Сосланная жена дракона. Родильный дом на краю Империи - Николетта Фэй

— Завтра. Не раньше.

Глава 39. Неидеальное возвращение

Глава 39. Неидеальное возвращение

— Завтра. Не раньше.

На следующий день Аларик приходит после рассветного колокола. Не на минуту раньше: я успеваю закончить обход, проверить ночные записи и выпить половину чая, прежде чем Брина заглядывает в кабинет.

— Ваш сегодняшний помощник стоит у калитки, — сообщает она. — На этот раз без письменного прошения. Я спросила, не забыл ли. Сказал, вчерашнего разрешения на сегодня достаточно.

Я подхожу к окну. Аларик ждёт снаружи, пока Ивен и две ученицы протаскивают через двор длинную доску. Он мог бы поднять её один, но держится в стороне, пока мальчик сам не просит помочь с тяжёлым концом.

Вчерашний день не оказывается случайной удачей. Следующие две недели Аларик приходит только после моего разрешения и уходит к вечернему колоколу. Он чинит полки, помогает с водоводом, однажды переставляет ящики так, что Брина полчаса ищет пелёнки. Услышав её, возвращает всё на место и просит показать порядок, не доказывая, что новый удобнее. Иногда я ловлю себя на том, что ищу его во дворе по голосу, и тут же занимаю руки журналом.

На третьей неделе я собираюсь в Верхние Ключи. Там после прорыва остались четыре беременные женщины, одна на последнем месяце. До родильного дома им ехать слишком далеко, поэтому мы открываем маленький приёмный пункт в доме старосты. Я беру Рину, ученицу Летту, лекарства и переносной кристалл связи.

Рейн выделяет нам двух городских стражников. Я сама сверяю с ним маршрут, посты и время возвращения.

Утром поездки во дворе вместо двух стражников ждут восемь. Двое сидят верхом впереди, ещё четверо проверяют ремни у закрытой повозки. На плащах знаки западного поста, где служит Аларик.

Я останавливаюсь на крыльце. Рина, уже устроившая ящики внутри, высовывается из двери и мгновенно прячет недовольство. Летта пересчитывает места: с такой охраной часть инструментов придётся оставить либо брать вторую повозку.

— Кто изменил сопровождение? — спрашиваю я у старшего.

Стражник мнётся. Он служил под началом Аларика и по привычке ищет взглядом мужчину, стоящего у конюшни. Аларик держит в руках свёрнутую карту. Этого хватает.

Я иду к нему через двор. Лишние всадники перекрыли ворота, и женщины с узлами обходят повозку по грязи.

— Ты усилил охрану? — спрашиваю я.

Аларик не делает вид, что приказ отдал кто-то другой. Разворачивает карту и показывает красную отметку на северной дороге.

— Вчера разведчики нашли следы гончих в двух милях от тракта. Две пары недостаточно, если стая вернулась. Я попросил западный пост дать ещё шестерых и закрытую повозку.

Слова знакомы до неприятного холода под рёбрами. Он снова приносит мне готовое решение, подкреплённое людьми, лошадьми и тем самым спокойным тоном, которым когда-то объяснял ссылку заботой о моём состоянии.

— Когда ты собирался сказать мне?

В лице Аларика мелькает настоящее раздражение. Он потратил ночь на маршрут и уверен, что опасность реальна. Прежний Аларик на этом месте закончил бы разговор.

— Сейчас, перед выездом, — отвечает он после слишком долгой паузы. — Я думал, ты увидишь причину и согласишься.

Я оглядываюсь на всадников, занявших половину двора. Согласие здесь уже превратилось в необходимость отменять чужие распоряжения.

— Ты думал, что его можно получить после того, как шесть вооружённых людей уже стоят у моего дома.

За моей спиной стихает погрузка. Рина остаётся возле повозки: эта поездка касается и её, а теперь она не знает, состоится ли выезд.

Аларик начинает объяснять, что гончие нападают быстро и что закрытая повозка выдержит первый удар. Я поднимаю ладонь.

— Я знаю, что дорога может быть опасна. Вчера Рейн принёс тот же отчёт. Мы перенесли маршрут к речному посту и договорились о сигнальных огнях. Ты не спросил ни меня, ни капитана. Ты просто решил, что твой страх важнее нашего плана.

Последняя фраза задевает его. Аларик сворачивает карту резче, чем собирался, и край бумаги ломается под пальцами.

— Я отвечаю за пост, откуда пришли люди. И да, я испугался. Если с вами что-то случится…

Он обрывает себя и смотрит на всадников, которых вызвал без моего ведома. Я не помогаю ему найти удобное окончание.

— Если с нами что-то случится, ты будешь жить с этим, — договариваю я. — Но это всё равно не даёт тебе права незаметно вернуть себе управление моей жизнью.

Аларик опускает карту. На лице больше нет попытки убедить меня. Осталась неприятная работа: признать, что забота снова стала способом распорядиться мной.

— Ты права, — говорит он не сразу. — Я должен был принести отчёт и спросить. Или передать его Рейну. Вместо этого я решил, что успею сделать безопаснее, а потом объясню.

Он поворачивается к старшему стражнику. Я жду оговорки «на всякий случай», но Аларик говорит достаточно громко для всего двора.

— Моё распоряжение отменено. Возвращайтесь на западный пост. В сопровождении остаются двое, которых назначил капитан Рейн. Закрытая повозка тоже не нужна.

Старший не двигается. Для него бывший генерал всё ещё весит больше хозяйки города, и эта задержка показывает, какой след оставляют приказы даже после отмены.

Аларик замечает. Он не повторяет распоряжение громче, а подходит к стражнику и забирает у него письменный приказ со своей подписью. Разрывает лист пополам.

— Я не имел права менять решение Мирель и капитана. Вы получили ошибочный приказ. Потраченное время запишете на мой участок, не на городской гарнизон.

Люди начинают разворачиваться. Аларик помогает освободить проход, Рина возвращает инструменты в первую повозку. Почти час мы всё равно потеряли.

Я не отменяю поездку, но меняю порядок: до Верхних Ключей едем через речной пост, как решили вчера. Аларик подходит, когда последний лишний всадник уходит за ворота.

— Я могу поехать одним из двух стражников, если Рейн согласится, — предлагает он. — Или остаться. Выбор твой.

Мне хочется выбрать первое и всю дорогу следить, не примет ли он ещё одно решение за нас. Именно поэтому я выбираю расстояние.

— Останься.

Ответ выходит быстрее, чем я успеваю смягчить тон. Я не хочу видеть его рядом всю дорогу и проверять, не превратится ли следующий испуг в новое решение за меня.

Аларик кивает. Не просит изменить наказание на более удобное и не напоминает, что сам отменил приказ.

— Хорошо. Я буду на северном водоводе. Если понадобится отчёт о следах,