Любовь и прочие парадоксы - Катриона Силви

– Во вторник, – ответил Джо, которому не верилось, что вторник уже на носу.

Он-то надеялся, что к этому времени превратится совсем в другого человека: уверенного в себе, с четким понимаем жизни – приблизится к поэту с обложки. Но теперь казалось, что Джо стал еще хуже себя прежнего. Он будто завис в пустоте между тем, кем был, и тем, кем должен стать, – ни рыба ни мясо.

– Ты, похоже, не очень радуешься.

– Разве? – Джо провел костяшками пальцев по крошечным ушам Мишки.

Роб хрипло рассмеялся:

– Если бы четыре месяца назад я сказал, что твое стихотворение будет прочитано на каком-нибудь модном литературном мероприятии, думаю, у тебя бы башка взорвалась. И я бы до сих пор оттирал со стенок кусочки бедного Грини.

«А не объяснить ли ему сейчас, – подумал Джо, – что это стихотворение на самом деле мне не принадлежит: строго говоря, оно вообще ничье, потому что словно по волшебству появилось из будущего». Но Джо подозревал, что Роба, как обычно, больше заинтересует физика процесса, нежели тот факт, что процесс этот в корне перевернул жизнь Джо. Он потер глаза; уже казалось, что будущее загоняет его в рамки: то кружка в почтовой ячейке, то котенок на пороге, да еще и надвигающийся союз с Дианой, где оба лишены права выбора.

– Как ты считаешь, наши поступки предопределены?

Нравилась ему эта черта в Робе: задай ему подобный вопрос ни с того ни сего, и он, даже глазом не моргнув, ответит.

– О да, – кивнул Роб. – С точки зрения законов физики, это вполне вероятно.

– А что ты скажешь о такой ситуации? – Джо постарался подыскать пример, который должен заинтересовать Роба. – Вот ты с той самой вашей дуэли на первом курсе всегда пытался убить Дарси. А если бы ты знал, что этого никогда не случится? Ты бы все равно продолжал попытки?

Роб посмотрел на него как на сумасшедшего:

– Ну конечно. Потому что это не просто результат. Я состою в Гильдии потому, что мне нравится сам процесс. Люблю делать оружие, люблю выслеживать цель, люблю погоню, сам момент убийства и даже составление отчета. Я буду этим заниматься, даже если знаю, что цель не будет достигнута.

Джо показалось, что он стоит на грани понимания какой-то глубочайшей истины. Повинуясь порыву, он заглянул в телефон: от Изи по-прежнему не было ничего.

– А если бы ты знал обратное? Что ты наверняка выиграешь? Что бы ты тогда делал?

Роб пожал плечами с таким видом, словно ответ был предельно прост.

– Притворился бы, что ничего не знаю.

Джо ушел в свою комнату и закрыл дверь; его одолевало смутное подозрение, что Роб настоящий гений. Он достал из-под подушки книжку «Предначертано судьбой», сунул ее в ящик письменного стола и с грохотом его задвинул.

Отныне рассказчик в голове замолкает. Отныне рассказчик в голове исчезает вообще. Он отправится к Диане, встретится с ней на ее условиях, здесь и сейчас, и посмотрит, что из этого выйдет.

Глава двадцатая

– Как стрела, какзвд… Да что за ерунда!

Последняя репетиция проходила не слишком удачно. Диана произносила пятую строку стихотворения и в пятый раз спотыкалась.

– Ничего не получается. Это плоско. Ведь правда? Плоско и скучно, слушатели просто уснут. Черт меня побери, Джозеф, почему я все время сбиваюсь?

– Ты тут ни при чем, – сказал Джо, пытаясь придумать, что бы он сейчас сказал, если бы не знал будущего. – Может, все дело в самом стихотворении.

– Дело не в стихотворении, глупый ты гений. И не во мне тоже. Я прекрасная чтица. Дело в том, что происходит между стихотворением и мной. – Она грациозно повела рукой в воздухе. – Я никак не могу слиться с ним. Чего-то явно не хватает.

Джо попытался обуздать нарастающий страх.

– Это откровение явилось тебе за день до мероприятия?

– Лучше за день до, чем день спустя, – парировала Диана, прохаживаясь по комнате. – Нам с тобой надо как-то встряхнуться… – Она бросилась к нему и схватила за руки. – А давай покатаемся на лодке!

– Но сейчас февраль, – удивленно уставился на нее Джо.

– Ты же шотландец! – Диана отпустила его руки и направилась к двери.

Джо послушно поплелся за ней на Тринити-стрит, стараясь не думать, куда занесет их судьба. Они всего лишь два человека, ни с того ни с сего решившие совершить безумную прогулку на лодке. Краем глаза он заметил на улице Веру, но голову не повернул. Сегодня никаких путешественников во времени и никакого будущего. Только настоящее, только он и Диана.

Сначала она привела его в супермаркет, где купила контейнер клубники, бутылку джина и бумажные стаканчики. Потом они направились к реке, и там Диана, просто играя бровями, выторговала скидку на прокат лодки. Совершенно очарованный ею служитель проводил их к лодке, она забралась внутрь и, как королева, раскинулась на подушках.

– Значит, катать тебя буду я? – засмеялся Джо, стоя на берегу.

Она посмотрела на него поверх солнцезащитных очков.

– Если хочешь, это с удовольствием сделаю я сама, только предупреждаю: плавать будем кругами.

– Ты учишься в Кембридже два с половиной года, но так и не научилась править лодкой?

– У меня были дела поважнее.

– Это же очень просто.

Джо взял в руки шест и ступил на качающееся днище лодки. Сам он плавал нечасто, зато слышал довольно много рассказов Роба о технике управления плоскодонкой и основные положения, в принципе, усвоил. Шест держать поближе к лодке. Опускать его в воду не под углом, а строго вертикально. И наконец, самое главное: если шест застрял, отпусти его. Двумя руками Джо поднял шест и погрузил его в воду, плавно направляя лодку от причала.

– Хорошо получается, Джозеф, – с одобрительной улыбкой проговорила она. – Как же много у тебя талантов.

– Поэзия и лодка с шестом. Если так будет продолжаться, к сорока годам я разбогатею настолько, что уйду на пенсию.

Диана одобрительно засмеялась. Плеснула джина в бумажный стаканчик и подняла его:

– За лодочные прогулки с удивительными мужчинами.

Проговорила она это явно кокетливым тоном. Он мог бы не принимать тост всерьез и отшутиться. Но Джо уже знал о Диане достаточно много и понимал, что его естественная реакция редко бывает правильной. Нужно вступить с ней в борьбу, принять ставку и поднять ее.

– А как Криспин относится к твоим лодочным прогулкам с удивительными мужчинами?

Из-за темных очков трудно было понять, куда смотрит Диана.

– Он