Под знаком белой луны - Ольга Александровна Скоробогатова

на скользкой дороге. Шофер растерялся и полностью потерял контроль над автомобилем. На одном из виражей он врезался в ограждение, такси пробило отбойник и, перевернувшись, рухнуло в кювет…

Возле разбившегося такси стояла машина ГАИ. Два инспектора суетились около автомобиля, превратившегося в груду искореженного металла. На дороге было темно, сыпал мокрый снег; а из-за темных облаков то выглядывала, то снова скрывалась огромная белая луна.

— Ну что там у тебя? — спросил один из инспекторов ГАИ у напарника. — Все готовы?

— Нет. Один на переднем сиденье. И водила. А женщина и мужик сзади живы. Скорая едет?

— Едет. Вызвал две сразу.

— Баба беременная, без сознания. Голова сильно пробита. Боюсь, не дотянет до больницы.

— А мужик?

— Мужик весь переломан. Нога в двух местах, другая тоже сломана, голова в крови, не пойму только, чья кровь, его или жены.

— Документы у кого-нибудь есть?

— Нет.

— А сумочка у женщины?

— Нет, может, вылетела в окно? Все стекла разбиты.

— Поищи там вокруг.

— Темно, ничего не вижу.

— Давай вытаскивать людей, сначала живых. Не зажало?

— Нет, двери с трудом, но открываются, крышу сильно вдавило. …

К разбитой машине подъехали две скорые. Ирина и Глеб уже лежали на краю дороги. Оба были без сознания. Отец Ирины и шофер чуть в стороне, накрытые тряпками.

— Что тут? Тяжелые? — спросил врач, выскочивший из машины скорой помощи.

— Оба тяжелые, — ответил гаишник.

Врач, осматривая Ирину, крикнул коллеге из другой бригады:

— Скорее везите в ближайшую больницу, где есть гинекология. Какая тут рядом?

— Да вроде 36-я рядом!

— Бегом! Она может не дотянуть, открытая черепно-мозговая! Надо спасать ребенка. А мужика мы в Склиф везем. Все, работаем!

Ирину и Глеба переложили на носилки, погрузили в машины скорой помощи и развезли по разным больницам…

Глава 33 Неизвестная

Лина уже вторую неделю лежала в больнице на сохранении. Мать каждый день осматривала ее, приносила из дома горячую еду и старалась каждую свободную минуту проводить вместе с дочерью. За ребенка она не боялась. Плод развивался нормально, и даже был немного великоват для такого срока, но в пределах нормы. Ее беспокоило только душевное состояние дочери. Лина часто плакала, замыкалась в себе и ничего не хотела рассказывать матери. Почти каждый день к Лине приходила Милка. Только с ней Лина была немного спокойней и даже иногда улыбалась. Мила успокаивала Марину Константиновну, объясняя состояние Лины неустроенностью ее личной жизни и гормональным сбоем. Мать Лины смеялась над утверждениями Милы, особенно касающимися медицинских тем, но была ей очень благодарна за участие и верность подруге. Сама она тоже надеялась, что после родов ее дочь успокоится и перестанет попусту лить слезы.

Мила, конечно, очень переживала за подругу, хотя и сама теперь частенько плакала в подушку. Ей было очень одиноко в пустом доме, она вся исстрадалась, ожидая весточки от мужа, и каждый день с надеждой открывала почтовый ящик, который уже две недели оставался пустым… Писем не было. И это очень тревожило девушку.

Но вот однажды вечером Мила обнаружила письмо от Лёшки. Она дрожащими руками вытащила конверт из почтового ящика и поспешила домой. Быстро раздевшись, девушка схватила письмо и с нетерпением начала читать. Лёшка писал, что у него все нормально, что ему дали очень приличное жилье, но пока только комнату в двухкомнатной квартире с одним соседом. Сосед попался очень симпатичный, тоже, как и он, молодой специалист, оставивший семью в Москве. Писал, что работают они только до двух часов дня из-за сильной жары, но зато начинают очень рано. В комнатах установлены кондиционеры, продуктов полно, рынок забит товарами — в общем, все пока складывается просто замечательно.

Мила перечитала письмо несколько раз, вздохнула и, прижав заветный листок к груди, счастливо улыбнулась. Ей очень хотелось поделиться своей радостью с подругой, но сегодня уже не получится. Завтра. После работы она сразу же поедет к Л ине в больницу и покажет письмо мужа. «Какое же это счастье знать, что с любимым человеком все в порядке», — подумала она и, сладко зевнув, пошла спать, решив, что ужинать необязательно, лучше поберечь фигуру.

Вечером следующего дня Мила приехала к подруге в больницу. Та уже ждала ее возле входа в приемный покой. Девушки поцеловались и пошли гулять в больничный парк. Правда, погода оставляла желать лучшего, но мать Лины считала, что под наблюдением подруги дочь должна иногда дышать свежим воздухом, не обращая внимания на капризы природы. Тем более, что угрозы выкидыша у Лины не было и на сохранение ее положили только благодаря тому, что она дочь заведующей гинекологическим отделением.

Уже начинало темнеть, небо затянуло серыми тучами, из которых на дорожки парка сыпалась мелкая белая крупа. Но воздух уже казался весенним, несмотря на холодный ветер и сырость.

— Я счастлива за вас, — улыбнулась Лина и обняла подругу. Она уже прочитала письмо Лёшки и была рада за друзей.

— И у тебя все будет хорошо! — весело сказала Милка. — Ты, главное, роди, а там забудешь про все свои страдания. Ребенок займет все твои мысли. Свободной минутки не будет!

— Хочется верить. Знаешь, я ведь не просто так плачу. Находит что-то, будто беды жду. Мне кажется, что случится какое-то несчастье, и слезы сами собой текут. Ничего не могу с собой поделать! Я раньше никогда не плакала.

— Да. Плаксой ты не была никогда! Зато теперь наверстываешь упущенное! — засмеялась Милка. — Это гормоны играют и обычные страхи беременных. Все беременные слезливы и сентиментальны.

— Откуда же тебе это известно? — с грустной улыбкой спросила Лина.

— Читала много.

— Готовишься что ли? — засмеялась Лина.

— Ну, наконец-то! Засмеялась!

— Это я забылась с тобой. Мне с тобой очень хорошо, Мил.

— И мне с тобой! — поцеловав подругу в раскрасневшуюся на ветру щеку, сказала Милка. — А что тебя тревожит? Почему ты считаешь, что что-то должно случиться?

— Я все время вспоминаю слова бабы Тани. Она очень переживала за Глеба.

— Снова Глеб! О себе подумай и о ребенке! — возмутилась Милка. — С ним все хорошо. Он, конечно, несчастлив, но жив и здоров!

— Откуда ты знаешь?

— Ты прости меня, подруга, я не сказала тебе, что за три месяца перед отъездом Лёшка случайно встретился с ним. Под Новый год.

— И что? — с волнением спросила Лина.

— Нормально все! Ждут ребенка. Кстати, его жена в конце марта должна была родить.

— Это было давно. Мне все время кажется, что вот-вот что-то произойдет.

— Не бери в голову! — засмеялась Мила. — Думай только о своем малыше. Ой, снег прекратился!