Тебе Не Спрятаться... - Надежда Жирохова

ночей, сколько сбитых в кровь костяшек. Поверил тогда в ересь, что нес Кам, и отпустил. Кама тоже мои люди ищут. Идут по его следу, но он умен и изворотлив.

Говорят, что он умом тронулся после того, как ему глаз вырезали, но мне кажется, что тут не все так просто. Я знаю, что Лилю он тоже искал, но все его поиски, как и мои, равнялись нулю. Ему зачем-то она была нужна, и мне нужно быть начеку. Напрягает меня это, ребра выворачивает, раздирает сердце и легкие, что случится с ней что-то может. Если он посмеет на нее даже просто похотливый взгляд бросить, покалечу пиз… ка. Ни на одну бабу больше не взглянет.

К утру мне все-таки удается уснуть, но стоит Лиле пошевелиться, как я резко поднимаюсь.

Я встаю с дивана и сажусь на край кровати. Смотрю на нее растрепанную и сонную, и кровь в жилах бурлить начинает. Хочу ее коснуться, пропитаться ее запахом цветов полевых. Хочу сорвать с нее всю одежду и накрыть ее собой. Сдерживаю себя, яйца звенят, буду дышать, но не напугаю своим порывом. Обещал сам себе, слово дал — привыкнуть ко мне, приучить постепенно. Пусть заново учится любить. Моя полностью, если еще не поняла этого, то обязательно поймет. Дам ей пока передышку.

— Прекращай, — ее голос хриплый спросонья.

— Что прекращать? — удивляюсь.

— Смотреть так.

Ну уж извини, моя девочка, смотреть на тебя — это все, что мне осталось, от этого я не откажусь. Стаскиваю с нее одеяло, она от неожиданности вздрагивает.

— Я тебя в ванную отнесу, не бойся, не укушу.

Подхватываю ее на руки и несу, прижимая к себе, дышу полной грудью. Словно наркотик, принимаю, так к ней тянет, сил нет.

Чуть позже я отнес Лилю в столовую. Поцеловал Диану, которая все утро висела на Дамире. Тот так ревностно на меня смотрит, словно боится, что я их разлучу. В столовой уже накрыли стол, я ушел к себе и быстро всполоснулся. Переоделся в джинсы и свитшот, и как раз спускался вниз, пока не услышал шум мотора.

Я спускаюсь в столовую и вижу, как Дамир поднимается с места.

— Посиди с мамой, — останавливаю я его.

— Но там дядя Вадим приехал, — выкрикивает он.

— Я знаю, посидите здесь.

Я чертовски зол, напрягся еще сильнее, когда увидел, как этот упырь из машины своей выходит. Я все про него знаю, даже то, что он за моей Лилей ухлястывает. Вот только он не догоняет, что у него большие проблемы.

— Росс, — кричит мне Лиля, когда я подхожу к двери.

Я на секунду замираю, спина неестественно напряжена, делаю вдох, выдох и оборачиваюсь.

— Не трогай его, пожалуйста, я очень прошу.

— Не переживай, при детях не буду.

Вижу вновь этот страх в ее глазах и хочется пройтись кулаком по стене. Черт с ним, попробую придержать своего зверя. Только ради нее и детей.

Я выхожу на улицу и встречаюсь взглядом с этим хлыщем. Мой хищник становится на дыбы, хочется пройтись кулаком по этой самоуверенной морде. Знаю, что перегибаю, но тот факт, что он мог трогать мое, душит. Одним только взглядом заставляю его стушеваться.

Подхожу ближе, хмырь опускает глаза в пол.

— Зачем приехал? — спрашиваю.

— Повидаться с Лилей и детьми.

— Я к ним никого не подпущу, пока не проверю на вшивость.

— Я друг.

— И что?

Хмурится, ведет своей ладонью по волосам, нервничает.

— Что-то ещё?

— Да.

Бессмертный что ли, стоит, не уходит.

— Я с врачом разговаривал, Лилю на операцию положить.

— Я не позволю, сам разберусь без твоего участия.

— Ты не понимаешь?

Смотрю на него как на букашку, давлю взглядом, припечатываю к земле.

— Лиля не больна, она может ходить, просто сама не хочет, — говорит он, — операция чисто для галочки, чтобы ей внушили, что она полностью здорова.

— Что? Повтори ещё раз.

44

Лиля

Завтрак не задался, мне кусок в горло не лезет. Вижу, как Росс заботливо целует Диану в щеку, а та обнимает его за плечи, и плакать хочется. Давид недоволен, не знает, куда себя деть, остро реагирует. Наблюдаю по его глазам, что пытается смириться, но у него плохо получается. Он привык, что Диана постоянно с ним, защищал ее, оберегал от всего мира, а тут ещё один мужчина и с ним приходится делить ее вниманием.

— Ну все, передаю тебя в руки нашей няни, — говорит Росс.

— Не нужно няни, я сам с ней посижу, — резко выпаливает Давид.

Росс отпускает Диану на пол, и та не долго думая забирается на руки к брату. Тот держит ее крепко. Сжимает со всей силы, словно боится, что ее у него заберут.

— Со мной брат посидит, — говорит Ди, — мы договорились поиграть, он обещал, что я буду всегда выигрывать.

— Извини, милая, но Давид поедет с нами.

Дав смотрит на него исподлобья, пока не доверяет.

— Росс, что ты задумал? Может быть, ты прекратишь решать все за нас. — Во мне накапливается злость. Он считает меня совершенно недееспособной, но мозги у меня все-таки есть.

— Я отвезу Давида в клуб, в котором занимаюсь сам, познакомлю его поближе с тренером.

— В клуб, — произносим мы с Давидом одновременно.

— Да, пока мы ездим в больницу, Дав побудет там, на обратном пути мы его заберём.

— Что за клуб?

— Бокс, я думаю, ему понравится.

— Ни за что, ты не повезешь моего сына на бокс.

— Мама, — перебивает меня Давид. Я смотрю на сына и вижу в его глазах целую гамму эмоций.

— Позволь мне поехать, — говорит Дам, — это же всего лишь спорт. Я очень хочу…

Он замолкает. Вот значит как, он и Давида пытается переманить на свою сторону. Мне становится обидно, но я понимаю, что сын все уже решил. Этот горящий взгляд я знаю, если что-то вобьет он в свою маленькую голову ничем не вытравить. Он всегда хотел быть сильным, а это шанс уметь защитить себя. Я знаю, что он частенько смотрел по интернету бои, но и предположить не смогла, что это его увлечение настолько серьезно. Как он узнал? Как Росс так быстро нашел подход к Давиду?

— Вот и отлично, беги собирайся.

— А я? Что буду делать я? — хнычет Диана.

— А ты, милая, останешься с няней, она включит твои самые любимые мультики.

— Урааа.

Позже я уже сижу в машине, пока Росс разговаривает с кем-то по телефону на улице. Я слышу лишь отдаленные фразы, долетающие до меня. «Нет, не жди», «Я все