Вместе сильнее - Эстрелла Роуз

помочь ему прийти в себя. Наоборот, люди как будто этого не понимают и только больше на его давят. Будто сквозь глухую стену до него доносятся чьи-то требования научиться водить и не садиться за руль, если он пьяный или под воздействием каких-нибудь психотропных средств. Что уж точно никак не способствует успокоению, а лишь больше усиливает все имеющиеся симптомы. Даже в полуобморочном состоянии мужчина понимает, что если так продолжится и дальше, то он может просто не доехать до пункта назначения, не справившись с управлением, врезавшись в кого-нибудь или во что-нибудь и получив серьезные травмы. Только вот Роуз все еще продолжает со всей силы жать на газ, отчаянно пытаясь вдохнуть хоть немного воздуха, которому ему катастрофически не хватает из-за чувства, что его как будто кто-то со всей силы душит.

В какой-то момент Питер окончательно отвлекается от дороги и сгибается пополам из-за резко пронзившей его боли внизу живота, природу которой он никак не может понять. Мысль, что он сейчас совсем один, только больше усиливает приступ паники и порождает непреодолимый страх смерти. Невидимая веревка все сильнее затягивается у него на шее, а мышцы словно выворачивает наизнанку, причиняя ему нестерпимый дискомфорт. Широко распахнутые глаза хаотично бегают из стороны в сторону, видя перед собой проезжающие мимо автомобили, из окон которых высовываются водители, поворачивающиеся к парню и покрывающие его отборным матом. Картинка настолько часто меняется, что затуманенный мозг просто не успевает ее обработать – из-за чего в голове сейчас творится полный бардак, неразбериха.

Однако сознание более-менее проясняется в тот момент, когда Питер переводит взгляд на дорогу и едва успевает понять, что каким-то образом выехал на встречную полосу и вот-вот может врезаться в несущийся на него грузовик с цистерной, на которой большими буквами написано «ОГНЕОПАСНО». Он так резко поворачивает руль в сторону, что колеса издают противный скрежет, а его автомобиль почти врезается в другой, который чудом успевает отъехать в сторону. С учащенным от ужаса сердцебиением и тяжелым дыханием мужчина чудом избегает с кем-то столкновения и не врезается в ограждение, что разделяет прямую дорогу и дорогу, ведущую на мост. После чего резко жмет на педали, чтобы снизить скорость до минимальных значений.

Бледный, до смерти перепуганный и все еще страдающий от приступа паники Питер понимает, что ему срочно нужно где-то остановиться и подождать, пока его не отпустит. Широко распахнутыми осматриваясь вокруг, мужчина перестраивается в самый крайний правый ряд и находит какой-то поворот, ведущую куда-то в лесистую местность. Недолго думая, он направляется прямиком туда и проезжает некоторое расстояние до того, как решает остановить машину, обрадовавшись, что здесь никого нет. Роуз дрожащими руками отключает мотор и вытаскивает ключ, который кладет в отсек для мобильного телефона. После чего он откидывается на спинку водительского кресла и прикрывает глаза, продолжая страдать от нехватки воздуха и усилившегося головокружения, видеть все очень расплывчато и задаваться вопросом, реально ли все то, что с ним происходит.

А почувствовав резкую боль где-то между ребрами, Питер открывает дверь и покидает салон. И в этот момент его ноги мгновенно подкашиваются от слабости, вынуждая облокотиться на машину. Мужчина делает лишь несколько шагов до того, как все-таки поддается желанию обессилено опуститься на асфальт, прислонившись спиной о закрытую заднюю дверь, и с тихим стоном проводит руками по своим волосам. Вытирает выступившие на лбу капли пота и прикладывает руку к сердцу, что все еще колотится как сумасшедшее. Тем не менее пик уже пройден, а симптомы к этому моменту чуть-чуть ослабевают. Благодаря чему сознание Роуза постепенно проясняется, а зрение становится более четким.

Не думая о том, что он может опоздать, Питер решает немного побыть здесь и подождать, пока паника отступит, чтобы быть в состоянии вести машину и доехать до дома Маркуса целым и невредимым. Хоть сейчас мужчина находится в куда более безопасном положении, отсутствие каких-либо звуков в этом безлюдном месте наводит на него сильный страх, что задерживает окончание борьбы с неприятными симптомами. Необъяснимая боль в животе также не доставляет ему радости и вызывает лишь одно желание – лечь. Однако Роуз заставляет себя забыть об этом и сделать все, чтобы наконец-то успокоиться и вспомнить о своей главной цели, для которой просто не должно быть никаких преград.

24.7

Хелен прекрасно помнит, что сегодня должна состояться встреча Маркуса с Питером. Девушка понятия не имеет, сколько сейчас времени, но каждая новая секунда все больше усиливает чувство тревоги и страх из-за мысли, что ее возлюбленный вот-вот погибнет, а у нее самой так и не появится ни малейшего шанса выбраться отсюда и остаться живой. Она отчаянно молится кому только можно о том, чтобы мистер Лонгботтом не вышел победителей из этой битвы и не смог в очередной раз избежать наказания за свои ужасные преступления.

Она определенно была в ужасе, если бы знала, что ее возлюбленный пошел на огромный риск, не став ничего говорить своим друзьям о встрече с Маркусом. Ведь он окружил себя несколькими помощниками, с которыми Питеру не удастся справиться в одиночку. Помощниками, которые за все это время довели ее до полного изнеможения и вынуждали голодать. Если раньше Хелен старалась ходить по всей комнате, то сейчас у нее нет на это никаких сил. Она только лишь лежит пластом на кровати и либо думает о чем-то ужасном, мечтает о том, как ее спасут, или же просто пытается хоть немного поспать. Кошмары по-прежнему продолжают ее мучить, но иногда ей снится и что-то хорошее и приятное, что хоть немного согревает душу и заставляет на время вырваться из ада, из которого вряд ли уже можно найти путь обратно на волю.

«Боже, пожалуйста… — с прикрытыми глазами взмаливается Хелен, лежа на боку и подложив руки под щеки. — Сделай так, чтобы все закончилось хорошо. Чтобы Питер все-таки нашел меня. Чтобы парни помогли ему отвязаться от Маркуса. Чтобы этого человека и всю его банду арестовали. Он не может выиграть и расправиться нами. Это будет несправедливо.»

Хелен нервно сглатывает.

«Ребята должны были что-то придумать за все это время. Должны были найти какой-то выход. Полиция должна была что-то придумать. Кто-то ведь из этих типов говорил, что-то про розыск, допрос, сокрытие… А значит, меня все это время искали. Обо мне не забыли. Я не зря надеялась, что они что-то сделают. Не зря верила, что Питер не отказался меня спасать. Я уверена – он бы немедленно пришел за