Ученица Тирана в Академии Ёкаев - Хэля Хармон

Но по выражению лица Юми я догадался, что… казни юной ёкайки-полукровки Асель — всё-таки не будет.

Я привычно саркастично закатил глаза и показательно тяжело шумно вздохнул.

Однако на исход дела мой вялый разумный протест уже явно не влиял.

Юмина

Вечером божественный Миуки соединит наши с Айроном судьбы в одну. И вся Академия, а после и Храм Безупречных будут праздновать…

Но пойти под венец мне хотелось с лёгким сердцем.

Маленькая болотная ёкайка Асель с рожками на лбу и волосами удивительного лазурного цвета, — конечно заслуживала наказания. Но ведь она была лишь несчастной запутавшейся сиротой.

И в числе свадебных подарков я получила от Айрона право решить её судьбу самой.

Право на милосердие. Человеческое милосердие, на какое не всегда бывают способны Небожители. Но мой Айрон… он точно будет милосердным! По крайней мере, я очень постараюсь, чтоб был.

Мой свадебный наряд уже был готов и ждал меня в покоях Айрона, а ещё меня ждали купели, полные чистейшей воды с аромомаслами и лепестками цветов и украшения, достойные жены Небожителя.

Зал готовили к предстоящей церемонии…

Но я, облачившись в уже ставшее привычным ученическое кимоно, — спускалась в подземелья Академии, где временно держали Асель.

Когда я зашла в скудно освещённую камеру — фигурка в самом углу комнаты вздрогнула.

— Асель… — тихо позвала я. Медленно приблизилась и уселась на пол напротив заплаканной, сжавшейся в комок ёкайки.

— Юмина… — всхлипнула Асель, — Мой господин повержен. А твой — победил. Меня казнят. Я попаду в мёртвую бездну и распадусь на тёмную энергию…

Ёкайка разрыдалась шумно и как-то совсем по-детски.

— У меня нет господина, — я уверенно улыбнулась Асель и осторожно вытерла её слёзы краем рукава своего кимоно, — как и у тебя. Небожитель Айрон мой будущий муж. А тот, кого ты зовёшь своим господином — просто обманул тебя, и теперь низвергнут. Все адепты спасены, никто не погиб…

— Хорошо… — с чувством выдохнула Асель, — я…

Она замялась, но продолжила:

— … я понимала, что он может обмануть, Юмина. Но это был шанс. А теперь шанса нет… обо мне никто не заботился, понимаешь? Мама, она… она тоже не особо заботилась, но я думала, если я верну её из нижнего мира, она поймёт, какая я хорошая, на что способна, и полюбит… но что уж теперь.

— Ты заслуживаешь любви, Асель…

— Нет…

— Да. Но если мать тебя не полюбила, тут ничего не поделаешь. Меня тоже не любили родители. Нельзя заставить любить, если сердце пусто… Тут нет твоей вины. Ни любовь человека, ни ёкая нельзя взять против воли. Лишь потому, что любить своё дитя «положено». Но зато… как быть с твоим будущим ребёнком решать только лишь тебе. Лично я знаю, что своё дитя я буду очень сильно любить, а та любовь, которую даёт мне Айрон и которая сама нарождается в моём сердце — её более чем достаточно, чтобы залечить те раны, какие есть у любой сироты. И твои затянутся, если ты позволишь…

— О чём ты, Юмина? Какое исцеление? Какие дети? Меня казнят. На закате или на рассвете. Должно быть, после пыток.

— Такого не будет, — я вновь утёрла ёкайке слёзы.

Асель вскинула на меня удивлённый взгляд

— Небожитель Айрон подарил мне право выбрать твою новую судьбу… Казни не будет, но ты искупишь вину. Для начала займёмся теми адептами, которых ты похитила и лишила магии и здоровья. Ты попросишь у каждого прощения и поможешь им восстановиться. Затем пойдёшь в услужение в Храм Безупречных. Есть много магических и просто человеческих техник ослабить твою боль и со временем подменить её сначала светлой печалью, а потом и вовсе… перевернуть эту страницу. Моё решение таково. Надеюсь, ты осмыслишь мой выбор и тебе он со временем придётся по душе.

— Это милость вместо казни! — бросилась целовать мне край кимоно ёкайка, вновь рыдая, но уже совсем по-другому. С облегчением! И мне легче от таких её слёз — они походили на буйную весеннюю грозу над прежде чахлыми болотами.

И тут у меня перед глазами пролетела вся моя бытность в Храме Безупречных.

Я вздрогнула.

— Это точно не милость, Асель, — я усадила ёкаику на место, пресекая её дальнейшие попытки целовать мою одежду, — но точно лучше казни. Со временем тебе может и понравиться. Хотя вряд ли… Эй, прекрати! Прекрати целовать кимоно, Асель! И не кланяйся. Всё! Не плачь… Служение в Храме — это… исправление ошибок. Жизнь в обители Безупречных — огромный труд и путь самопожертвования.

— Но в храме Небожителей не место ёкайке-полуковке! Как я посмею?..

— Ой Асель, — я фыркнула и махнула рукой, — кого там только не было!

Асель впервые робко улыбнулась.

— Ты не шутишь, молодая госпожа? Казни… не будет?

— Нет, — я закатила глаза на манер Айрона и резко поднялась на ноги, — хватит уже повторять про казнь, поднимись!

Асель робко повиновалась.

— Но Асель. На тебя наденут магические браслеты-ограничители. Их снимет после твой куратор, когда сочтёт тебя готовой. Умойся. Переоденься. И приступай к работе… Твой путь искупления начинается сейчас.

Асель низко поклонилась мне.

— Благодарю, Небожительница. Безупречная…

Я вздрогнула: я — Безупречная…

Я — теперь как мой Айрон.

Ох, я не скоро привыкну, но… я улыбнулась: привычку обязательно. И в итоге справилось отлично!

Я покинула подземелье вместе с Асель и сдав её с рук на руки одному из профессоров защитной магии, которому было поручено сковать ёкайку магическими обручами, — летящим шагом поспешила в наши с Айроном покои. Пора было готовиться к свадьбе!

* * *

Вместо храмового комплекса при Академии — Айрон приказал украсить к торжеству ту самую аудиторию-амфитеатр.

И оказался прав.

Теперь просторная комната с высокими сводчатыми потолками утопала в сине-белых мелких цветах (я не знала им названия, но они были столь великолепно-симметричные, что явно принадлежали Верхнему Миру, как и мой будущий муж!). Под потолками среди иллюзий голубого неба парили аккуратные округлые лазурные и белые бумажные фонарики, серебряные и голубые ленты. И зала та выглядела волшебно. Краше любого Храма и… мне нравилось, что такой церемонии точно не было ни у кого!

От утреннего разгрома не осталось и следа. В центре аудитории, в низине, вместо преподавательского подиума теперь высилась цветочная арка, у которой меня ждал Айрон. А близ арки — идеально-круглый алтарь…

Мои волосы, слегка прихваченные у висков, составляли элегантную, но довольно простую причёску, остальные в отнюдь не небожительском беспорядке лежали по плечам. Сапфировый гребень украшал композицию легко и не перегружая. Моё белое кимоно с невесомым