истерический, но этого как ни странно, сохранивший свою мелодичность смех Нины звенел, как колокольчики под внезапным порывом ветра, и Олег с усмешкой смотрел, как она повалилась на душку длинного дивана перед ним, с трясущимися от хохота плечами.

— Мы… мы летим в Китай, — задыхаясь, пробормотала девушка, вытирая со щек выступившие от смеха слезы, — чтобы посетить строительную выставку в свадебном путешествии.

— И не только, — уточнил он, устроившись рядом и ухмыляясь, зараженный ее смехом.

Перед свадьбой она приводила себя в порядок в Загсе, когда в туалет ввалились наряженные накрашенные невесты, и, застигнутая в столь щекотливом положении, переживала так, что на нее больно было смотреть. Нина была убеждена, что весь дворец бракосочетаний судачит о том, что их регистрируют в служебном кабинете вместо парадного зала, и, разумеется, не ошиблась. Люди с интересом и искренним непониманием нет-нет да поглядывали на них. Обдумав, что делать — признаться, что сунул взятку или попробовать развеять горе, Олег решил умолчать почему их расписали без подачи заявления, вне очереди и как можно скорее увел Нину оттуда, когда процедура завершилась. Только на выходе напомнил ей, что все мечты сбываются.

— Ты, наверное, считаешь меня совсем безмозглой, если думаешь, внушить что едешь туда отдыхать, а не работать. Не заставляй меня поверить в подобную чушь, — проговорила она, безуспешно пытаясь обрести серьезность.

Олег улыбнулся, но покачал головой, не принимая доводы:

— Нет, мадам Петровская, ты заблуждаешься по всем пунктам.

— По всем? — с любопытством переспросила Нина. — Что ты хочешь сказать?

Олег улыбнулся еще шире и пояснил:

— Я устал и нуждаюсь в отпуске. Я жду не дождусь увидеть море и не думаю, чтобы кто-нибудь мог тебя легко обмануть. — Он помолчал, ожидая ответа, и, не дождавшись, с улыбкой сказал: — Это комплимент твоей рассудительности.

— О, — измученно проговорила Нина и неуверенно добавила: — Спасибо.

— Во-вторых, далеко не считая тебя безмозглой, я вижу тебя королевой пляжа в самом ближайшем будущем.

— Благодарю! — охотно приняла похвалу Нина.

— Вот это точно не комплимент. Правда, — уточнил Олег.

Нина бросила на него забавный негодующий взгляд, требующий прекратить уточнения, и Олег прекратил, протягивая руку и касаясь мягкой и бледной щеки указательным пальцем:

— Обходя стороной разговоры про твою внешность, не имей ты здравого смысла, не столкнулась бы со столькими сомнениями относительно того, чтобы выйти замуж, а просто порадовалась бы своему положению и сопутствующим ему выгодам.

Глаза Олега многозначительно остановились на свертке документов, которые она по его настоянию подписала в Загсе, после того как он неожиданно вытащил этот сверток из кармана пиджака вместе с их паспортами.

Нина нервно фыркнула, но Олег продолжал с непоколебимой мужской логикой:

— Будь ты девушкой ума посредственного, тебя интересовали бы только вещи, которые обыкновенно заботят девушек, скажем, тренды, или суета в социальных сетях, или походы в салоны красоты. Ты не мучила бы себя такими вопросами, как ответственность, профессионализм и тому подобное.

Нина рассеяно и нервно уставилась на него:

— Порадовалась своему положению? — переспросила она. — Но я вовсе не в выгодном положении, как ты любезно выразился, муженек. Теперь я хозяйка целого бизнеса не имеющая диплома, не имеющая опыта, не имеющая основ управления коллективом. Кроме того, — продолжила она, приходя в недоумение, — хорошо тебе напоминать мне о женских увлечениях, но это именно ты своим подарком лишил меня права думать о таких вещах. Это твой подарок отберет у меня право суетиться за готовкой и обязательно превратит мою жизнь в сущее рабство, если затянет, и…

— Нинель, — перебил Олег, пряча улыбку, — как тебе хорошо известно, я занимаюсь строительством. Он понимал, что девчонка, говоря это, во многом права, да вот только выглядит подкупающе неотразимо, с рассеяно-сияющими синими глазами и губами, сулящими все наслаждения мира предстоящей брачной ночью, и ему трудно было сосредоточиться на чем-либо, кроме, откровенно признаться, единственного желания — схватить ее на руки и приласкать, как испуганного крольчонка.

— У тебя куча заместителей в данный момент, — едко возразила Нина, — можно же выбрать кого-нибудь… Карасеву, конечно! — выпалила она. — Бухгалтершу со