Босс и его малышка - Амелия Лавель

Его горячие руки скользят по моим ногам, задирают халат, который я только сейчас замечаю, отодвигают ластовицу трусиков и проникают в меня.

— Я никогда тебя больше не оставлю без присмотра, Ангелина. — Шепчет в ухо. — Никогда, слышишь?

— Да. — Шепчу.

Где — то внизу расстёгивается ремень. И мы делаем это на узенькой больничной кроватке. Он берет меня страстно, горячо, без остатка. Так, будто вбивает в меня все свои опасения, переживания. А может быть, даже вымаливает прощение.

— Ты моя, Ангелина Серова. Моя женщина. Я теперь с тобой. Всегда. Никуда не отпущу. Только со мной. Ясно?

— Да, да, да. — Кричу, не в силах держать в себе слова.

Кончаем быстро. Голова кружится. То ли от резких движений, то ли от страсти.

Как одержимый он целует меня всю. Будто боится, что какой-нибудь сантиметр тела останется без внимания. Затем обнимает. Кладет меня на себя. Аккуратно гладит мою голову на своей груди. Целует ее. И засыпает.

Я вдруг понимаю, что он не спал, все это время не спал. С того самого момента, как меня забрали. И сейчас, удостоверившись, что со мной все хорошо, он расслабился, и крепко обнимая меня, сразу заснул.

Я не сопротивлялась, мне было очень хорошо, очень тепло и спокойно. Сил еще было не так много. И я тоже заснула вслед за ним.

Глава 50

Мы провели вместе день и ночь. Нам предложили палату побольше с двумя кроватями. Она чудом освободилась ближе к вечеру.

— Чего такая довольная? Спать все равно будем на одной. — Шепчет, помогая мне шагать по коридору Дима.

Я улыбаюсь. Вообще — то я уже сама могу дойти, но он не позволяет.

— Зачем эти ненужные траты? Я бы уже вернулась домой, если честно. Со мной все в порядке. Тебе ли не знать. — Смотрю игриво с упреком.

— Нет. — Осекает серьезным тоном. — Осмотрят завтра, и если все действительно хорошо, я отвезу тебя домой.

Вздыхаю.

— Хорошо.

Мне делают капельницу, затем мы ужинаем. Стол естественно собран в стиле Аланского. Не смотря на то, что мы в больнице, нам организовали ужин из ресторана, не меньше. Дима сам все достал, накрыл, разложил по тарелкам.

Наблюдать за ним было необычно и приятно. Он ухаживал за мной, и это очень подкупало. У нас по факту не было свиданий, не считая тот злосчастный ресторан. И сейчас я могла понаблюдать за ним во всей красе.

Он остается со мной на ночь. Сначала я заставляю его расположиться на второй кровати. Буквально силой заставляю. Угрожаю даже, чтобы он поспал. Слушается, ложится. Закидывает ногу на ногу, руки убирает за голову и наблюдает.

— Что? — Спрашиваю с другого конца палаты. — Так и будешь смотреть?

— Буду. — Улыбается. — Какая ты командирша, Ангелина. Не думал. — Смеется, когда я кидаю в него маленьким полотенцем. — Не думал, потому что знал. Прирожденный лидер.

— Куда уж мне. — Выдаю полушепотом.

И минуты не проходит, как он встает и двигает свою кровать. Ну, конечно. Неугомонный. Смеюсь.

— Нас выгонят за такое.

— Пусть попробуют.

Соединяет наши кровати. Если бы его часть не проваливалась под огромной тушей, и между кроватями не было щели, было бы весьма удобно.

Поворачиваемся лицом друг к другу.

— Какой же ты ненасытный. — Шепчу.

— Хочу тебя всегда. Каждую минуту. Ничего с собой поделать не могу. — Смотрит прямо в душу. Такие красивые глаза… — Очень хочу, но на сегодня с тебя хватит. Пусть голова заживет. Потом наверстаем.

Улыбаюсь. Не говорю, что вообще — то и правда еще немножко гудит. Но уже не сильно. Пугать его нет никакого смысла.

— Дима…

— Что?

— Спасибо. Я восхищаюсь твоими способностями. Ты и меня спас и сделку так ловко провернул. Жаль, конечно, того мужика, хоть он и заслужил. Но все равно, знаешь, это ведь надо было так все организовать, чтобы и волки сыты и овцы целы. Ты особенный.

Как — то тяжело вздыхает. Целует мою руку. Там мы и засыпаем лицом друг к другу. Улыбаясь и держась за руки. Это очень мило и по — особенному.

С утра он будит меня поцелуем.

— Мне нужно отлучиться. — Гладит по голове. Послушно киваю. — За дверью будет Алексей, это мой человек. Он будет на связи все время. Говори ему если что — то нужно. Я приеду после обеда и заберу тебя домой после осмотра врача. Договор?

— Конечно. — Шепчу. — Кровать отодвинешь?

Цокает, закатывая глаза.

— Отодвину. А ты отдыхай, ладно? От дел и от меня, потому что потом тебе никуда не деться. Пока ни о чем не думай. — Целует еще раз, отодвигает таки свою кровать, и, поджимая губы, выходит. Вижу, с каким трудом это ему дается. И мне. Вздыхаю.

До обеда я сплю, потом Алексей заносит мне пакет с едой. Приглашаю его к столу, но он тактично отказывается.

«Мне голова на плечах еще пригодится» — говорит с усмешкой. До меня не доходит посыл его слов. Ну, да и бог с ним. Не хочет, как хочет.

После вкусного обеда ко мне по очереди заглядывают несколько врачей. Все меня осматривают. Берут анализы.

Я чувствую себя очень хорошо, начинаю даже скучать. Наблюдаю за прохожими в окно, которое выходит на зеленый парк. Почему — то вспоминаю о родителях, которые не звонили уже очень давно. Их дочь сейчас в больнице, но какая им разница. Тяжело вздыхаю.

— Тук, тук, Линочка. — Слышу знакомый голос у двери. Люба!

— Любовь… — Кричу, улыбаясь.

— Да ладно тебе, Любовь, Любовь. Про любовь ты мне еще расскажешь, давай на «ты» уже.

— Вы тут как? — Радуюсь, обнимаю. — Ты! Ты тут как?

— На. — Тянет мне коробку. — Это босс просил передать. Новенький телефон и симка твоя. В счет компании. Эхм, эхм. — Делает вид, что ничего не понимает и закашливается.

— Зачем это? У меня свой телефон нормальный. —