Королевская Академия Магии. Неестественный отбор - Наталья Самсонова

– И вот смотри, – Маргарет устроилась поудобнее, – после первого Отбора в правила был введен пункт о каменоломнях. Никто не знает, кто это предложил, но все согласились. После смерти королевы король вообще взял Отбор в свои руки.

– Хочешь сказать, что ему это выгодно? – удивилась Тамира.

Маргарет покачала головой и взяла из корзины еще одно яблоко.

– Нет. Видишь ли, когда я познакомилась с его величеством, я его не узнала. Еще подумала, какой высокомерный, наглый и могущественный маг. Позднее я вновь его встретила, узнала, что это, вообще-то, наш король. Он выглядел весьма и весьма властно и представительно. А вот во дворце его как подменили.

Осмотрев яблоко, Маргарет колупнула пальцем наливной бок и продолжила:

– Получается, в нем одном как будто два человека. И вот о чем я думаю – после Черной Порчи Линнарт долго болел, у него были проблемы с магией, с подвижностью тела.

– Да ты что? Странно, я о таком не слышала.

– Тами, это стандартные последствия Черной Порчи, – возмутилась Маргарет. – Наш король из мяса, костей и энного количества экскрементов. На него все заклятья действуют так же, как и на остальных людей. Не сбивай меня, а то мысль уйдет.

Помолчав, поймав за хвост едва не ускользнувшую идею, Маргарет отложила яблоко и вновь заговорила:

– Мой отец был ближайшим соратником отца Линнарта. После смерти старого короля Линнарту едва хватило сил на коронацию и назначение Гаррета Саддэна Первым Клинком. По меньшей мере это звучит логично – лечение от Черной Порчи долгое и болезненное. Именно тогда было выдумано оправдание – король учится. Мол, не успели подготовить его к правлению. Последнее – мне сказал сам король. В смысле, что мой отец помог ему выучиться. А я, как и говорила, считаю, что выздоровление Линнарта просто держали в тайне. Недаром ведь в учебнике заморыш изображен.

– Затем наступает Алая Ночь, – подхватила мысль Тамира, – и только-только вставший на ноги король теряет всех своих соратников, но каким-то чудом сохраняет корону. Каким?

– Дурачком прикинулся? – предположила Маргарет. – Он ведет себя так, будто его каждый может обвести вокруг пальца. А при этом, посмотри, все, как будто случайно, выходит ему на пользу. За исключением несчастных королев.

– Во дворце бардак, – Тамира сплела перед собой пальцы, – но бардак очень и очень упорядоченный. Заметь, войти во дворец может каждый, даже если я кого-то позову, его пропустят. Но пропустят только в коралловое гостевое крыло, которое отделено от центральной части дворца четырьмя галереями. Мора Дивир вызвала твоих родственников, но вряд ли, ой вряд ли, это они собрали толпу придворных. И даже сегодня – Лорна до последней буквы исполняла все приказы, но сама дверь открыть не пыталась. Она вступила в игру только после получения недвусмысленного приказа. Сверхисполнительный сотрудник хуже лентяя, кстати.

– Понимаешь, о чем я? Хитрец из хитрецов. Либо до крайности удачливый человек.

– Либо мы все навыдумывали, – Тамира вздохнула. – Но вообще-то, когда в стране слабый король, в первую очередь страдают эйты – появляются разбойники, благородные дерры повышают налоги, да и вообще преизрядно издеваются над простыми людьми. Не все, конечно, издеваются. А вот налоги дерут – все. Ходит даже присказка, что «дерр» – это от слова «драть».

– Вот именно, – покивала Маргарет. – У нас же тишина, покой и снижение торговой пошлины.

– Значит, за одиннадцать лет король смог собрать свою команду, – подытожила Тамира. – Вот только зачем он пришел к тебе? Подставил, получается…

Маргарет хмыкнула и напомнила:

– Обеденное время. Возможно, его не опоили, а облили зельем. И моя комната оказалась ближе всего. Откуда ему было знать, что я не только у себя, но еще и…

– Готова к употреблению, – зафыркала Тамира. – Нет, ну а что? Твой наряд, знаешь ли, весьма и весьма красочен.

– И он – единственное, что у меня осталось. Вот как выйду в нем на ужин… – невесело пошутила Маргарет.

Девушки замолчали – в гостиную вошла Сарна, толкая перед собой сервировочный столик.

– Прачки стонут, – хихикнула служанка. – Мора Дивир отдала платье в стирку, а оно все в зеленой гадости, которую ничего не берет, а щелоком боятся пользоваться. Вдруг ткань разъест?

– А я не заметила, чтобы на нее попало, – хмыкнула Маргарет. – Садись с нами и рассказывай, что нового, интересного?

Сарна сервировала стол, пододвинула к девушкам чашки и уселась в свободное кресло. Съев пирожное, она поделилась:

– Вроде как видели его величество. В состоянии крайней ярости. Так что казначей вызвал карету и сразу уехал в дом исцеления. Но министрами король не интересовался. Он приказал вызвать к себе младшего секретаря главы Департамента Безопасности и кого-то еще. Но кого – я не услышала.

– Ты все равно молодец, – улыбнулась Маргарет. – Мы и того не знали.

* * *

Из спальни Маргарет Линнарт переместился в свою. Ему было необходимо всего пятнадцать-двадцать минут, но… Серая Богиня, он едва не совершил преступление, от которого ему было бы никогда не отмыться.

Но шелк кожи, упругие бедра и, ох Богиня помогай, сладкие губы – все это будет преследовать его темными вечерами.

– Соберись, – сам себе приказал Линнарт.

И воспоминания о гибком стане Маргарет, взмахнув кружевным полотном, спрятались на самом дне его памяти. Кажется, он еще долго будет неадекватно реагировать на кружево…

– Мадин! Пригласи ко мне младшего секретаря главы Департамента Безопасности, ректора КАМа, его заместителя Ирвинга и мору Соэлем. И остальных из малого магического Совета. Нет, стоять. Вначале зайди ко мне.

Линнарт выхватил гербовую бумагу, размашисто вывел несколько строчек, оставил свой роскошный росчерк и со злостью прихлопнул сверху королевской печатью.

– Пусть твой помощник доставит это дерру Глорейну – он временно отстранен от занимаемой должности. И если не хочет лишиться головы – пусть выметается в свой городской дом.

– Что сказать, если он поинтересуется сроками? – спросил секретарь.

– Скажи, что король ярится попусту и вот-вот остынет. Что Гилмор – скорее, жертва обстоятельств, – медленно, вдумчиво произнес Линнарт. – Да, именно так и передай – весь день короля донимали просители, родственники невест и министры. А когда ему, то есть мне, удалось улизнуть –