До встречи в Дубае - Виктория Короткова

когда я вернулась, квартира была уже пуста. Я еще раз проверила все комнаты, чтобы везде было чисто. И только в морозилке я обнаружила мороженое и, прежде чем уйти, решила его съесть. Холодное, оно должно было остудить изнутри тело, которое до сих пор горело чужим пламенем. Доев, я вызвала такси и спустилась вниз. Было очень странно покидать квартиру, которая за несколько часов стала родной, будто мы действительно прожили в ней жизнь, а теперь развелись и бежали по своим углам.

Такси тихо подъехало, и галантно открыв дверь, водитель повез меня обратно в отель. По привычке я достала телефон и открыла галерею. Я не сразу поняла, что там появилось несколько новых фотографий. Я вспомнила тот момент — я была уверена, что Риан делает снимки на свой телефон и позировала у плиты. Даже поцеловала его в щеку. Нужно было срочно удалить все, но рука не поднималась. Я решила сделать это позже. А пока послала одну из картинок Ясмине, как обещала.

2-й год. Глава 12

2-й год. Глава 12

Я ввалилась в номер уставшая как после выходных на даче. Хорошо, вспомнила оставить ключи на ресепшен, чтобы завтра об этом не думать. Не включая света, я повалилась на кровать. К моему удивлению, на ней оказались какие-то коробки, но я не стала разбираться и сбросила их на пол. Одежду я тоже сняла кое-как и залезла под одеяло. Надо было помыться, смыть этот отпуск, смыть этот вечер, смыть измену, смыть чувства, но с другой стороны, так хотелось последнюю ночь пахнуть им, принадлежать ему, и я уснула.

Будильник разбудил меня в полдень. Я слезла с матраса и, увидев несобранный чемодан, нехотя поплелась в душ. Я долго стояла под горячими струями, чтобы проснуться ото сна. Командировка стала путешествием в параллельный мир, в котором я нашла новое счастье. Но теперь нужно было вернуться в реальность и настроиться на семью.

С мокрыми волосами — я всегда давала кудрям высохнуть и завиться самим и не пользовалась феном — я решила переодеться к завтраку. И тут я вспомнила про вчерашние коробки. Знакомые названия на плотном картоне ни о чем не сказали. Но когда я открыла их, то все, что я пыталась только что смыть, вернулось с новой силой, и я заплакала. Из коробок на меня смотрели то самое фиолетовое платье с шифоном, накидкой и блесками и золотые туфли к нему.

А я разбила парню сердце. Вот и вся справедливость в этом мире. Я поеду домой с подарками, а он оставит здесь частичку себя. Впрочем, я тоже. Неожиданно я сорвалась, накинула первое попавшееся платье и побежала на завтрак. Время его уже закончилось и уже начинался обед, поэтому народу почти не было. Его тоже здесь не было. Я набрала тарелку еды и медленно ковыряясь поела.

От нечего делать, разблокировала телефон и посмотрела в заметки. Увидев список покупок, застонала, потому что не могла пролежать остаток дня в кровати, а пришлось заставить себя поехать по магазинам. Мамы ждали новых подарков, и нельзя было их разочаровать. И конечно же, надо было вновь привезти сладостей. Пусть мне их не достанется, потому что дочка опять все заберет, но ее улыбка и радость были очень важны. Особенно сейчас, когда казалось, в семейной идиллии поползла трещина.

Всего три часа торгового центра, и я была выжата как губка. Я открыла пустой чемодан и стала аккуратно складывать вещи внутрь, стараясь забить каждый уголок, чтобы увезти все, что приобрела. Бережнее всего я упаковала платье и туфли — коробки пришлось оставить. Я чуть не забыла зайти в ванную комнату, чтобы забрать косметику и средства личной гигиены, но вовремя опомнилась. И даже прихватила мини набор с логотипом отеля.

В чемодан не влезло только счастье, которое навсегда останется связано с этим городом и этой страной. Я никогда больше не поеду сюда в командировку — это я решила твердо. И никогда больше не позволю себе лишнего с противоположным полом. Как бы мне не нравилась открытая жизнь и свобода души, которую я вкусила с Ли Рианом, я должна вновь закрыть створки и занавесить шторы, чтобы исключить попадания лучей чужих чувств в свой внутренний мир. Пора вернуться к себе. Пора вернуться в семью. Навсегда.

Я переоделась в просторную одежду и положила ближе пуховик. Я решила вызвать такси раньше, чтобы не маяться от скуки в отеле. Лучше это время сидеть в шумном холле аэропорта и видеть вокруг незнакомцев. Опостылили стены, в которых рождалось удовольствие, постоянно наваливалось чувство собственной грязи при виде второй подушки и всего одного одеяла. Мы с мужем уже давно спим под разными одеялами, и это не мешает нашей духовной близости. И каждый остается при своих снах. Интересно, что теперь будет сниться мне?

На ресепшене со мной тепло попрощались и пожелали увидеть меня вновь. Ну уж нет. Ни на этаже, ни в лифте, ни в холле, я не встретила желанное лицо. И села в такси, заметив, что от отеля расходилась толпа. Я поняла, что корейцы тоже уехали — сердце пропустило удар и зачерствело. Ли прошел мимо и даже не постучал на прощание.

Из закрытого окна я провожала город. Я попросила таксиста выбрать длинный путь до аэропорта, и он повернул к набережной. Мы проехали обе насыпных пальмы. На всех пляжах висел зеленый флаг, и я вдруг пожалела, что в этот раз до океана так и не добралась. Увидев тоску во взгляде, таксист спросил время отлета, и предложил остановиться, чтобы я хотя бы помочила ноги. Времени было достаточно, поэтому я поблагодарила водителя за заботу и согласилась. Он дал мне пятнадцать минут, и я поставила таймер, чтобы не забыться. Ноги обожглись о горячий белый песок, но тем приятнее было войти в воду. Сначала она показалась холодной, но вскоре кожа привыкла, и я замотала штаны до колена и вошла поглубже.

В конце я достала монетку в один дирхам и на миг застыла, не зная, что пожелать. Вернуться? Счастья? Себе? Ему? Всем? Мира во всем мире? Сработал таймер, оставлявший мне лишь минуту на то, чтобы вернуться к машине, и я кинула монету. В полете я пожелала ему любви и счастья, потому что у меня уже все было, и я должна была поделиться с ним.

Таксиста я отблагодарила щедрыми чаевыми и с чемоданом вошла в огромное здание аэропорта. Мне удалось быстро