Очень странный факультет. Отбор - Ирина Дмитриевна Субач

Моя история закончилась бы еще на острое Таль, когда я упала в трещину на склоне вулкана.

И все же я до сих пор была живой. Целой и невредимой.

Я выбралась по другую сторону Грани, оказавшись в уже знакомом подвале под дворцом.

Даже коридоры сейчас казались не такими запутанными. Вдохнув побольше воздуха, я двинулась вперед, не зная, чего ожидать.

Что здесь происходило в те несколько часов, что я отсутствовала?

Цесаревич умер. Седвиг тоже…

Нужно найти «своих», вот только где искать? Рыскать тут по подземельям или они уже успели подняться наверх? Но вторую мысль я тут же отбросила.

Харлинг бы меня не бросил. Он точно дождался бы моего возвращения.

Добравшись до центрального коридора, я прислушалась к звукам вокруг. Голоса доносились откуда-то спереди, я точно узнала голос Лены, а еще Гранта.

Бросившись туда, я уткнулась в очередной знакомый коридор, ведущий к покоям мертвого правителя.

Все та же знакомая каменная арка входа в зал с камином.

По мере моего приближения голоса становились все громче и отчетливее.

– Если мы расскажем о том, что цесаревич мертв, разразится скандал! – уверенно говорила Лена. – И не только потому, что тут происходило массовое убийство конкурсанток. Во-первых, если я все верно поняла, то ранее имело место похищение наследника. А это уже международное дело. А сейчас мало того, что на отбор проникла шпионка третьего государства, так еще и разрушила ценнейший артефакт. Что не добавит стабильности ситуации!

– Я вообще ничего не понимаю. – Голос Гранта показался измученным. – В академии считали, что Ника, профессор Харлинг и доктор Седвиг давно погибли. И тут меня похищают, и все идет кувырком! Я, конечно, догадывался, что мое тело принадлежало кому-то знатному, но чтобы настолько. Да и как теперь вернуться в академию, если я теперь знаю, что по сути там был заложником. Место, которое я почти считал домом, абсолютно не безопасно.

Раздался грустный смешок. И я узнала Харлинга.

– Когда вы уже все поймете: в этом мире нет ничего безопасного. Безопасность осталась там, за Гранью или на Грани, вероятно, безопаснее, чем там, нет нигде.

– Именно поэтому ты убил Нику? – раздалось рычание Гранта. – Отправил на тот свет? Так? Даже не попытался ее спасти!

Послышались звуки возни, вскрикнула Лена, раздалось шипение кота, и, прежде чем я бросилась разнимать драку, послышался еще один голос. Смутно знакомый и при этом все же неизвестный.

– Он все верно сделал. Если я рассчитал все, то Ника скоро вернется. Если только не решит по каким-то причинам остаться в другом мире…

– А с тобой вообще отдельный разговор. – Голос Харлинга показался сдавленным. – Поверить не могу, что все это время ты был так рядом и не сказал ни слова. Только и делал, что подбивал на предательство.

– Брось. – Нотки снисхождения прорезались в голосе незнакомца, и я осторожно выглянула из-за угла.

В покоях мертвого царевича, не считая Лысяша, находились трое: Харлиг, Лена и ментор Лены, старый пьянчуга… Я даже имени его не знала. Что он тут делает? Как вообще тут оказался?

Тем временем он продолжал:

– Я подсказал тебе, как пройти первый этап. Намекнул, где найти противоядие для второго. Остальное лишь проверка на вшивость, не больше. Так что без обид, Виктор. Ника мне слишком дорога, чтобы я мог доверить ее судьбу абы кому. Пришлось подкинуть тебе важную дилемму. Ника или Эмма.

– Какие уж тут обиды, Мишель, – выдавил Харлинг.

И мои глаза расширились, сама не веря в это, я сделала шаг вперед.

Потом еще один.

– А вот и она! – улыбнулся старик, замечая меня. – Не ожидала меня увидеть?

– Но как? Седвиг же сказал, что скормил тебя источникам.

Старик развел руками.

– Время – странная штука. Особенно с таким, как я. Да, он скормил меня источникам. Знаешь, быть утопленным собственным сыном – то еще удовольствие. Вот только я не умер. Меня выкинуло в другой мир, совсем как много лет назад. И угадай когда?

– Ты хотел сказать куда? На кучу мусора в парке? – предположила я.

– Я сказал то, что и хотел. Меня выкинуло в прошлое, в день, когда исчез профессор физики, но через несколько часов. Все в то же постаревшее тело, лишенное магии и стареющее согласно биологическим часам.

Я вытаращилась на братца-отца и замолчала.

В голове роился миллион вопросов.

– Если ты думаешь, почему я все не исправил и не стал тебе прекрасным отцом, то я отвечу. Нельзя менять время, да и не изменилось бы оно. Я мог бы сделать только хуже. Пришлось исчезнуть, зная, что через восемнадцать лет я встречу самого себя. Мы поговорим, я-прошлый и я-настоящий, разработаем план и будем четко ему следовать. Мишель-мальчишка привел меня на отбор уже в качестве ментора. Старик, которого никто тут не узнал…

Я смотрела на того, кого считала странным алкоголиком с поехавшей крышей, и не верила. Он всегда был так рядом и даже вида не подавал.

– Ты мог хотя бы попытаться что-то исправить?

– И рискнуть всем? А если бы не получилось? – задал он встречный вопрос. – Была бы у меня вторая попытка? А третья? Нет, я не мог ничего исправлять, я сделал ровно то, чтобы вы выиграли. Стал ее ментором, – он кивнул на Лену. – Подстроил все так, чтобы вы стали соседками, а у тебя появился союзник. Помог Харлингу пройти первое испытание и второе. Одно только не рассчитал – появление третьей силы в лице вашей подружки Станиславы, ведь все, что произошло после того, как Седвиг меня утопил в источнике, оставалось до последнего неизвестным. Так что ее «финальное выступление» стало неожиданностью.

Я зарычала от злости, какого-то внутреннего бессилия, и все же…

– Получается, ты бессмертен? – спросила я. – Тебя не убили источники? И ты, как и я, проходишь через Грань без последствий?

Мишель покачал головой.

– Не уверен, что в этот раз мое тело не состарится и не умрет по естественным причинам. Так что о бессмертии нет речи. Возможно, нас с тобой не так просто убить, но скорее всего, когда-нибудь мы все равно умрем.

– Значит, Седвиг… – Я осеклась, зачем-то обернувшись назад, словно он мог стоять за спиной.

– Не знаю, – понял мою мысль Мишель. – Но я бы не стал списывать его со счетов. Гены пальцем не заткнешь, если мы оба тут, то и он может оказаться жив, где-то по ту сторону Грани.

Старик замолчал.

Повисла тягучая пауза, которую нарушила Лена.

– Это, конечно, очень мило и по-семейному. Но что делать с остальным? Я хотела бы напомнить, что царь мертв! Отбор как бы идет! Алатырь-камень разрушен!

– Что? – вырвалось у меня. – Как? Когда успели?