Плохой. Отныне ты моя - Ника Княжина

Задирает мою растянутую от времени домашнюю футболку наверх и впивается в грудь губами. Обхватывает сосок и втягивает в себя. Ах, чёрт… Ну нет. Я так… блин, я совсем так не соберу себя и не смогу с ним поговорить.

— Лёша, постой, — прошу я, впиваясь пальцами в его волосы.

Хочу оттянуть его, но он слишком активно занят изучением моего тела.

Конечно, кто меня там слушать собирается? Лёшка будто обезумел от счастья, что я под ним лежу готовенькая. Он играет с одной грудью, перемещается на другую и проделывает те же манипуляции, от которых я схожу с ума.

Наглец знает уже все мои эрогенные зоны. И мой мозг плавится, уступая место дикому, неконтролируемую желанию.

Одним махом он стягивает с меня шортики вместе с трусами. Вытягивается на одной руке и расстёгивает свои джинсы, освобождая себя.

Я смотрю на его волосы, что неряшливо и так сексуально падают на его лоб, на горящие вожделением глаза, на серьгу в ухе, которая блестит в свете луны. Мой потрясающий муж, лучший, самый лучший.

И… невозможно уверенный в себе. И, конечно, желанный до безумия.

И всё-таки я теперь точно понимаю. Он дрался с кем-то. Губа чуть опухла, на его щеке рана, словно её счесали об асфальт. И рассказывать о своих приключениях Лёшка мне не спешит. Зато спешит сделать кое-что другое…

— Лёша… — хрипло выдаю, когда он заполняет меня собой.

Всё тело простреливает таким желанным ощущением счастья и удовольствия, что я снова не могу сдержаться. Лёшка ловит мои губы и впитывает в себя мой стон. Сладко целует, так, что я снова задыхаюсь от переполняющих меня эмоций.

Так всё правильно. Так хорошо, когда он со мной. Во мне. Когда между нами нет ни единого сантиметра пространства. Идеально.

Мы с ним движемся навстречу друг другу. Плавно покачиваемся на моей кровати, которая, к счастью, отвечает только тихим, незначительным скрипом. Могло же быть и хуже. Я её так на прочность никогда не проверяла.

Лёша выпрямляется и закидывает мои ноги себе на плечи.

— Лёш… ты дрался, — удаётся прохрипеть, держась ещё кое-как на грани этой реальности.

— Это ведь не вопрос, детка, — усмехается он.

Его толчки становятся глубже и активней. Я кусаю свою руку, чтобы не слишком-то шуметь. Правда выходит откровенно плохо. Зря мы всё это затеяли сейчас. Не время и не место для наших шалостей.

Я фокусируюсь на его напряжённом лице.

— Значит, да? — всё-таки уточняю.

— Да, — выдаёт и усиливает свой напор.

Его пальцы вжимаются в мои бёдра и сдавливают нежную кожу до боли. Ах, чёрт. Я перехватываю подушку и кусаю её край. Молчать. Не шуметь, блин.

Лёша выходит и резко переворачивает меня на живот.

Выдирает подушку из моих пальцев и подкладывает под мой живот, устраивая так, как ему удобно. Я не успеваю опомниться, как он входит сзади, продолжая фиксировать меня за бёдра на месте. Вцепляюсь в простыни, тяну на себя, окончательно стягивая постельное бельё в неразборчивую кучу.

Мои стоны приглушает теперь матрас.

Лёша давит на поясницу, заставляя меня выгнуться ещё больше.

— Охренительный вид, малышка… — тянет он и слегка шлёпает меня ладонью по бедру.

— Эй, — слабо возмущаюсь.

Лёша низко, раскатисто смеётся.

Опускает руку и находит чувствительную точку на мне. Мир начинает плыть. Или я. Грани стираются окончательно, и из головы вылетают уже все мысли. Нет ничего важного. Только он и его движения. Только его тяжёлое дыхание надо мной.

Я взрываюсь первой. Пытаюсь загасить мой стон, зарываясь лицом в смятую простынь. Лёша ускоряется ещё. Резко вырывается из меня, и я чувствую, как мне на ягодицы летит его финальный аккорд.

Я не шевелюсь. Просто пытаюсь отдышаться. И мне вот даже всё равно в этот момент, что там за прекрасные виды ему открываются. А Лёше, кажется, нравится, потому что он снова шлёпает меня уже по другому бедру.

Нет сил на возмущение. Тем более… что уже скрывать... Его действие оказалось неожиданно возбуждающим.

Он проводит чем-то мягким, стирая с меня следы своей страсти.

Аккуратно разворачивает меня на бок и убирает подушку, скидывая её на пол. Я не возражаю. Просто смотрю на Лёшу, который заправляется уже в брюки. Я тут практически полностью обнажённая, а он весь одет. Непорядок какой-то.

Но это всё ерунда. Я хочу понять, что случилось.

— С кем ты дрался?

Ложится рядом со мной. Зеркалит мою позу. Подкладывает руку под щёку.

— С новым знакомым. Неплохой парень оказался.

— Ты дрался… с новым знакомым? — переспрашиваю заторможено.

Стоп. Я выпила всего лишь стопку коньяка. Я ведь соображаю, что он мне говорит. Правда же? Это не сон? Протягиваю руку и касаюсь Лёшиной груди. Под ладонью бьётся его сердце. Твердо, уверенно. Спокойно.

— Мне бы не хотелось погружать тебя во всё это. Давай остановимся на том, что я нашёл интересного партнёра для спаррингов. Будет весело.

Я глупо хлопаю ресницами и не нахожусь, что на это ответить. Мужской мир — это что-то на недоступном мне языке. Нашёл с кем кулаками помахаться? Великолепно, что уж тут скажешь.

Решаю тогда пойти по другому пути.

— Ладно. Этот знакомый же не один из тех ребят, которые обожают грызть семечки у нашего подъезда, да?

— Да, — смеётся. — Он совсем из другой тусовки. Но, правда, Саш, расслабься. Эта шпана больше не будет нас доставать. Я всё решил. И… у меня есть план.

— Какой?

— Завтра я начну поиски нового жилья. Мы больше не вернёмся в ту квартиру.

Лёша подтягивает меня к себе и целует. Хотелось бы верить, что не вернёмся. И что всё разрешилось. И ещё я всей душой надеюсь на то, что больше никогда в жизни не услышу этого… «сладуся».

Глава 47. Хроники

— Я вообще выпала от его истории, так хотелось надавать ему по голове! — ворчит Яра и закатывает глаза.

Но я снова дёргаю её за рукав толстовки. Привлекаю к себе внимание подруги. Мой безобидный вопрос (ну почти) о вчерашнем вечере вызвал у Яры какой-то нервный срыв. Она начала вопить, что парни идиоты, а Белого вообще нужно сдать в психушку. И вообще они нам обязаны теперь курорт в санатории, чтобы мы в себя пришли.

— Яр, сосредоточься! — ещё сильнее дёргаю её за одежду. — Расскажи, прямо поэтапно. Что там было?

Лёшка ведь мне зубы заговорил, ничего не рассказал. Ну точнее он просто меня переключил на более интересные дела, никак не связанные с диалогом. Разве что «диалог телами» это всё назвать.

Стоп.