В ожидании шторма - Эмбер Келли

городу уже вовсю слухи ходят. Поговаривают, Холланд хочет отдать часть земель «Айронхорс» под конное ранчо. Что они активно скупают лошадей. А вчера я заметил геодезистов на том участке, который ты им продала, ну и поспрашивал. Сказали, что работают на подрядчиков из Джексона, и там затевается масштабный проект — будут строить крытый и открытый манежи и все такое.

Ощущение такое, будто меня с размаху ударили под дых.

— Что? И ты молчал?

— Собирался рассказать, когда разузнаю все подробности. И найду доказательства. Но тут я увидел Джайлса и...

— А я думала, я ему небезразлична, — шепчу я, скорее самой себе.

Желваки на лице Карла ходят ходуном.

— Да уж, таким парням, как он и Ладлоу, важно только одно. Бабки. И им плевать, через кого придется перешагнуть ради этого.

Я медленно поднимаюсь, тело словно задеревенело. Руки дрожат, и я судорожно разглаживаю ладонями джинсы.

— Мне пора.

Карл не пытается меня удержать. Лишь смотрит на меня с сочувствием в паре глаз.

— Мне жаль, Мэтти. Правда.

Я иду мимо бара, мимо чужого смеха, спиной ощущая всю тяжесть обрушившегося на меня предательства. Я не смотрю на Кейсона, который как раз подходит к хостес. Я просто не вынесу его взгляда, когда он поймет, свидетельницей чего я стала.

— Мэтти? — удивленно доносится его голос мне вдогонку, когда я толкаю двойные двери.

Но я даже не оборачиваюсь.

Ледяной воздух бьет по лицу, точно пощечина, и я срываюсь на бег.

— Мэтти, постой!

Я заскакиваю в грузовик, блокирую двери и завожу мотор. Врубаю передачу и с силой вжимаю педаль газа в пол, с пробуксовкой пролетая мимо него, пока он оглядывает парковку.

Слезы застилают глаза, стоит мне выехать на шоссе.

На соседнем сиденье надрывается телефон. Я даже не смотрю на экран. Это либо Кейсон, либо Карл, а я сейчас ни с одним из них говорить не хочу. Мне хочется просто ехать.

И я еду.

Пока не кончаются слезы.

Глава 34

Я стою на парковке и провожаю взглядом габаритные огни ее грузовика, когда она сворачивает на дорогу, ведущую вон из города.

Она не оглядывается. Не сбавляет скорость. Даже не колеблется. Просто резко закладывает руль влево и бьет по газам.

И у меня внутри все обрывается.

Сука.

Что сейчас произошло?

Я выхватываю телефон из кармана, нажимая на ее имя быстрее, чем успеваю сообразить. Один гудок. Второй.

И автоответчик.

Я глухо матерюсь и сильнее сжимаю трубку, сдерживая желание швырнуть ее через всю парковку.

Она нас видела.

Видела абсолютно все.

Но сколько она услышала?

Блять. Да какая уже разница. Рукопожатия, поздравительные хлопки по плечу. Джайлс, сидевший с нами за одним столом... картина вырисовывалась предельно ясная, даже без слов.

Я стискиваю зубы.

Я совсем не хотел, чтобы она узнала об этом вот так. Я планировал рассказать ей сам. Завтра. Да черт возьми, хоть сегодня вечером. Я как раз подумывал поехать к ней на ранчо сразу после этой встречи, чтобы поговорить. Но это? Увидеть, как ее тренер жмет нам руки? Смотреть, как я обмываю сделку, о переговорах по которой она даже не подозревала?

Для нее это выглядело как чистой воды предательство.

Хотя им не являлось.

Я хожу взад-вперед, взъерошивая волосы пальцами, и лихорадочно соображаю, что делать. Поехать за ней или дать ей остыть? Через пару мгновений я понимаю, что нужно ехать следом. Я разворачиваюсь к стойке парковщика, как раз когда двери ресторана распахиваются.

И наружу выходит Карл.

От одного его вида у меня кровь закипает в жилах.

На его физиономии играет эта мерзкая, самодовольная ухмылка — и это выражение лица говорит мне все, что нужно, еще до того, как этот ублюдок открывает свой рот.

— Я так и знал, что тебе нельзя верить, — с глухим рычанием цедит он, шагая ко мне с таким видом, будто гордится своей ролью в этом дерьме.

Мои кулаки сами собой сжимаются.

— Надо было сразу догадаться, что это твоих рук дело, — бормочу я. — Джайлс проболтался? Ты заманил сюда Мэтти?

Карл равнодушно пожимает плечами.

— Ей нужно было открыть глаза на правду.

Я делаю шаг к нему, чеканя слова тихим, натянутым голосом:

— Ах ты сукин сын. Думаешь, таким способом вернешься в ее жизнь? Манипулируя ей?

Он коротко смеется, но в этом смехе нет ни капли веселья.

— Называй это как хочешь, но не я лыбился как кретин и цедил дорогой бурбон, уводя Джайлса прямо у нее из-под носа. Ты здесь не святоша, Кейсон. Думаешь, это я ей манипулирую? Ты поиграл ее чувствами только ради того, чтобы прибрать к рукам ее землю, ее тренера и пустить ее по миру.

У меня раздуваются ноздри. Требуется колоссальное усилие воли, чтобы не заехать кулаком прямо ему в челюсть. Я сжимаю пальцы еще сильнее, так что ногти врезаются в ладони.

В этот момент двери снова открываются, и на улицу выходит Холланд, а следом за ним Джайлс. За ними потянулись еще несколько посетителей, о чем-то переговариваясь и посмеиваясь. Меньше всего мне сейчас нужен публичный скандал.

Холланд переводит взгляд с меня на Карла.

— Все в порядке, Кейсон? — спрашивает он.

— Все нормально, — бросаю я, качая головой, и собираюсь уйти.

Но Карл просто не может заткнуться.

— Ты ее не стоил, — бросает он мне в спину.

Я останавливаюсь и медленно разворачиваюсь, вырастая прямо перед его носом. Сквозь стиснутые зубы я отчетливо, выделяя каждое слово, произношу:

— Нет. Это ты ее не стоил.

Его ухмылка на мгновение кривится.

Я не жду ответа. Разворачиваюсь на каблуках и ловлю на себе взгляд Джайлса. Тот хмурится — скорее всего, пытается сообразить, что тут только что устроил Карл.

Я шагаю к парковщику и киваю, чтобы мне подогнали грузовик. Парень трусцой убегает за машиной, а я прячу руки в карманы, меня все еще трясет от злости.

Когда машина подъезжает, я запрыгиваю в кабину и держу курс прямиком на Уайлдхейвен Шторм.

Потому что, как бы сильно она ни злилась и что бы она там ни увидела, она заслуживает услышать правду лично от меня.

Дорога кажется бесконечной. В голове полнейшая каша из мыслей о том, что мне следовало сделать иначе. Надо было рассказать ей об этом ужине сразу, как только позвонил Холланд. Надо было четко обозначить, какие планы у «Айронхорс» на ту землю, которую мы выкупали. Вообще, следовало настоять на разговоре еще до того, как были подписаны какие-либо бумаги.

Но какая-то часть меня понимала: поступи я