Хозяин Проклятого замка. Истинная для бастарда - Инна Разина

Судя по датам, род ведет свой отсчет с давних времен. Значит, в моем муже есть древняя кровь. Впрочем, я и так догадывалась. Его благородная внешность, манеры, осанка это подтверждают. Решаю посмотреть последние страницы, а потом неспеша двигаться назад, чтобы проследить хотя бы несколько поколений. Всю книгу так быстро не изучить.

Судя по всему, последний представитель рода мой муж. Хотя Дэм упоминал о каких-то дальних родственниках. Или это отдельная ветвь? Открыв нужную страницу, читаю нижнюю запись:

«Леди Агнесса Виктория Блэк».

Интересно, это кто: мать моего мужа?

Следующие строчки странно расплываются перед глазами. Мозг еще не успевает осознать то, что увидели глаза, но сердце уже начинает отчаянно биться. Дыхание перехватывает, грудь покрывается коркой льда.

«Сочеталась браком с графом Оливером Вудстоком. Единственный сын Алистер Дэмиан Вудсток.»

Гул в ушах мешает думать, но я продолжаю складывать слова, соединять имена.

Алистер Дэмиан Вудсток. Агнесса Виктория Блэк. Дэмиан Блэк. Мой муж…

Жуткая правда обрушивается на меня, разрывая сердце в клочья. Нет-нет! Медленно качаю головой, отказываясь верить. Не правда! Я не хочу! Мой Дэмиан, мой любимый, который утром шептал мне страстные слова, целовал так одержимо и сладко. И холодный, циничный, бездушный Алистер Вудсток. Королевский бастард, ищейка, из-за которого казнили моих родных. Это один и тот же дракон?

Пока я медленно умираю, дверь в библиотеку приоткрывается. На пороге стоит он. Тот, кто все это время обманывал меня. Что в его словах и действиях было правдой? За кого я вышла замуж? И вышла ли вообще? Вдруг и там тоже обман? Подставной жрец, фальшивая свадьба. Нет, нельзя в такое верить. Я же сойду с ума.

Уверена, Дэмиан сейчас все объяснит, в очередной раз прогонит мои глупые страхи. Но одного его взгляда на меня, в котором слишком явно читается вина и отчаяние, хватает, чтобы понять. Ничего он не опровергнет. Все так и есть. Мой муж и есть тот, кого я проклинала много лет.

Глава 38 Эйвери

Дэмиан делает пару шагов ко мне и замирает напротив, бледный, напряженный. В глазах смятение и вина. Челюсти сцеплены так крепко, что на щеках ходят желваки. Отмечаю это отстраненно, словно касается не меня. В груди холод и пустота.

Медленно, очень осторожно поднимаюсь со стула, выпрямляясь. Кажется, все пространство вокруг состоит из прозрачного, очень хрупкого стекла. Прямо сейчас оно рассыпается на осколки и режет всю меня. Каждую частичку моей души, которая истекает кровью.

Я не знаю, есть ли смысл что-нибудь спрашивать. Но все же решаю прояснить до конца. Пройтись босыми ногами по этим осколкам, прежде, чем поставить точку.

— Алистер Дэмиан Вудсток. Это ведь ты, — не спрашиваю, утверждаю непривычно-надтреснутым голосом. — Бастард короля, его главная ищейка. Тот, кто раскрыл заговор против короны и отправил мою мать, отца и брата на казнь. Я ничего не забыла?

Вместо ответа Дэмиан шумно выдыхает, в его глазах сверкает тьма. Делает резкий шаг ко мне, но я мотаю головой и цежу:

— Не подходи… Стой там и ответь на вопрос.

— Все это я, — произносит он глухо. — А еще я твой муж и твой истинный…

— Муж? — уточняю с усмешкой. — Разве свадьба была настоящей? Жрец даже твое имя исказил.

— Все было по-настоящему, — слышу ровный голос, за которым прячется бездна чувств. Пока Дэм еще с ними справляется. — Имя жрец озвучил не полное, но не исказил. Иначе обряд не сработал бы.

— Это ты ему приказал?

— Да.

— То есть все это время ты сознательно обманывал меня? Хладнокровно создавал ловушку? Загонял в нее. Даже про истинность я знаю только с твоих слов. Я ее не чувствую, — отхожу от истины. Что-то я все-таки чувствую. Притяжение, желание. Но истинность ли?

— Ты чувствуешь… — рычащим тоном давит Дэмиан. Вот здесь выдержка ему отказывает. Он морщится, как от боли. Словно то, что я поставила под сомнение нашу связь, ранит его. Только он сделал мне гораздо больнее. Скинул в пропасть, после того, как сам же помог выбраться из нее. Это очень жестоко.

— Не знаю! — почти кричу. До боли сжимаю кулаки, впиваясь ногтями в ладони. — Я тебя вообще не знаю. Как ты мог молчать? Смотреть мне в глаза, говорить о любви и лгать. Ложиться со мной в постель, обнимать и лгать. Ты чудовище, Дэмиан? Или лучше называть тебя Алистер? А знаешь, сколько раз я проклинала это имя?

От моих слов его лицо мучительно перекашивает. Он судорожно сглатывает и еще больше бледнеет. Но продолжает упрямо смотреть мне в глаза.

— Что мне теперь делать? — спрашиваю обреченно.

— Что делать? — переспрашивает муж глухо, и сам же отвечает: — Выслушать меня для начала. Попытаться понять, почему я так поступил. Не отталкивать сразу. Между нами все по-настоящему, Эйви. Мы истинная пара. На наших запястьях брачные метки. Богиня уже соединила нас. Да, я не сказал тебе правду, когда узнал. Но лишь потому, что до смерти боялся потерять. И все равно собирался признаться. Ты просто опередила меня.

— Когда ты все узнал? — хочу узнать, как долго это тянулось. — Когда я назвала свое родовое имя или еще раньше?

— За день до твоего признания, — тяжело выдыхает Дэмиан. — Я был ослеплен и оглушен открывшейся правдой. Своей ролью в трагедии твоей семьи. Тем, что сам когда-то отказался от тебя. Ненавидел себя за то, что мог уже тогда выяснить все о нас и избавить тебя от скитаний и одиночества, — по его лицу проскальзывает судорога боли. Дэм с заметным отчаянием произносит: — Я знаю, что во всем виноват сам. Все эти дни вина сжирала меня изнутри. Но я все равно прошу, выслушай меня, не решай ничего сгоряча. Я уже говорил, что не выносил приговоры и не проводил допросы. Ты и сама это знаешь, иначе мы бы с тобой встретились еще тогда. Я не оговаривал твоих родных. Своими глазами видел твоего брата на собраниях заговорщиков. И твоего отца среди их верхушки. Они решали, как свергнуть короля. Я должен был их остановить. Это моя работа.

— Я не верю тебе! — бросаю ему в лицо, бью словами. Хочу сделать так же больно, как сделал он. — Я больше тебе не верю, Алистер Вудсток, — повторяю, практически выплевывая его имя. — Мои родные не предатели, не заговорщики. Не важно, что ты там видел.

— А я верю тебе, — не отводит он от меня горящих глаз. — И собираюсь провести новое расследование,