Клинок Айрис - К. А. Найт

Мне нравится убивать, нравится смотреть в их глаза, когда их душа покидает тело. Мне нравится наблюдать, как все, что делает их людьми, так легко уничтожается. Эта сила, это чувство вызывает зависимость, темную и смертельную. Нико в десятикратном размере. Он не просто владеет смертью, он и есть смерть.

Я хочу упасть на колени и умолять его позволить мне почувствовать хоть немного этой порочности, чтобы я смогла пройти по тонкой грани между жизнью и смертью. Я никогда не хотела сладких нотаций и любви.

Я могу умереть, но отдаться добровольно и знать, какое наслаждение это несет? Блаженство. Нико может быть монстром Волковых, он может быть большим злодеем этого мира, но я хочу его так сильно, что мне больно.

Я не должна желать. Я должна бежать.

Чем ближе я подхожу, тем больше понимаю, что иду к своему неизбежному концу. Мы взорвемся в огне, уничтожив нас обоих, и все же я ничего не могу с этим поделать. Как будто моему пути суждено переплестись с его, мир меняется каждый раз, когда он смотрит на меня.

Я чувствую это и с Алексеем, и с Захаром. Каждый из них обращается к какой-то части меня.

Алексей обращается к бойцу.

Захар манит к любовнице.

А Николай?

Он взывает к той развратной, мерзкой, извращенной части моего существа, которую нормальные люди прячут от всех вокруг. Я никогда не прячусь от боли. Я принимаю ее и все, что с ней связано.

Когда Нико отходит к чему-то в глубине комнаты, мой взгляд возвращается к человеку в кандалах. Взгляд, которым он смотрит на меня, пробирает до костей. Он знающий и пустой. Я знала, что этот день наступит. Я говорила себе, что просто тяну время, но это была маленькая грязная ложь.

Я должна ненавидеть Волковых.

Я должна желать их смерти.

Но я не хочу.

Я хочу свернуться калачиком в их безумии и позволить им овладеть мной. Я хочу позволить им уничтожить меня и почувствовать наслаждение, которое они предлагают с каждым знающим взглядом. Я хочу быть их.

Я не справилась, и он - жнец, пришедший исполнить мой приговор.

Я смотрю в ответ, моего обычного спокойного, собранного характера нигде не найти. Так не было уже долгое время, с тех пор как я ворвалась в их жизнь. Они как будто украли мою способность реагировать, держать людей на расстоянии и отгораживаться от них. Они уничтожили все мои защитные механизмы. Не помогает и то, что этот человек наблюдает за мной.

Мой клиент.

Или, по крайней мере, кто-то, кто работает на них.

Я никогда не берусь за кого-то вслепую. Я говорю им, что они останутся анонимными, но мне трудно доверять кому-либо, и никогда не знаешь, когда кто-то попытается тебя надуть, поэтому я всегда копаю. Я снимаю все слои, собираю доказательства шантажа на случай, если они попытаются меня выдать. Вот этот человек - тот, кто позвонил по анонимной линии в библиотеку, чтобы нанять меня. Его фотография отпечаталась в моем мозгу после моего исследования. Все вернулось к нему, но я знаю, что кто-то другой дергал за ниточки. Мне следовало копать глубже, но, честно говоря, когда сигнал пришел на месяц до моей свадьбы, я почувствовала облегчение.

Я уже планировала убить Волковых ради отца и уйти со славой, но это дало мне выход. Я могла получить деньги и начать новую жизнь как мертвец, как призрак. Я была слишком нетерпелива, слишком глупа и слишком слепа, и теперь это возвращается, чтобы укусить меня за задницу. Если он здесь, то Нико и Алексей знают или узнают, и тогда мне конец.

Не говоря уже о том, что мой клиент тоже меня убьет.

Убийцы не возвращаются к своей работе, это единственное правило. В противном случае, я становлюсь честной добычей для всех.

Я - ходячая мертвец.

Но я привыкла к врагам, страху и выживанию. Мой мозг наконец-то включается, прорабатывая сценарии, например, как вытащить меня из этой жизни, планы и контрходы. Теперь речь идет о выживании. Я отвожу взгляд от него достаточно долго, чтобы заметить, что делает Николай. Это почти заставляет меня вздохнуть с облегчением, но в то же время дрожать от паники. Он намерен сломить этого человека и получить информацию в его голове. Я не могу позволить этому случиться, но, если я вмешаюсь сейчас, он убьет не только этого человека, но и меня.

Я должна играть в эту игру, даже если мой противник - дьявол. Я же не ангел, я готова испачкать руки.

Нико возвращается и, не глядя на меня, расстегивает кандалы. Как он и предсказывал, мужчина оживает, отшатывается, но Нико быстрее, сильнее и смертоноснее. Его кулак врезается в лицо мужчины, вырубая его почти без усилий. Он ловит его, когда тот падает, и перекидывает через плечо, словно тот ничего не весит.

Черт, он мог бы так же швырять меня.

Я двигаюсь за ними, пробираясь сквозь темноту, как призрак, которым я являюсь, и останавливаюсь перед креслом, когда Нико кладет мужчину на серебряный медицинский стол и связывает ему руки и запястья. Стол наклонен под небольшим углом, и когда он берет четыре ведра, ставит их рядом с ним и берет полотенце, я понимаю, что он собирается делать.

И все же мой взгляд устремляется к удерживающим путам, гадая, будет ли он использовать их на мне. Привяжет ли он меня и будет пытать своим злым языком и покрытыми шрамами руками убийцы?

– Проснись, – требует он отвратительным тоном, отвешивая ему пощечину. От силы удара голова мужчины дергается в сторону. Он стонет, но не просыпается, и Нико обливает его ледяной водой. Мужчина извергает крик, его глаза открываются и осматриваются. – Начнем сначала. – Даже не задавая вопроса, он накрывает лицо мужчины полотенцем и начинает лить на него воду.

Я знаю, на что это похоже.

Это случилось со мной раньше.

Полный ужас, кричащие легкие и вода, из-за которой невозможно вдохнуть воздух. Полотенце прилипает к коже, медленно удушая тебя. Паника и боль, пронизывающие тело с каждой каплей воды, которая обрушивается на тебя, как ледяная пуля. Они доводят вас до грани смерти, прежде чем позволить вам сделать небольшой вдох, и повторяют это снова и снова.

Пока вы не утонете.

Я отворачиваюсь на мгновение, моя рука идет к горлу, словно я снова чувствую их руки там. Это