Во власти обмана - Джей Эл Бек

Я не сомневаюсь, кого бы он выбрал, если бы ему пришлось взглянуть правде в глаза.

Должно быть, что-то из моих мыслей отразилось на лице, потому что он резко разворачивается, придавливая меня к кровати, а его руки упираются по обе стороны от моей груди, удерживая его вес на весу.

Когда он нависает надо мной, пристально всматриваясь в мое лицо, я на мгновение замираю, чтобы рассмотреть его. На его лице отпечатались следы прошлых битв и шрамы, но больше всего поражает его жесткий, как сталь, взгляд.

Кому-то другому это наверняка показалось бы пугающим, но я вижу мягкость по краям и ту бережность, с которой он развернул меня под собой. Я замираю, ожидая, что он сделает дальше.

Он удерживает свой вес на одной руке, бедрами вклинившись между моих, а другой рукой начинает расстегивать ширинку моих брюк. Жидкие искры, которые уже вспыхнули внутри меня, превращаются в яркий поток расплавленной лавы.

Я выгибаюсь навстречу его руке, когда он пробирается под мои трусики и обхватывает мою киску.

Он медленно опускается на локти и приближает лицо к моему, так что его рот касается моих губ, пока он говорит:

— Эта пизда принадлежит мне. Скажи это.

Я моргаю, пытаясь сосредоточиться, пока его теплая рука касается моей самой интимной плоти.

— Эта пизда принадлежит тебе.

В его глазах появляется что-то хищное.

— Твое тело принадлежит мне.

Его мягкие полные губы ласкают мои, это даже не поцелуй, скорее заявление прав.

— Мое тело принадлежит тебе.

На этот раз он проводит пальцами по моему уже насквозь промокшему центру и вводит в меня два из них.

— Твое удовольствие принадлежит мне.

Я сглатываю, тело невольно сжимается вокруг сладкого вторжения.

— Мое удовольствие принадлежит тебе.

Не отрывая взгляда от моих глаз, он прикусывает мою нижнюю губу, натягивая её и резко отпуская.

— Твоя боль принадлежит мне.

Я дрожу, мне нужно гораздо больше, чем эти дразнящие ощущения.

— Моя боль принадлежит тебе, — всхлипываю я.

Он облизывает губы, проводя языком по моим. Я выгибаюсь, пытаясь получить больше, но он не позволяет.

— Теперь, когда ты действительно поверишь в то, что говоришь, у нас больше не будет проблем. А пока ты получишь наказание за всю эту дерзость.

Он приподнимается, встает на колени между моих бедер и одним движением срывает с меня брюки вместе с нижним бельем. Я помогаю ему сбросить штаны и стягиваю с себя рубашку и бюстгальтер, отшвыривая их в сторону.

Он смотрит на меня сверху вниз, расстегивая рубашку. Медленно, дразняще, обнажая татуировки и шрамы под мерцающий свет огней большого города, сверкающих за окнами.

Чтобы снять с него штаны, требуется чуть больше усилий.

— Ты готова к своему наказанию? Скажи мне, за что я тебя наказываю.

Я сглатываю, зная, что он хочет услышать, но бушующий во мне адреналин мешает мне вымолвить хоть слово.

— Всё в порядке, Присцилла. Ты скажешь это до того, как я закончу.

Он хватает меня за бедра и одним плавным движением переворачивает на живот. Одеяло путается вокруг меня, но я не обращаю на него внимания. Когда он приподнимает мои бедра, острая потребность охватывает меня, и я прижимаюсь к нему. Я буду умолять, если он хочет. Мне просто нужно, чтобы он был внутри меня.

Но он не движется к моей киске, его большой палец скользит по моему анусу, и я вздрагиваю от шока. У меня был анальный секс раньше, но это никогда особо не было по моей части.

Однако сейчас, когда он нажимает на тугое кольцо мышц, мое тело загорается еще сильнее. Я сжимаю бедра, чувствуя острую пустоту.

Он крепко сжимает меня, наклоняясь, и я чувствую, как теплая жидкость скользит по чувствительному входу. Мне требуется доля секунды, чтобы понять, что он плюнул на меня.

У меня едва остается время подумать о следующем шаге, как он упирается толстым и, кажется, гораздо более крупным, чем прежде, членом в мой анус. Волна жгучего дискомфорта пронизывает меня, когда он подается вперед, и я хнычу от боли. Я стискиваю зубы, перенося вес на локти, и вцепляюсь в одеяло, пока он не растягивает меня достаточно для свободного движения.

— Я… это больно. Я не думаю, что ты поместишься, — я стону, а ощущение того, что меня растягивают на пределе возможностей, волной прокатывается по телу. Я почти уверена, что в любую секунду он разорвет меня пополам.

— Я сделаю так, чтобы поместился.

Он стонет, и я чувствую, как слезы катятся по моим щекам. Грубые нотки в его голосе режут меня без ножа. Верный своей натуре, он не начинает медленно, чтобы дать мне привыкнуть. Он вбивается в меня так жестко, что на мгновение я чувствую лишь боль. Словно понимая это, он проскальзывает рукой под мое тело и начинает круговыми движениями ласкать мой клитор. Медленно боль рассыпается на удовольствие, и я утыкаюсь лицом в одеяло, чтобы заглушить стоны, которые не в силах остановить.

— Эта задница принадлежит мне, Malyshka. Каждый твой дюйм, — рычит он, вбиваясь в меня еще жестче. — Каждый, блять, дюйм тебя принадлежит мне, чтобы использовать, владеть и защищать.

Звезды танцуют перед глазами, когда он переходит от круговых движений к щипкам клитора одной рукой, в то время как другой удерживает мое бедро.

Его член растягивает меня еще больше, кажется, становясь только тверже. Звуки, которые мы издаем, непристойны, и я могу думать только о тонкой грани между болью и наслаждением. Он делает еще один резкий щипок, и я распадаюсь, черт возьми, окончательно ломаюсь ради него.

— Вот так, Силла. Моя прекрасная Силла. Кончай для меня.

Он входит всё глубже, я утыкаюсь лицом в простыни, вжимаясь в изголовье кровати.

— Ты принадлежишь мне. Всё это мое. Всё мое. — Последние слова срываются на выдохе, он кончает, оставаясь внутри меня, его руки судорожно сжимают мои бедра, таз слит с моим телом.

Когда я наконец возвращаюсь в реальность, я слышу только его тяжелое дыхание. Затем…

— Скажи это, любовь моя. Скажи это для меня.

На этот раз я даже не думаю.

— Я принадлежу тебе. Я принадлежу тебе. — Слезы катятся по щекам, и эти слова впервые в моей жизни приносят мне чувство утешения, а не страха.

Глава 30

ИВАН

Рано утром Кай рассылает всем