Королевская Академия Магии. Неестественный отбор - Наталья Самсонова

– мощная, но очень, очень медленная штука. Зато пробить этот щит может только чрезвычайно серьезное проклятье. Немного подумав, Маргарет набросила такой же и на дверь в спальню. На тот случай, если его опоенному величеству захочется еще сладенького.

После чего, кое-как запахнув кружевной халатик, она вернулась в то же кресло, в которое ее бросил король. Грустно подперев рукой подбородок, Маргарет тяжело и очень тоскливо вздохнула. Ну как так можно? В присутствии короля немеют кончики пальцев, холодеет нос и заходится сердце.

«Надо к целителю сходить, – мрачно подумала она, – может, просто аллергия».

Шмыгнув носом, поджала под себя босые ноги и пригорюнилась сильнее – холодно, страшно, стыдно и учебники читать совсем не хочется! Что за отвратительная жизнь?!

В дверь ударили чем-то волшебным. Мэдчен Саддэн подскочила на месте, гневно сощурилась и выплела одну хитрую вещицу – «плевунью». Дополнительный щит, который поглощал большую часть атакующих проклятий и произвольно их «выплевывал» обратно. Эта связка была в той книге, что наставник подарил Маргарет. Как и еще с десяток каверзных проклятий и сглазов, за половину из которых Маргарет могли бы выгнать из КАМа. Однако же без них ей было бы тяжелее на первом курсе. И на части второго. Да и на третьем, если честно, тоже.

– Главное – использовать с умом и в меру, – процитировала Маргарет витиеватую фразу на форзаце учебника пакостей.

И если таинственные гости за дверью чуть успокоились, то сама Маргарет мало того, что взбесилась, так еще и замерзла. И губы, зацелованные Линнартом, с непривычки немного саднили. Хоть сам поцелуй и длился всего лишь одну сладкую… то есть гадкую минуту.

В гостиной было всего одно окно, и то фальшивое – сквозь него наружу не выйти и не посмотреть, что там за наглецы. Может, на Кальдоранн напали и дворец подожгли!

Тихий скрежет заставил Маргарет резко развернуться к стене. Там, на светлом шелке, медленно проявлялось прозрачное окошко.

– Маргарет, ты жива? – свистящий шепот Тамиры сразу успокоил мэдчен Саддэн.

– Жива и ничего не понимаю. У меня одежды нет и в спальню не войти.

– Держи осаду, сейчас притащу что-нибудь, – хихикнула Тамира.

– Погоди, лучше меня вытащи. Я хочу зайти к ним с тыла. По головам пересчитать.

– А ты по голосам не узнаешь?

– Мне не слышно – щит поставила.

– Ладно, лезь в окно, оно должно растянуться.

– А если нет?

– Видела животных в охотничьей галерее? – хмыкнула мэдчен Кодерс. – Ну вот, зачем тогда спрашиваешь, если сама знаешь?

С тихой, но прочувствованной руганью Маргарет ринулась в небольшое «окно». С той стороны ей помогала Тамира – хохотала и тянула на себя за плечи. За минуту мэдчен Кодерс удалось вытянуть подругу к себе. И в эту же минуту «окошко» схлопнулось.

– Ты могла стать прекрасным трофеем. Пойдем скорее, ты же помнишь, что моя комната через дверь от твоей? Ого-го! Да ты там у себя на каменоломни зарабатывала, что ли?!

– Я спать собиралась, – закатила глаза Маргарет.

– Высоты не боишься?

– А?

– Ну ты же не думаешь, что я в чужие покои через коридор зашла? Пошли, пока хозяйка не явилась.

Через спальню, на маленький балкончик, а с него – на балкон Тамиры. И уже в спальне подруги Маргарет сдалась и расхохоталась. Со всхлипами и слезами. Правда, долго это не продлилось – мэдчен Кодерс не пожалела полновесной пощечины. И Саддэн замолчала, как отрезало.

– Что за истерика?

– Я сегодня ездила к наставнику, в академию. Там задержалась. – Маргарет с благодарностью приняла плед и закуталась в него. – Вернулась и решила не ходить на обед. Этот наряд мне прислала мора Тандин, в подарок. Я хотела примерить. Примерила. Легла почитать, и тут – король.

– Галлюцинация?

– Галлюцинации так не целуют, – буркнула покрасневшая Маргарет. – Нет, настоящий был. И на ощупь и… и вообще.

– Так, ладно, если ты его хорошо пощупала, то поверю. А дальше-то что?

Нервно хихикнув, Маргарет осторожно присела на постель Тамиры.

– А дальше он подхватил меня на руки, пылко прижал к сильной груди, – томно прикрыв глаза, начала вещать Маргарет, – пылко прошелся поцелуями по моей шее и…

– И?!

– И выбросил меня в кресло. В гостиной. А сам закрылся в моей спальне. И вот представь, я, едва не совершившая досвадебное грехопадение, вся зацелованная, в откровенном белье, сижу в кресле и хлопаю глазами. Но прежде чем я смогла прийти в себя – в дверь начал долбиться какой-то бешеный дятел, который представился Сарной.

Тамира ржала. Самым возмутительным образом – она повалилась на постель, всхлипывала и даже не пыталась остановиться. И через секунду Маргарет к ней присоединилась.

– О-ох, дорф. Ну хоть вы правовой прецедент не создали. – Мэдчен Кодерс утерла крошечную слезинку. – А почему ты думаешь, что это была не Сарна?

– Моя служанка не стучит в дверь, – хмыкнула Маргарет. – Или стучит по факту – одновременно с открытием двери.

– И ты сразу щитами завесилась? А если тебя спасти хотели?

Вскинув бровь, Маргарет смерила подругу долгим взглядом и сочувственно произнесла:

– Тами, солнышко, тебе, наверное, в школу надо вернуться. Король – он король и есть, он полдворца может пере… перелюбить, и никто ему ничего не скажет. Главы родов только порадуются – выгода сама в руки плывет. Тебе, кстати, уж прости, но грех быть такой наивной. Кто-то либо хотел застать короля со мной, либо действительно надеялся помешать нам.

– То есть я все же права, м?

– Нет, тут скорее беда в том, что «главный приз» сбежал и спрятался там, где никто не ожидал.

Пожав плечами, Тамира встала с постели и открыла шкаф. Придирчиво рассмотрев вешалки, она положила рядом с Маргарет бледно-зеленую юбку и золотистую блузку.

– Подходит?

– Вполне, – кивнула мэдчен Саддэн. – Спасибо.

– Ого, тебе еще и шею прикрыть надо. Пылкий у нас король, – усмехнулась Тамира.

– Да, пылкий. Под зельем. – Маргарет провела пальцами по шее.

Переодевшись, мэдчен Саддэн порадовалась, что подруга немного выше и не видно, что под юбкой – босые ноги.

– Ну что? Идем причинять добро?

– Кто-то любит смотреть представления на площади? – хмыкнула мэдчен Саддэн. – Хорошо, давай удобрим этот мир.

– Действительно, не от актера это по-дурацки звучит.

Придирчиво осмотрев себя в зеркале,