Озма - Кэндис Робинсон

— Тебе не придется просить дважды, Цветочек.

Он и сам не чувствовал в себе сил для нежности в этот момент. Черт, у него даже не хватало терпения снять собственную одежду.

Джек развернул её и наклонил над столом. Толчок в паху напомнил ему, как отчаянно он нуждался в разрядке. Он сжал её обнаженные бедра, пальцы впились в мягкую плоть.

— Я люблю тебя, — прохрипел он.

— Покажи мне, как сильно, — выдохнула она, глядя на него через плечо полным страсти взглядом.

Джек усмехнулся и освободился от штанов. Одним движением он вошел в неё; он мог бы кончить в ту же секунду. Но он сдержался и начал двигаться в бешеном темпе. Она прижималась к нему, подстраиваясь под ритм, её упругие ягодицы хлопали по его бедрам. Стол поскрипывал, двигаясь по полу при каждом толчке.

— Боже, как хорошо…

Джек наклонился, прижимаясь грудью к её теплой спине, и прикусил её ушко. С её губ сорвался стон, когда он отпустил одно бедро, чтобы ласкать её пальцами. Снова и снова.

— Черт.

Внезапно её мышцы сжались вокруг него, она выдохнула его имя, продолжая двигаться вместе с ним. Напряжение нарастало, пока окончательно не перебросило его через край.

— Требуй этого, когда захочешь, Цветочек. Всегда.

Джек обессиленно повалился на неё и поцеловал в шею.

— Думаешь, они нас слышали?

— спросила Озма.

Джек хмыкнул ей в волосы:

— Определенно слышали.

Озма выгнулась, собираясь встать, и Джек отстранился. Она откинула голову назад и рассмеялась.

— Поделишься шуткой? — спросил Джек, уже улыбаясь в ответ на этот заразительный звук.

Озма нежно поцеловала его в губы.

— Мы живы.

— И то верно.

Озма потянулась и взяла стаканы.

— За страну Оз.

— За нас, — поправил Джек, чокаясь с ней.

— За нас. — Она ухмыльнулась и свободной рукой потянула его за рубашку. — А теперь давай снимем с тебя это тряпье.

***

Когда Джек проснулся через несколько часов, в животе всё еще было неспокойно, но сыр и хлеб сделали свое дело, он сосредоточился на женщине в своих руках. Длинные ресницы Озмы лежали на её скулах, губы были слегка приоткрыты. Он убрал выбившуюся прядь с её лба и запечатлел на нем поцелуй. «Я люблю тебя». Он не произнес это вслух, не желая её будить, но сердце переполнялось нежностью при одном взгляде на неё. Последние два года не проходило и дня, чтобы он не мечтал о возвращении своей любимой. Теперь, когда она вернулась, он искупит каждое мгновение, проведенное порознь.

Легким импульсом магии Джек призвал к себе сухие, похожие на усики листья завядшего цветка. Они двигались медленно, почти мучительно — Джек чувствовал, как мало жизни в них осталось. Он послал беззвучное извинение через их связь и заставил их сплестись в тройное кольцо.

Озма зашевелилась.

— Что происходит?

Джек перехватил кольцо в воздухе и спрятал в ладони.

— Ничего. А что?

— Я чувствую, как ты используешь магию, — пробормотала она, прижимаясь к его обнаженной груди.

— Мы вернем то кольцо Тик-Току, — проворчал он.

Она рассмеялась:

— Не хочешь делиться со мной? Уверена, оно работает в обе стороны.

— Мы его вернем, — в шутку настаивал он. — Как я смогу тебя удивить, если ты будешь чувствовать каждый раз, когда я выращиваю цветок?

Её синий глаз скользнул вверх, встречаясь с его карими глазами.

— Удивить?

Джек облизал губы.

— Ну, вообще-то у меня есть вопрос…

«О боги. Руки трясутся. А что, если она скажет «нет»?»

— Вопрос? — Она приподнялась на локте, её волосы рассыпались по обнаженной груди.

— Ты знаешь, что я люблю тебя. — Он откашлялся. — Я сделаю для тебя что угодно.

— И я для тебя, — ответила она, озадаченно нахмурившись.

— Так вот, я подумал… То есть… я очень надеюсь…

«Выкладывай уже, идиот».

Он поднял руку и разжал пальцы, показывая кольцо.

— Ты выйдешь за меня?

Озма моргнула, глядя на его подарок.

Секунды тикали в тишине, и Джек уже готов был выскочить из кожи от волнения.

— Я… я найду кольцо получше.

— Нет! — Она выхватила сплетенные стебли из его ладони. — Я хочу именно это.

Сердце Джека заколотилось в груди:

— Это… это значит «да»?

— Да. — Озма надела кольцо на палец и обхватила его лицо руками. — Да. — Она прижалась своими губами к его губам. — Да!

Забравшись к нему на колени, она осыпала его поцелуями.

— Да, да, да!

Джек с облегчением выдохнул и прижался головой к её груди, слушая, как бьется её сердце.

— Слава богу.

Они поудобнее устроились под одеялом, прижимаясь друг к другу. Озма старалась не задевать его раненую ногу, а он осторожно повернулся, чтобы её поврежденный глаз не упирался ему в плечо. Его желание снова вспыхнуло, но он подавил его. Сейчас им нужен был отдых. Впереди была целая вечность. Жизнь вместе. Счастье. Всё то, о чем они всегда мечтали, но не верили, что это возможно. До этого самого момента.

Эпилог

Озма

Когда Озма и Джек приблизились к Изумрудному городу, она посмотрела на кольцо на своем пальце, которое он сплел для неё. Оно было идеальным и останется на этом месте до конца их дней. Рядом с ним покоился золотой ободок от Тик-Тока — напоминание о долге, который еще предстояло выплатить. Но сейчас она заставила себя отбросить эту мысль.

Во время путешествия Озма купила себе новое платье на рынке в Лоланде и мерцающую синюю повязку на глаз, а также мазь для ноги Джека. Она еще не привыкла к тому, что у неё остался один глаз, но она приспособится. Джек заходил на их ферму, чтобы забрать кое-какие книги и одежду, прежде чем они снова отправились в путь пешком. Семена тыквы они брать не стали, они предпочли бы посадить что-то новое в их тайном доме, когда обустроятся во дворце.

Пересечь Пустыню Смерти с помощью магии оказалось гораздо проще. Чудовища прятались, когда Озма призывала свою синюю силу, создавая защитный барьер.

Джек обнимал её за талию, пока они шли по дороге из желтого кирпича, и отводил волосы с её лица другой рукой. Он нежно покрывал поцелуями её шею, и она чувствовала каждое движение его сильного тела позади себя. Его теплое дыхание коснулось её уха:

— Собираешься попробовать взлететь?

Она обещала Джеку, что попытается, как только они доберутся до окраин Изумрудного города. Её крылья были еще слишком новыми, и она не знала, хватит ли им сил поднять её.

— Ладно. — Развернувшись, она обвила руками его шею. — Но поймай меня, если я упаду.