Тайная страсть. Мое искушение - Ася Мори

сконцентрирована исключительно на презентации и не замечала его заигрываний.

Впервые за долгое время я чувствую, что получаю удовольствие от работы. И

удовлетворение от рабочего процесса. Поворачиваюсь к моей ассистентке Агнии,

беззвучно благодарю ее одними губами. В ответ получаю взмах ресницами и

удовлетворенный кивок.

В последние недели становится все сложнее и тяжелее концентрироваться на работе, и

моя помощница по собственной инициативе взвалила на себя практически все направления

деятельности моей компании. Иногда мне кажется, что агентство уже принадлежит не

мне, а Агнии.

— Вы будете с нами до победного? — спрашивает она наедине после собрания, когда

довольный представитель «Вэл-Сити Мобил» уже покинул наше агентство.

— Думаю, что да… — отвечаю, а сама мысленно прикидываю свои силы.

— Жаль, Карина уехала, — с ноткой грусти заявляет Агния.

— А всего каких-то несколько месяцев назад ты боялась ее, — смеюсь, подтрунивая над

ней.

— Да. Но откуда же мне было знать, что на самом деле она окажется в жизни очень

милой!

Щеки девушки заливаются румянцем.

— Ничего страшного, переживем как-нибудь. Ее отъезд, конечно, стал для нас

непредвиденным обстоятельством, но мы справимся.

— Да и новый дизайнер Валентин, которого она посоветовала вместо себя, не хуже.

Выполняет работу строго по техническому заданию и в установленные сроки, — со

знанием дела говорит ассистентка. — А клиенты, которых Карина нам привела, оказались

на деле очень прибыльными.

— Вот тут я с тобой полностью согласна.

— Вы уже домой?

— Да, — валюсь в рабочее кресло мешком, — сегодня я ужасно устала, но я была обязана

выдержать встречу до конца.

— А вас заберет?..

— Да, он самый, — отмахиваюсь я, оборвав ее на середине предложения. Знаю прекрасно,

что именно она хотела бы сказать, поэтому и перебила. Не нужно. — Андрей сейчас

подъедет.

Агния достойно выдерживает мой угрюмый взгляд. Нет, он стал таким не из-за нее.

Просто так складываются жизненные обстоятельства…

— Кристина Леонидовна, я понимаю, что это не мое дело, — подобрав слова, она уверенно

продолжает, — но я бы на вашем месте связалась с ним. Он должен знать.

— Ты права, Агния, но ты не на моем месте.

— Это неправильно! — высказывается она.

— В нашей жизни очень много неправильных поступков. Но я не царь и не бог, чтобы

брать на себя такую ответственность и быть во всем правой.

Горло сдавливает тугим спазмом, а подушечки пальцев покрываются ледяной паутинкой. И

так происходит теперь каждый раз. То ли особенности организма стали такими, то ли

есть еще какая-то иная причина. Но каждый раз, когда речь по касательной задевает

его, мое тело — вне зависимости от того, что требует от него голова! — реагирует

по-своему.

— Жаль… — Агния, потупив взгляд, отходит к своему рабочему столу.

— Ладно, я побежала. Не обижайся. Моя жизнь на самом деле прекрасна. Ты же видишь, –

улыбаюсь. С грустью, конечно, но все же.

— Вы не правы. Простите меня за то, что я такая дерзкая и влезаю не в свое дело, но

для полного счастья вам стоит связаться с Яном и поговорить.

Подсветив экран телефона, я читаю входящее сообщение от Андрея. Через несколько минут

он будет ждать меня у входа в бизнес-центр.

Понимаю, что не могу уйти и оставить монолог Агнии без реакции, поэтому, задержав

дыхание на несколько секунд, удовлетворяю ее любопытство ответом:

— Мы просто два человека, которые встретились не в том месте и не в то время. Придет

момент — и мы обязательно поговорим.

После нашего с Яном последнего разговора я несколько недель не могла собрать себя по

частям. И мне, если уж быть честной самой с собой, даже сейчас кажется, что

несколько кусочков меня так и остались потерянными. Но один, самый главный

«осколок», все же на месте. Всегда со мной. Он и есть моя опора. На нем сейчас и

держится моя «несущая конструкция».

Кроме Карины, из подруг или просто хороших знакомых, с кем можно было бы поговорить

по-настоящему, в моем окружении никого не было. Когда она уехала, оказалось

невыносимо трудно носить все в себе. Сдерживаться, не имея ни малейшей возможности

поделиться, спросить совета… или хотя бы просто выговориться.

В одно прекрасное утро, заметив изменения, происходящие со мной, Агния подошла и

прямо сказала, что, если я когда-нибудь захочу с ней чем-нибудь поделиться, она

всегда рядом. Девчонка еще, но такая чуткая. С тех пор она стала мне не просто

ассистентом, а другом с большой буквы.

Спустившись на первый этаж, я подхожу к окну, наблюдаю за подъезжающими к зданию

машинами. Увидев знакомую Audi Андрея, я заматываюсь шарфом, плотно застегиваю

пальто на все пуговицы, включая верхнюю, и выскальзываю из дверей. За пару секунд

добегаю до машины и, запыхавшись, устраиваюсь на переднем сиденье.

— Привет, — здоровается бывший муж.

— Привет, — киваю.

— Хорошо выглядишь… — Андрей скашивает взгляд вниз.

— Спасибо, ты тоже.

— Ну что, домой тебя?

— Да, если можно.

Машина трогается с места и плавно встраивается в ряд с другими.

— Как Мария? — спрашиваю.

— Более-менее. Пока что все прекрасно, но… ты ведь понимаешь, рак — коварная вещь.

— Понимаю.

Какое-то время мы молчим. Когда машина выезжает на проспект, который ведет к моему

дому, Андрей затевает разговор:

— Ты точно уверена в своем решении? Мое предложение остается в силе.

— Андрей, — качаю головой, — спасибо тебе, конечно… но это не твой ребенок…

До сих пор не понимаю, зачем ему это?!

— И что? — хорохорится он. — Я же сказал, что готов принять тебя и ребенка!

— Ты очень великодушен! И, вероятно, была бы на моем месте Сабина, она бы с

удовольствием согласилась на предложение. Но мне это не нужно. У ребенка есть отец.

— Да, — хмыкает невесело, — который не знает о том, что скоро станет отцом.

— Не начинай! Я сама разберусь! — давлю тоном. — Ты пообещал молчать. Вот и молчи!

Опять он о своем! Опять пытается влезть в мою жизнь!

— Хорошо-хорошо. Саша и Вера не знают о твоей беременности. Я сдержу свое слово, как

и обещал. Но рано или поздно они узнают. А там и до Яна дойдет…

— Не дойдет.

Глава 29

Ян

— Ян! Ян! Просыпайся!

Крайне знакомый назойливый голос полосует по пульсирующим вискам. Стоит ли этот

человек моих усилий над собой? Этот — да. Иного выбора он мне и не оставит.

— Чего тебе? — мычу, размыкая слипшиеся сухие губы.

— Похоже, я всегда был слишком добр к тебе, мой дорогой пасынок! — колко цепляет меня

за живое тот, кого я не ожидал увидеть и услышать. По крайней мере, не сегодня.

— Мануэль,