Правила игры - Джесса Уайлдер

– Прежде всего я хочу сказать, что горжусь тем, что возглавляю эту команду. Мы усердно работали, готовясь к старту этого сезона, и я знаю, что мы способны на великие свершения. Сегодня у нас есть возможность показать, чего мы стоим.

Я взглянул на тренера, который прислонился к стене, скрестив руки на груди, и уголки его рта слегка изогнулись.

Я глубоко вздохнул.

– Помните, хоккей – командный вид спорта. У каждого из нас есть своя роль. Независимо от того, на первой линии вы или на четвертой, мы все должны работать сообща, чтобы достичь наших целей. Мы выигрываем как команда и проигрываем как команда.

– Черт возьми, да, – ободряюще крикнул Алекс.

– Пусть прилив адреналина, когда вы выйдете на лед, подпитывает вас к игре. Я жду, что каждый из вас будет выкладываться по полной и играть достойно. Нам нужно бороться за каждую заброшенную шайбу, каждый отскок, каждый сантиметр льда.

У меня расшалились нервы, когда я позволил парням увидеть свои уязвимые стороны.

– Наконец, я хочу сказать вам, что верю в каждого из вас. Я знаю, что у вас есть все необходимое, чтобы выиграть. Итак, давайте выйдем и покажем, что победа будет за нами. Вы со мной, парни?

– Да! – хором раздались слова по комнате.

Я взглянул на серьезно настроенные лица своих товарищей, каждый из которых жаждал победы.

– Встаньте в круг. – Мы все прижались друг к другу, плечом к плечу. – На счет «три». Раз, два, три.

– Вперед, «Хаски»!

Их громкие голоса эхом отразились от стен, и я похлопал каждого из них по шлему, когда они стали выходить из раздевалки.

Джекс, оставшись последним, озорно улыбнулся мне.

– Ты говорил как настоящий капитан. Скажи мне честно, ты взял речь из Интернета?

– Придурок. – Я отвел взгляд, потому что мы оба знали, что это правда.

Джекс схватил меня за тыльную сторону шлема и прижал мою голову к своей. Его голос был ужасно серьезен.

– Он бы гордился тобой.

Я почувствовал ком в горле и моргнул, чтобы избавиться от жжения в глазах.

– Из-за тебя я сейчас расплачусь.

На его щеке появилась ямочка, и он направился к арене, крикнув в ответ:

– Это меньшее, что я могу сделать, капитан.

Народу была уйма, повсюду раскрашенные лица, рупоры и плакаты с надписями. Единственное, что было безумнее домашнего дебюта, – это матч плей-офф. Я вышел на арену, проехав несколько кругов, чтобы заценить только что залитый лед. Следующие несколько минут будет скользко, пока не застынет.

Я оглядел трибуны, делая вид, что не ищу в толпе конкретную блондинку, но, не заметив ее, направился к Алексу и Риверу.

Первая линия игроков всегда выстраивалась впереди для национального гимна, поэтому Джекс, Алекс, Ривер, Кейн и я встали на синей линии. Когда толпа поднялась в начале песни, я заметил Пайпер.

Я напрягся, и Джекс проследил за моим взглядом.

– Черт, – пробормотал Джекс себе под нос.

Слева от Пайпер стояла ее соседка, полностью одетая в форму «Хаски», а на ее щеках виднелись бирюзовая и желтая полоски. Но не из-за нее я скрипел зубами. Парень, с которым мы виделись прошлым вечером, стоял слева от нее и смотрел на нее нежными глазами. Лучше смотри на гребаный флаг, придурок.

Пусть я был лицемером, но пошел он.

– Я думал, она не должна встречаться с одним и тем же парнем дважды.

Джекс подавился смехом.

– Ты действительно веришь, что она участвует в охоте?

Я вообще старался не думать об этом, чтобы сохранить рассудок.

– Так получается, что нет?

Он оглянулся на флаг, понизив голос.

– Никаким образом.

Мои плечи напряглись, а ребра заболели так, что стало трудно дышать.

– Так ей нравится этот парень?

– Похоже на то. – Джекс посмотрел в мою сторону, и его рот сжался в тонкую линию. – Еще не поздно признаться.

– Нет, поздно.

Ненависть к себе жгла мою грудь. Это было именно то, что должно было произойти, но я чертовски ненавидел это чувство.

Я решил выместить всю свою ярость в игре и уничтожить команду противника. Какой-то идиот додумался последовать за Алексом и прижать его к стеклу, нанося удары по затылку. Я добрался до них за четыре шага, оттащил соперника и швырнул его на лед. Я за секунду залез на него, прижал к земле и начал колотить кулаком по его лицу, пока не услышал, как у него хрустнул нос.

Вдруг вмешался судья.

– Хватит. Прекращайте.

– Все в порядке.

Я подкатился к штрафной площадке и ударил клюшкой с такой силой, что ее конец сломался, после чего я сел на скамейку.

С моего места в штрафной я отлично мог видеть Пайпер. Она наблюдала за тем, как Джекс и Алекс передают в центре шайбу, и стукнула кулаком, когда они забили. Парень Пайпер наклонился, чтобы что-то сказать ей, и она улыбнулась ему.

От их вида меня словно пронзили ножом, от которого мои ребра вдавились в легкие. Я стиснул зубы и сжал клюшку, пока до конца игры оставались считаные секунды. Она запрокинула голову от смеха, которого я не мог расслышать, но я точно знал, как он звучит, и каждый раз, когда она говорила с ним, у меня словно стягивались путы вокруг груди.

Это было мое будущее. Миллион крошечных ножей резали меня на части, пока я наблюдал, как моя девушка стоит с другим парнем. Я пытался успокоиться, но каждый вдох давался тяжелее другого. Я, черт возьми, не мог этого выносить. Прозвучал сигнал к окончанию периода, и я выскочил из штрафной, обходя скамейку запасных, и направился прямо к потайной двери рядом с Пайпер.

Она улыбнулась мне, но улыбка исчезла с ее лица, когда я постучал по стеклу и указал на табло.

– Открой дверь.

Глаза Пайпер округлились, и она сделала неуверенный шаг к металлической ручке со своей стороны стекла.

– Зачем?

– Просто открой гребаную дверь, Пайпер.

Я выдавливал из себя каждое слово, изо всех сил стараясь держать себя в руках, когда ярость, пустота и страх смешались воедино в моей крови и разлились по венам. Я был ублюдком. Я, черт возьми, не был готов к тому, чтобы она двигалась дальше.

Она нажала на ручку, и дверь распахнулась, позволяя мне войти.

– Что происходит? – Пайпер встала передо мной, но я моментально обошел ее и посмотрел сверху вниз на парня, с которым она была.

– Ты не заслуживаешь ее, черт возьми.

Глаза парня расширились, а рот приоткрылся, но