Вторая жена. Цена выбора - Дина Данич

Когда мне донесли, что Романо с женой заметили в городе, я сначала не поверил. Ну не мог же Чезаре быть настолько отбитым, чтобы заявиться сюда, да еще и с женой!

А потом я узнал, где именно их заметили, и лютый, дикий страх сжал в тиски все нутро.

Получалось, что Чезаре решил использовать Сандру, чтобы выманить Аделину. Она ведь хотела с ней встретиться, просила меня, но я, естественно, отказал.

В клинику я вбегал, припоминая, как настойчиво Джером говорил про обследование, и уже начинал подозревать, что Романо добрался и до него.

Дикая ярость мешала трезво мыслить, когда я буквально ворвался в тот кабинет.

А дальше…

Я готовился защищать ее, выгрызать зубами безопасность своей семьи, но оказался не готов к тому, какие обвинения жена бросит мне в лицо.

Ненавижу? Я? Ее?

В тот момент, когда я заметил, что Романо тоже достал оружие, сделал единственно верное движение – закрыл Аделину собой. Я понятия не имел, что у него в башке. И готов был ко всему.

Наверное, не будь наших женщин в комнате, я бы набросился на него прямо там, достав ножи и всадив парочку в этого зарвавшегося мудака.

За то, что тот посмел ворваться к Лазарро, и плевать, что у меня были вопросы к Энрике, и немало. Это было на моей территории!

За то, что Чезаре посмел заявиться сюда, как к себе домой!

За то, что наставил пистолет на мою жену!

За то, что устроил самосуд, обвинив одного из моих подчиненных в том, чего тот не делал.

У меня был огромный список причин, по которым я бы пристрелил Романо. И всего одна – отпустить, не сделав ничего.

Этот чертов узел будет сложно развязать – Аделина не простит мне, если ее сестра будет в трауре.

По крайней мере, не сейчас.

Мне приходится отпустить и Романо, и его жену, пообещав, что никто их не остановит. И даже если часть меня требует возмездия и отмщения, я делаю этот нелёгкий выбор, предавая собственные установки и законы, которые сам же и поддерживал в La Eredita.

Ради своей жены я предаю мафию, выбирая ее. Ее и нашего ребенка.

То, что я вижу в глазах Аделины, с лихвой компенсирует злость и раздражение от того, что приходится наступить на горло собственным принципам. В этот момент я понимаю одну простую истину – ради нее я готов пойти на сделку с самим дьяволом, если это сделает любимую женщину счастливой.

Любимую…

Что ж, похоже, это неизбежно и уже необратимо.

Обследование мы все же проходим. В этот раз вместе. До этого момента я знал все о ее состоянии, но не учел, что моя отстраненность будет влиять на эмоциональное состояние Аделины.

Она держит меня за руку, пока ей делают УЗИ. На ее глазах слезы, но теперь от радости. И я готов сжечь весь мир – лишь бы она продолжала счастливо улыбаться и смотреть на меня так, как в этот момент.

– Марко, тебе письмо, – звонит уже значительно позже Рикардо.

– Так перекинь, – раздраженно бросаю, поглядывая на Аделину, которая в спальне готовится ко сну.

– Ты не понял – это конверт. На нем указано передать тебе лично в руки. Отвезти на экспертизу?

Первый порыв согласиться, но затем я торможу, боясь, что моя догадка окажется верной.

– Пришли фото конверта.

Буквально через минуту я разглядываю картинку, на которой простой белый конверт с одним словом. Но главное не это – конверт подписан почерком, который я никогда не спутаю.

Белла.

– Вези сюда, – говорю, когда перезваниваю Мартелло.

– Что-то случилось? – настороженно спрашивает Аделина, выходя в коридор. В ее взгляде волнение, и я мысленно чертыхаюсь, делая пометку вести разговоры подальше от нее.

– Ничего особенного. Рикардо кое-что сейчас привезет. Ложись, я скоро.

Спустя полчаса я сижу в кабинете, а конверт лежит на столе. У меня по спине мороз от предположений, что я увижу внутри. Наверное, будь это коробка, было бы куда хуже.

И все равно…

Провожу пальцами по буквам.

Белла… Сестра моя. Она всегда любила писать с завитушками, по-особенному каждую букву выводила.

– Я тебя не дождалась, – слышу тихий голос жены.

Аделина мнется на пороге, и я решительно вскрываю конверт. Внутри только один листок, на котором написано пять четверостиший.

– Что это?

Поднимаю взгляд на жену. Она выглядит решительно. Еще немного, и, я уверен, начнет припоминать мне мои же обещания быть с ней честным и открыто говорить о своих чувствах. Как это сделать – еще только предстоит понять.

Снова пробегаю глазами по листку и замечаю закономерность, которая вынуждает вспомнить детство. Сестра как-то придумала способ шифрования – с помощью своих любимых закорючек выделять нужные буквы. Я тогда посмеялся, сказав, что любой легко расколет ее метод шифровки. Белла после этого целую неделю ходила и дулась на меня.

Но сейчас…

“Я скоро буду дома”.

– Это послание от Беллы, – отвечаю, не узнавая собственного голоса. – Она скоро вернется.

Эпилог

После письма от Беллы Марко становится куда более мрачным и нервным. Даже Рикардо замечает это и пару раз незаметно просит меня почаще отвлекать мужа и переключать на что-то.

Насколько я поняла, стычки с людьми Чезаре продолжаются, и в целом обстановка сейчас неспокойная. Я не рискую звонить Сандре – не хочу подставлять ее под удар. То, что она сделала, для меня значит невероятно много, и я не имею права рисковать ее спокойствием.

С каждым днем ощущение, что вот-вот разразится что-то масштабное, становится все более ощутимым.

С того дня, как мы с Марко помирились, я стала спать спокойнее. Кошмары постепенно ушли – благодаря тому, что муж каждый раз держал меня, обнимал и успокаивал.

А еще он вернул мне комплект моей матери. Как он про него узнал, и как смог убедить моего отца отдать – настоящая загадка. Как-то Марко принес вечером небольшую коробочку, и я готова была увидеть обычные украшения в знак внимания.

Но когда я поняла, что именно муж для меня сделал…

Полвечера проплакала у него на плече, а сам Лучано терпеливо сносил мои беременные гормоны и слушал те немногочисленные воспоминания, что у меня остались.

В остальном в нашей жизни наступает хрупкое равновесие. Ребенок развивается нормально. Единственной причиной, по которой в доме до сих пор царит напряжение – отсутствие Беллы. Я все ломаю голову над тем письмом, которое она