Охота на мышку - Юлия Гетта

Разглядываю стильную мебель, которой обставлена спальня. Хата у Мышки, конечно, огнище. Даже круче, чем у Мажора. Но вот херня какая, почему-то находясь у Мажора дома, я кайфую от обстановки, получаю эстетическое удовольствие, а здесь, у Мыши, чувствую себя каким-то ничтожеством.

Дико бесит, что у неё всё это есть: деньги, комфорт, в школу отвозит водила на ниху*вой тачке. А у меня них*я нет. Я даже в кафе пригласить её не могу. И нахер я ей такой нищеброд нужен?

А самое паршивое, что в ближайшее время походу ничего изменится. Я уже не верю в успех нашей замуты с ворованными зеркалами. Прошлой ночью всё прошло слишком гладко. Легко. Легче лёгкого. Утром отвезли товар Бесу, побазарили, сошлись в цене и процентах. Но за весь день он так и не позвонил. Сколько он будет всё это сдыхивать? Сколько у него таких поставщиков, как мы? Да и кто станет покупать краденое за такие бабки? Нет, них*я толку от этого всего не будет. Надо думать что-то другое.

Только что? Я уже, бл*ть, всю голову сломал.

Сразу вспоминается Карим с его дебильными нравоучениями и советами найти работу. Как же он бесит меня, кто бы знал! Умный, сука, нашёлся. Сам бы для начала куда-нибудь устроился, потом советы раздавал. Нет в нашем городе вакансий для таких, как мы. Я-то знаю, потому что искал, в отличие от него. Них*я никуда меня не взяли, даже грузчиком в магазин Степиной матушки. Не знаю почему. Может, рожей не вышел. А может, потому что на учете в ментовке стоял, это легко при желании пробить. Или потому что батя у меня сидит. Или из-за всего сразу.

Вот и Мышкин пахан сходу меня в это мордой ткнул во время нашего эпичного знакомства. Что-то мне подсказывает, вряд ли он обрадуется, узнав, что мы теперь с Таней вместе. Высосет ей весь мозг через трубочку, и в конце концов Мышь бросит меня. Если уж она даже трахаться со своим чмошником на мерине боялась, потому что папа за залёт наругает…

Смотрю на неё, как она мило спит, и все внутренности сворачиваются в болезненный комок, стоит представить, что однажды больше не увижу свою Мышку. Не смогу дотронуться до неё, впиться в сладкие губы. Обнять и прижать к себе изо всех сил. Вдохнуть полные лёгкие её крышесносного запаха.

Я просто сдохну без этого.

Таня, будто почувствовав мой взгляд, просыпается. На ощупь находит на прикроватной тумбочке очки, надевает. Смущенно улыбается мне, поправляя на груди одеяло.

Я перекатываюсь ближе к ней, обнимаю и тоже расплываюсь в улыбке, как идиот. Хочется остановить этот момент, чтобы мы всегда вот так лежали. Голые, в одной постели, обнимались и улыбались друг другу.

— Доброе утро, — шепчет она, не подозревая, как мне сейчас хреново.

— Доброе утро, Мышь, — хриплю я. Когда долго не курю, с голосом что-то непонятное происходит. — Так кайфово просыпаться рядом с тобой.

— Да-а-а, — выдыхает она, прикрывая глаза. — Вот бы так каждый день.

Чёрт, во мне так откликаются её слова, что в груди ломит. Не выдерживаю и сжимаю свою Мышку, утыкаясь носом в её шею. Жадно втягиваю нежный запах кожи.

— Люблю тебя…

Не понимаю, как произношу это. Это даже не я, губы сами, не спрашивая разрешения.

А руки сами находят её грудь и жадно сжимают. Трусь членом об её живот. Мышка сладко стонет, впиваясь острыми коготками в мои плечи. Просовываю ладонь в её промежность. А там так горячо и влажно… У меня в глазах темнеет от скручивающего мышцы желания. Если сейчас не войду в неё — меня разорвёт.

Из последних сил сдерживаясь, осторожно ласкаю пальцами. Проталкиваю глубже сначала один, потом другой. Какая же она внутри тесная… И нежная…

Мышка часто дышит, испуганно глядя на меня.

— Не больно? — хриплю я, пожирая её плывущим взглядом.

Отрицательно крутит головой.

— Тогда чего напряглась? Расслабься.

Тихо вздыхает, послушно расслабляясь. И прикрывает от удовольствия глаза.

Стекла на её очках начинают запотевать. Осторожно снимаю их и кладу на соседнюю подушку.

Таня распахивает ресницы, прослеживая за моей рукой.

— Так я плохо тебя вижу, — признаётся она, растерянно моргая.

Смотрю в её большие прекрасные глаза.

Мышь, сейчас я буду трахать тебя так, что они всё равно слетят.

— Ты, главное, чувствуй, — говорю я вслух, коленом раздвигая стройные ножки как можно шире. — Хочу тебя…

— Я тоже, — взволнованно выдыхает она мне в губы.

И мы целуемся. Я пожираю её рот, проталкивая язык как можно глубже, забив на то, что мы оба ещё не чистили зубы. Она всё равно вкуснее всех на свете.

Нежно трахаю её пальцами. Безумно нравится ощущать, какая она внутри. Стояк налит кровью до отказа, угрожая вот-вот взорваться от напряжения. Я чудом вспоминаю о презервативах. Приходится оставить Мышку ненадолго, чтобы найти свои джинсы и упаковать в резину член.

Покончив с этим, снова опускаюсь на свою девочку, отшвырнув в сторону одеяло. Она так взволнованно смотрит на меня своими огромными глазами. И доверчиво обнимает за шею.

— Ты самая о*уительная на свете, — сообщаю я ей чистую правду. И резко вгоняю член в тесную глубину.

— А-а-а! — Таня громко вскрикивает.

Я замираю, весь напрягаясь.

— Что, снова больно?

Растерянно кивает.

— Прости…

Выхожу из неё и снова вхожу, но на этот раз медленно и осторожно. Один хрен испытывая нереальный кайф. В голове всё плывёт, дух захватывает, будто я бухой в хламину.

— Так лучше?

— Да-а-а… — расслабленно прикрывая глаза, шепчет она. — Чуть-чуть…

Ладно. Тогда пока так. Так тоже безумно круто.

40. Я тут пытаюсь быть душкой

Мышка кончает так сладко. Готов бесконечно смотреть на это. Она прекрасна. Нет в этом грёбаном мире ничего лучше для моих глаз.

Целую её. Нежно касаясь губами, трусь щекой об её лицо, веду языком по соленой от пота шее.

— Ты моя хорошая… — бессвязно шепчу ей, улетая от собственного кайфа.

Таня часто дышит, прижимается ко мне, обнимая изо всех сил. Впивается ногтями в спину. И мне хочется сдохнуть от счастья.

Долго лежим в обнимку после. Шевелиться не хочется. Только чувствовать под собой её тело. Слушать её дыхание.

— Серёжа, а сколько времени? — сонно лопочет Мышь, ласково перебирая пальчиками мои волосы на затылке. — Странно, уже так светло, почему у меня будильник не звенит…

— Да я его выключил.

— Что⁈ — подскакивает она, как ошпаренная. — С ума сошел? Я же опоздаю на практику!

Закатываю глаза. Ну вот и закончился наш