Против канона. Счастливый финал для моего злодея - Мирослава Меленская

— Бесполезно! — крикнул Вэй Фэн, уклоняясь от золотого луча, который выжег глубокую воронку там, где он только что стоял. — Его регенерация абсолютна!

Я стояла на краю кратера, лихорадочно анализируя ситуацию.

Паразит. Эта тварь внутри него работает как бесконечный реактор. Пока у него есть энергия, его физическая оболочка неуязвима. Обычная сталь и магия здесь не помогут.

— Ли Чжань! — крикнула я, перекрикивая грохот битвы. — Его нужно обездвижить! Отрезать возможность взлететь!

Темный принц, который как раз снес Лу Фэну половину крыла потоком черного пламени, бросил на меня короткий взгляд и понял всё без лишних слов.

— Загоняй его в ловушку, Мэйлин! — скомандовал он.

Я закрыла глаза, погружаясь в свое новое, сапфирово-фиолетовое ядро. Тьма и Иллюзия сплелись воедино. Я выбросила обе руки вперед.

Земля под ногами зависшего Лу Фэна взорвалась. Из каменного крошева вырвались исполинские стебли Темного Лотоса. Они были толщиной с древесные стволы, покрытые шипами из чистой Тьмы. Стебли с чудовищной скоростью обвили ноги монстра, захлестнули его крылья и намертво пригвоздили к земле.

Лу Фэн взревел. Его золотой свет попытался сжечь мои путы, но Тьма Ли Чжаня, вплетенная в мои иллюзии, поглощала его свет, как черная дыра.

— Сейчас! — закричала я.

Ли Чжань взмыл в небо. Его меч превратился в гигантский столп первородного мрака. Он обрушился вниз с силой метеорита, вонзая клинок прямо в грудь скованного Лу Фэна.

Удар пробил монстра насквозь, пригвоздив его к скале. Черное пламя мгновенно охватило тело бывшего "Светлого героя", выжигая золотую слизь.

Лу Фэн забился в путах моих лотосов, издавая пронзительный, нечеловеческий визг. Его тело начало распадаться, плавиться под натиском Тьмы.

— Мы сделали это… — тяжело дыша, пробормотал Вэй Лонг, опуская меч.

Но я чувствовала, как по спине тревожно стекает ледяной пот.

Моя магия, всё еще опутывавшая монстра, передавала мне пульсацию его ядра. И эта пульсация не затихала. Она… меняла частоту.

Лу Фэн вдруг перестал кричать.

Его обугленное лицо, на котором остался только один глаз, медленно повернулось в сторону столицы Империи "Лиловый лотос", возвышающейся вдалеке.

— Сосуд… поврежден… — прохрипел двойной голос изо рта Лу Фэна. — Требуется… слияние с Матерью… Призыв…

Его уцелевший глаз вспыхнул ослепительным золотом. В небе над нами образовался пульсирующий, невидимый для обычного зрения резонансный канал, тянущийся прямо к Северной башне Императорского дворца.

Башне Затмения. Месту, где была заперта Святая Су Линь.

— О, нет, — я в ужасе прижала руки ко рту. Канон! Как я могла забыть скрытый лор канона?! — Божественный Паразит не один! Это же целый улей! В Лу Фэне — Трутень. А Су Линь… Су Линь — Матка!

Братья уставились на меня. Ли Чжань, всё еще вдавливающий меч в грудь монстра, обернулся.

— Что ты сейчас сказала? — прорычал он.

— Она не просто Святая! — крикнула я. — Су Линь носит в себе корневую часть паразита! Она была инкубатором всё это время! Лу Фэн зовет ее, чтобы слиться и восстановить свое тело!

ЛИ ЧЖАНЬ

Слова Мэйлин ударили, как раскат грома.

Я всмотрелся в тело под моим мечом. Золотая слизь, которую я выжигал Тьмой, вдруг начала кристаллизоваться, превращаясь в непробиваемый золотой кокон. Мой клинок медленно, но верно выдавливало из груди монстра.

Он переходил в стазис, ожидая прибытия своей "Матери".

И в этот момент земля содрогнулась. Но не от нашей магии. Ударная волна пришла со стороны города.

Мы одновременно повернули головы к столице "Лилового лотоса".

Верхушка Северной башни — самого прочного здания в Империи — взорвалась изнутри. Каменные блоки, весящие тонны, разлетелись в стороны, как песчинки.

В небо над городом ударил столб ослепительного, гнилостно-золотого света.

— Су Линь… — прошептал Вэй Фэн, и его веер едва не выпал из рук.

Из разрушенной башни, медленно поднимаясь в воздух, выплыла фигура. На ней больше не было антимагических кандалов — ни один металл в мире не смог бы удержать то, во что она превратилась.

Святая Су Линь была обнажена, но ее тело скрывал панцирь из золотой, пульсирующей биомассы. Ее прекрасные, шелковистые волосы превратились в извивающиеся щупальца, источающие свет. Ее глаза были двумя провалами, из которых лилось жидкое золото.

Она открыла рот, и над столицей разнесся жуткий, нечеловеческий крик — крик существа, которое спало в ней годами и теперь проснулось, откликнувшись на зов раненого Лу Фэна.

— ОНА ЖЕ СЕЙЧАС РАЗРУШИТ ГОРОД! — взревел Вэй Лонг. — Там матушка! Там тысячи людей!

Су Линь, зависнув над дворцом, взмахнула руками-щупальцами. Золотой дождь обрушился на внутренний двор резиденции Императора. Там, где капли касались гвардейцев, броня плавилась, а люди с дикими криками начинали мутировать, превращаясь в безмозглых, светящихся упырей.

— Защитный барьер города снят! Моя армия в поле, а она у них в тылу! — я вырвал меч из золотого кокона Лу Фэна. Кокон тут же затвердел окончательно, став неуязвимым для атак. — Мы не можем добить его, пока она его подпитывает.

Я подбежал к Мэйлин, подхватывая ее за талию, и резким свистом подозвал теневых волков.

— Принцы! — крикнул я, вскакивая в седло и усаживая Мэйлин перед собой. — По коням! Мы возвращаемся в город! Немедленно!

— Мои легионы! — генерал Шэнь, который только что закончил добивать остатки фанатиков, подбежал к нам.

— Окружить кокон Лу Фэна! — скомандовал я. — Никого не подпускать! Если он начнет проклевываться — сдерживайте его черным пламенем, пока мы не уничтожим Су Линь!

Мы сорвались с места. Теневые гончие неслись к открытым воротам столицы с безумной скоростью. Вэй Лонг и Вэй Фэн гнали своих боевых коней следом, их лица были бледными от ужаса за свой дом, за народ.

Я крепко прижимал Мэйлин к груди. Ее тело мелко дрожало, но не от слабости, а от сдерживаемой ярости.

—