Хозяин Проклятого замка. Истинная для бастарда - Инна Разина

Глава 39 Эйвери

— Ви?! — слышу ошеломленный голос. Такой знакомый, родной. Это же Уилл, мой брат! Только ему я позволяла называть меня «Ви». В его устах это звучало так ласково и мягко. От застарелой боли становится трудно дышать. Пытаясь сделать вдох, всматриваюсь в родные, привычные черты. И в то же время сильно изменившиеся. А сейчас искаженные шоком и потрясением.

Мой взгляд машинально отмечает обветренную, погрубевшую кожу, скорбные складочки у губ. Очень короткую стрижку, не принятую среди аристократов. И глаза уже не баловня судьбы, а повидавшего много страшного мужчины. Одежда на Уильяме тоже простая, как на обычном, незнатном горожанине.

Куда меня переместил Инис? В какую-то другую реальность? Или прямо в загробный мир? Тогда здесь должны быть мама и отец.

— Где они? — судорожно втягиваю воздух, нервно оглядывая незнакомое, скромное жилье. Меня шатает, кружится голова. Наверное это последствия перемещения. А может, самого места, в которое я попала. Получается, я тоже умерла?

Пошатываюсь, ноги больше не держат меня. Глаза закатываются. Я бы свалилась на пол, но в последнюю секунду меня подхватывают сильные руки брата. Вдыхаю его до боли родной запах и проваливаюсь в темноту.

Прихожу в себя от приглушенных голосов, тревожно переговаривающихся между собой. Медленно открываю глаза. Я лежу на чем-то мягком, диване или постели. На краю сидит брат и держит меня за руку. Я вижу его четко, не размыто. Он явно не приведение. А рядом с ним застыла девушка. Бледная и испуганная. Сразу ее узнаю. Юджиния Флоренс, бывшая невеста Уильяма. И она точно была жива. Но тогда… Где мы?

— Уилл, — хриплю, стискивая руку брата. — Ты жив? Или мне это снится? Я все еще в обмороке? Перемещение пошло не по плану, и я умерла?

— Все в порядке, Ви, — произносит он обеспокоенно. — Я жив, ты тоже. Просто упала в обморок.

— Жив? — не могу поверить. — Но как же… А мама, отец? Они тоже живы? — на меня вдруг обрушивается такая жгучая, отчаянная надежда, что перехватывает дыхание. Вот только взгляд брата сразу тускнеет, губы сурово сжимаются. А моя глупая надежда исчезает.

— Нет, Ви. Наших родителей больше нет, — подтверждает Уилл глухо.

— Их казнили? — сглатываю подкатившую к горлу горечь.

— Отца казнили. Мама умерла сама, полгода назад. Когда нам разрешили вернуться. Не выдержала без отца. Я ухаживал за ней. Сначала один, потом вот, Юджи помогала.

— Юджи? — перевожу взгляд на девушку. — Значит, я не ошиблась? Как так получилось? Вы снова общаетесь?

— Не просто общаемся... — неожиданно смущенно произносит Уилл. — Юджи моя жена.

— Что?! Как это? Юджиния не замужем, мы узнавали, — недоверчиво перевожу взгляд с него на девушку и обратно. Та краснеет, бормочет:

— Я оставлю вас одних… — и быстро сбегает.

— Все очень сложно, Ви, — смотрит ей вслед Уилл, вздыхая. — Мы поженились тайно. Ее родители не знают. Юджи приходится носить амулет, скрывающий ауру замужней женщины.

— Но как ты выжил? — не выдерживаю этой пытки неведения. — И мама? Мне сказали, вас всех казнили. Почему тогда не спасся отец? Боже, Уилл, у меня так много вопросов, что кажется голова разорвется.

— У меня не меньше, сестра. Я же тоже тебя искал. После того, как похоронил мать. Поклялся ей, что найду тебя. Да и сам собирался. Демоны! Нет, так только хуже. Надо рассказывать по-порядку. Я поделюсь своей историей, ты своей. Но сначала тебе нужно отдохнуть, иначе опять грохнешься в обморок. Слишком тяжело говорить о прошлом. Ты голодна? Не понимаю, как ты появилась в нашем доме? Как узнала обо мне?

— Я не знала… — шепчу горько. — Если бы я только знала, что вы выжили, обязательно отыскала бы вас.

— У тебя не получилось бы. Там, где нас держали целый год… туда нет доступа. Потом все же разрешили вернуться. Конечно, под чужими именами.

— А куда вернуться? — уточняю у него. — Где мы сейчас находимся?

— В столице, — криво усмехается брат. — Только не рядом с дворцом, не там, где расположены особняки аристократов. А на окраине, в рабочем квартале. Я снимаю этот дом. Магию мне не запечатали, хоть это помогает выживать, — немного помолчав, Уилл продолжает: — Когда мы вернулись, я думал сразу тебя искать, но тут мама заболела. Поверь, сестра, я пытался ее вытащить. Работал как проклятый, чтобы приглашать целителей, но она с каждым днем только слабела, — голос брата проседает, в глазах горечь и вина. Он тяжело вздыхает и снова впивается в меня взглядом: — Но если не знала обо мне, как ты оказалась именно здесь? Как прошла через защитный барьер? Вход сюда закрыт артефактом.

— Мне помогли… помог… Значит, он и это знал… — морщусь от обиды, вспоминая Иниса.

— Кто знал? — настораживается Уилл. А я качаю головой:

— Мне тоже лучше рассказывать по-порядку. Но сначала ты. Подожди, я сейчас встану.

— Уверена? Может, лучше еще немного полежать?

— Нет, Уилл. Хватит. Мне только хуже от всех этих мыслей. Я так вообще с ума сойду.

— Хорошо, — брат протягивает руку. — Тогда поднимайся, медленно, аккуратно, чтобы не закружилась голова. Юджи покажет тебе свободную комнату. У нас тут немного места, не то что наш бывший особняк. Но тебя, Ви, устроим с удобством. Кстати, там сразу за тобой прилетела дорожная сумка с вещами. Наверное твоя? Если что-то нужно еще из одежды или женских штучек, говори Юджи. А пока умойся, отдышись. Потом соберемся за столом и поговорим.

Уилл помогает мне подняться. А я смотрю на него, моего единственного оставшегося в живых родного человека, которого так долго оплакивала, и не выдержав, крепко обхватываю его за талию. Стискиваю в кулаках грубую одежду. Утыкаюсь носом в его грудь и дышу родным запахом. Мне хочется трогать брата, ощущать тепло тела, вслушиваться в дыхание. Никак не могу осознать, что он жив. Брат тоже сжимает объятия, шумно выдыхая. И шепчет:

— Богиня, Ви, как я рад, что ты снова со мной! Мы остались одни друг у друга. Теперь я буду заботиться о тебе. Представляю, чего ты натерпелась.

Когда мы выходим из комнаты, нас встречает встревоженная Юджиния. Разглядываю обстановку вокруг. Дом действительно небольшой, мебель простая, скромная. Но все чисто убрано, пахнет вкусной едой. Красивые занавески, коврики и другие мелочи создают уют. Наверное это жена брата постаралась.

Юджи показывает мне небольшую, милую спальню. И общую ванную рядом. Перед тем, как оставить меня одну, сжимает мою руку и с искренней улыбкой произносит:

— Я очень рада за мужа. И за тебя,