Призрак отеля «Белая выдра» - Лена Тулинова

Он покатал шар на руке, а затем переложил его в ладонь Тати. Шар был удивительно тяжёлый и горячий, а рука Касти так и осталась холодной. Но теперь маг улыбался и говорил более звучно, да и глаза его сделались куда более живыми.

– Вы спасли меня, барышня. Я бы сказал, что в неоплатном долгу… но этот долг надеюсь вернуть довольно скоро. Пока же прошу меня извинить – до полуночи я должен доделать некоторые дела.

Тати обняла старика – на этот раз уже сознательно, не в подступающей истерике.

Но Феоктия была настроена куда более настороженно.

– Надеюсь, вы никому, – начала она.

– Это не в моих интересах, – прервал её Касти.

И, потоптавшись у порога, добавил:

– Я приведу с собой вечером ещё одного очень важного участника всей этой истории. Если сможете, удержите мейстера Юхана от лишних движений – он очень эту даму не любит. Вместе мы расскажем пару увлекательных историй и, быть может, сумеем сделать важное дело. Надеюсь, тогда богиня меня простит и даст мне жизнь… или смерть.

С этими словами маг вышел. Тати долго смотрела на дверь, словно ждала, что мейстер Дабрин Касти вернётся, но ничего такого не произошло.

– Надо спрятать это, - сказала девушка, глядя на тяжёлый металлический шар в руках.

Ей отчаянно не хватало медальона на шее, она боялась, что кольцо Айзингера одержит верх, несмотря на то, что Феоктия нейтрализовала его действие. И ещё боялась, что поверенный увидит навершие и догадается о его сущности.

– Вы возьмёте его на хранение? – спросила Тати у Феоктии, но та нерешительно качнула головой.

– Плохая идея, - сказала кoмпаньонка. - Ведь я всё ещё числюсь у него на службе. Он может попытаться меня подчинить – а я ведь не слишком сильный маг. Против Айзингера у меня почти ничего нет.

– Но можно пока… превратить его обратно? В два медальона? Тогда это хотя бы можно будет прятать по отдельности, – взмолилась Тати.

Феоктия с сомнением покачала головой. Красновато-золотистое металлическое яблочко лежало на ладони девушки и словно слегка отсвечивало огнём. И Тати было страшно. Формально Айзингер еще не имеет права на её имущество, включая отель со всеми потоками, призраками и тайнами, включая навершие посоха и её тело и душу. Но ему остался всего лишь один шаг до этого, и бумаги он уже состряпал,так что не отвертишься. А если попытаться,то он объявит её сумасшедшей и недееспособной. И что тогда?

А тогда, подумала Тати, всё наследство дoлжно будет перейти в руки Теодоры, которая полностью от Айзингера зависима.

От этих мыслей её оторвал телефонный звонок. Феоктия протянула к трубке руку, но Тати её опередила. Компаньонка кивнула и тактично отошла подальше к окну, чтобы хотя бы сделать вид, что не слушает.

– Хорошего вечера, дорогая, – пропел в трубку нежный голосок Далии.

– Εщё день, – внезапно охрипшим голосом ответила Тати.

Её вдруг накрыло второй волной страха. Недавнее видение, когда Далия надела на палец Тати кольцо, снова вспыхнуло перед глазами. Далия тоже жертва Айзингера или…

– Он почти прошёл, – как ни в чём не бывало пропела Далия, - вечер вот-вот настанет, и матушка просит тебе передать, чтобы ты у нас больше не появлялась. Но мы с Томасом думаем, что ты ни в чём не виновата.

– Вот как? - приободрилась Тати, но, как оказалось, рановато.

– Он считает, что ты всё-таки немного безумна, - ласково сказала Далия, - видимо, все испытания, что выпали на твою долю,тебя свели с ума, хорошо хоть, что не в могилу, дорогая… И мы готовы помочь Этельготу, который собирает доказательства о твоём душевном состоянии, ну, ты знаешь, для опеки над тобой. В общем, мы хотим, чтобы ты знала: мы на вашей стороне, мы поможем вам в том, чтобы ты горя не знала замужем за Этельготом. Бедняжка, он думает, что тебе уже недолго осталось! А матушка, конечно, против, она говорит, что лучше бы тебе с нами не знаться и замуж за Этельгота не выходить. Представь только, она хочет, чтобы ты жила без нашего участия и нашей помощи!

– Прости? – спросила Тати, нахмурившись. - Я ничего не поняла. Пожалуйста, повтoри насчёт опеки.

– Дорoгуля моя, Тати, милая, – защебетала Далия, - мы говорили с Этельготом этим утром,и он был очень расстроен тем, как ты воспринимаешь его усилия…

– А то, что он вчера устроил? – возмутилась Тати. - То, что он сделал с вами? Ведь он подчинил вас всех, и тебя, и Тео… в меньшей степени это коснулось Лателлы, потому она и считает, что мне лучше держаться от этого всего подальше. А ты…

– Тати, маленькая моя девочка, всё не так, – сказала Далия,и по её голосу можно было подумать, что она говорит искренне, желая жене своего двоюродного брата только блага. – Мы все очень переживаем для тебя…

– Ты дала мне кольцо, – резко произнесла Тати. - Тогда. Четыре года назад. Это Айзингер заставил тебя?

– Ты помнишь это? - вырвалось у Далии. – Ты не можешь помнить! Ой, ну то есть, дорогая, иногда воспоминания не то, чем кажутся…

Тут в дверь властно стукнули – два раза. И Тати, опомнившись, что всё ещё держит тяжёлое навершие волшебной трости в руке, заметалась туда-сюда. Далия продолжала что-то щебетать – из брошенной на столе телефонной трубки слышались её заливистые трели. В конце концов девушка бросилась в кабинет и сунула навершие под столешницу, с усилием её приподняв. Она услышала, что Феоктия открыла, услышала голос Айзингера и его шаги, и прижала руки к груди. В левой словно всё ещё жило тепло нагревшегося металла.

Тати пару раз глубоко вдохнула и вышла из кабинета, не забыв запереть его на ключ.

– Ты без медальона, - хищно сказал Айзингер. – Отлично!

ГЛАВА 28. Почти признание

– Что вы еще хотели мне сказать, мейстeр Айзингер? - холодно спрoсила Тати. - Может быть, настаивать, чтобы я подписала все ваши гадские договоры до вступления в брак? Или