Правила игры - Джесса Уайлдер

– Пожалуйста, – умоляла она.

Я обхватил ладонями ее грудь, сжимая половинки вместе, и она выгнулась от моего прикосновения. Я застонал, покрывая поцелуями ее шею и прикусывая нежную кожу, стараясь оставить на ней следы. Я замер над ее розовым соском, обдавая его своим теплым дыханием, и как только я встретился с ее прищуренными голубыми глазами, я лизнул вершинку и втянул ее в рот.

Она застонала и прижалась бедрами к моим. Мои яйца напряглись, и член заныл от того, насколько я был близок к оргазму. Я с хлопком отпустил ее сосок и приподнял свои бедра от ее.

Она глухо застонала и попыталась притянуть меня обратно, но я опустил ее бедра, двигаясь вниз по ее телу.

– Я кончу, если ты продолжишь так делать, но сначала мне нужно узнать, какая ты на вкус.

Я прижался носом к мягкому изгибу ее сердцевины, вдыхая запах через белье. Мой член дернулся от желания войти в нее. Я сдвинул тонкую ткань в сторону, и мои глаза закатились вверх, когда я скользнул пальцами в ее влажную плоть. Я прикусил внутреннюю сторону ее бедра.

– Ты чертовски идеальна.

Она выгнулась дугой, ища мои губы, и я с радостью опустился к ней, посасывая ее клитор, пока она не заерзала подо мной. Я облизывал ее, доходя до клитора, и член болезненно ныл, когда она вскрикивала. Я был готов кончить, посасывая ее кожу, и мне было наплевать на все вокруг.

– Прошу, – закричала Пайпер, и, хотя я хотел замедлиться, чтобы продлить этот миг, я видел, как она сгорала от желания. Я добавил в нее два пальца, пока сосал, облизывал и покусывал ее клитор. Она так сильно прижала мою голову вниз, что мне стало тяжело дышать, но зато я бы умер очень счастливым. Я сжал пальцы, когда она стала беспорядочно двигать бедрами в поисках оргазма. Она выгнулась, задрожав, и стон удовольствия вырвался из ее груди.

Она опустилась на подушку, и я стал медленно покрывать ее живот легкими поцелуями, ловя ее взгляд сквозь опущенные веки. Я наклонился, прижимая наши лбы друг к другу, и коснулся ее губ, когда ее дыхание восстановилось.

Я с трудом сглотнул, встретившись с ней глазами. В них читались эмоции, с которыми я не мог справиться. Черт, она была идеальна. Она посмотрела на меня с такой теплотой, что я внезапно увидел в ее взгляде любовь, которая, как я был уверен, исчезла, и меня словно окатило ледяной водой. Я дернулся назад, игнорируя пульсирующий член.

– Мы должны остановиться.

Страх отразился на ее лице, и она села, наблюдая за тем, как я отхожу назад. Она задрожала, и на ее лице вспыхнул румянец, когда она крепко схватила меня за запястье, прежде чем я успел уйти.

– Ты больше так не поступишь.

– Я должен тебе сказать. Ты должна знать. – Мой голос задрожал, когда я выдавил из себя эти слова. Она никогда больше не посмотрит на меня так, как раньше. Не совладав со своим эгоизмом, я наклонился и завладел ее ртом, запоминая вкус ее губ и те сладкие звуки, которые она издавала, когда растворялась в моих объятиях, а затем отстранился.

Ее глаза были нежными, полными доверия, и она слегка коснулась пальцами моей челюсти.

– Скажи мне.

Мое сердце колотилось о ребра, медленно разрывая грудную клетку с каждым словом.

– Я убил твоего брата.

Ее брови сошлись на переносице, и она покачала головой.

– О чем ты говоришь? Он погиб в аварии.

Я выпрямился и заговорил увереннее.

– Маркус видел, как я выходил из гостевой той ночью.

Ее грудь заметно опустилась.

– Что?

– Мы поссорились. Сильно.

Мои губы задрожали, когда меня захватила реальность. Я изо всех сил старался не дать эмоциям взять надо мной верх, но вся моя защитная стена была разрушена.

– Он попал в аварию, потому что был зол на меня и был невнимателен. Это я виноват.

Взгляд Пайпер оставался мягким, когда она изучала мое лицо.

– Вот почему ты перестал со мной разговаривать? Вот почему ты вычеркнул меня из своей жизни? – Она шагнула вперед и коснулась ладонью моей щеки, проведя большим пальцем под глазом.

Она сглотнула, прежде чем придвинуться ближе и нежно поцеловать меня в уголок рта.

– Ты должен был сказать мне.

Я покачал головой.

– Я не мог тебе сказать. Как бы я признался тебе?

– Ты такой идиот. – На ее лице появилась грустная улыбка. Она пристально посмотрела на меня, и ее голос стал низким и серьезным. – Ты не убивал Маркуса.

Дыхание сжалось в груди, но я не мог позволить ей отрицать очевидное.

– Это я сделал. Я причина, по которой он попал в аварию.

Она покачала головой и обвила рукой мою шею сзади, притягивая меня ближе.

– Я разговаривала с ним по телефону, когда он разбился. Я говорила ему, что люблю тебя. – Из ее глаз хлынули слезы и намочили ресницы. – Ты считаешь, я убила своего брата?

Вдруг весь мир перевернулся, и земля ушла у меня из-под ног. Я искал в ее взгляде ложь, но она по-прежнему не сводила с меня глаз. Все, во что я верил последний год, оказалось полной ерундой, и я наконец осознал, насколько я был чертовски неправ.

– Нет. Конечно, я так не считаю.

Она обхватила обеими руками мою голову.

– Тогда почему ты считаешь, что ты убил его?

– Это другое.

– Чем это отличается, Лукас? – Ее взгляд был таким открытым и искренним и выглядел совсем иначе, чем я ожидал.

– Он сказал мне, что я не могу быть с тобой.

Уголки губ Пайпер приподнялись.

– Он бы вскоре свыкся. Он знал, что ты всегда будешь заботиться обо мне.

Как ножом по сердцу меня резануло воспоминание, что в прошлом году я делал все что угодно, кроме как заботился о ней.

– Я думал, ты возненавидишь меня и я никогда этого не переживу.

Я прижался своим лбом к ее. Груз спал с моих плеч, и я почувствовал, что в первый раз за год могу вдохнуть полной грудью, ощущая внутри надежду. Я не убивал ее брата. Она не ненавидела меня.

Пайпер положила руку мне на сердце.

– Я никогда не смогла бы возненавидеть тебя. Я любила тебя с семи лет. – Она схватила меня за рубашку, потянув к себе, и ее губы задрожали. – Ты сказал мне, что не хочешь меня. Ты заставил меня поверить, что я просто часть какой-то глупой игры.

– Я всегда хотел тебя. Всегда. – Я посмотрел